Без заголовка |
|
В одном фике цитатка понравилась |
|
И пусть река сама несет меня * |
|
ну вот и встретились |
|
Хвастаюсь |
|
|
Логи |
|
Занавес? |

|
В очередной раз устала |
|
Так сходят с ума… |
|
хз |

|
Каша |

|
Вернулась |

|
Акварель |
|
Не дано |
Мне не дано тебя забыть
Мне не дано тебя в себя влюбить
Мне не дано спокойно в этом мире жить

|
Draco Sinister (отрывок) |

Она успела принять душ и высушить волосы заклинанием Conarus, платье ждало ее на кровати, когда он постучал к ней. В черной китайской шелковой мантии и комнатных тапочках, она открыла дверь - в проеме стоял Драко, подсвечивающее его сзади пламя факела превращало серебристые волосы в ореол. Гермиона почувствовала в горле кисло-сладкий комок и с трудом сглотнула его. На нем была темная мантия, волосы влажно поблескивали, словно он только что вышел из душа. От него пахло мылом и специями.
- Драко, что это?
- Последние ингредиенты, - он неуверенное протянул ей пакет в темно-коричневой обертке, и Гермиона, приняв его, заулыбалась.
- Розмарин, паутина, сушеные незабудки… - она развернула пакет и углубилась в его содержимое. - Что ж, это все… Вернее, почти все.
Драко прислонился к косяку, не решаясь перешагнуть через порог, равно как и не собираясь уходить.
- А что тебе еще нужно?
- Ты, - не раздумывая, ответила она.
Он поднял на нее глаза, и она ощутила, что заливается каким-то дурным румянцем, он едва не улыбнулся, но почти тут же его лицо вновь померкло. Рядом с ним так легко было забыть, что за каждым его выражением поблескивают искры опасности. Легко. Но неразумно.
Скрестив запястья, он вытянул их вперед и мягко улыбнулся:
- Вот. Теперь у тебя есть все.
Она не коснулась его рук:
- Пройди, присядь на кровать.
Он послушно сел, совершенно дико выглядя на розовом стеганом покрывале в цветочек. Гермиона выгребла остатки компонентов для Думоотвода из секретера и присела напротив него, поставив между ними плоскую белую чашу, бросила в нее то, что принес Драко, смешала с приготовленным ей накануне Зельем Памяти и несколькими листьями эстрагона. Смесь закипела, задымила и превратилась в зеленую пасту.
Гермиона взглянула на Драко - он был несколько взволнован, словно считая у себя пульс.
- Ну, теперь ты, - пригласила она. - Обычно это делается палочкой, но, думаю, ты вполне управишься и без нее. Просто сконцентрируйся на воспоминаниях, которые ты хотел бы сохранить в Думотводе, и отправь их в чашу.
- Спасибо, - она ничего не смогла прочесть в его глазах, и поняла, что он хочет остаться один. Встав, Гермиона подхватила с кровати туфли, платье и чулки и отправилась в ванную приводить себя в порядок, поплотнее прикрыв за собой дверь.
Платье, выбранное ею на нынешний вечер, было по покрою очень похоже на то, что много месяцев назад дала ей в Имении Нарцисса, - оно до сих пор оставалось самой любимой её вещью, пусть даже принадлежало ей совсем недолго, - такой же зашнуровывающийся на спине корсаж, широкая юбка, вырез, глубоко открывавший плечи и грудь (куда глубже, чем она привыкла носить). Только сейчас цвет был другой - глубокий цвет темной корицы вместо лавандового. К этому прилагались прозрачные чулки и пара эффектных туфель с ремешками на высоких каблуках.
Напоследок она занялась своими волосами: с помощью заклятья Couffuris она собрала пучок на затылке, оставив несколько локонов свободно виться, обрамляя лицо. И вот - последний взгляд в маленькое зеркальце над раковиной, которое показало ей лишь часть ее отражения и дало такой же краткий комментарий, и она, подхватив одной рукой юбку, вышла из ванной.
Драко все сидел на кровати, уставясь в Думоотвод, в котором теперь вился беловатый дымок. Он поднял взгляд и увидел ее - глаза его расширились и потемнели, однако все, что он сказал, было:
- Ну, с одеванием все? - она знала, что он восхищен и, более того, что он вспомнил то платье, которое послужило образцом для этого её наряда. Конечно, вспомнил. Он всегда обращал внимание на такие вещи…
- Ты закончил? - кивнула она головой в сторону Думоотвода.
Драко кивнул:
- Угу, это было просто.
Она подошла к большому зеркалу на туалетном столике, бросила в него быстрый взгляд, взяла серебряное колье с топазом и приложила к шее, нервно теребя застёжку.
Драко поднялся и опустил Думоотвод на кровать.
- Хочешь, я тебе помогу?
- Ну, если не возражаешь… - она мгновение поколебалась, и все же вложила колье ему в руку.
Она застегнул его вокруг ее шеи, и под весом тяжелого дымчатого топаза оно скользнуло вниз… Он замер, его руки прикасались к волнующему изгибу, где шея переходила в плечо, от его прикосновений к шее у нее по телу побежали мурашки; он смотрел на нее, и глаза его были темны и серьезны… и внезапно она увидела себя - такой, какой он ее видит: эти плавные изгибы, поднимающиеся из шелкового корсажа, тщательно уложенные темные локоны, длинная прядь, вьющаяся у лица, широко раскрытые темные глаза, пухлая нижняя губа, чуть подрагивающая от волнения… Эти руки, прикасающиеся к ее коже, - такое знакомое и незнакомое чувство… все потому, что в нем была часть Гарри, хотя они такие разные… Если бы она закрыла глаза… ей пришлось бы вспомнить, чьи это руки… Серебристые, а не черные волосы… Серые - не зеленые - глаза… Она повернулась в его объятьях и услышала щелчок застегнувшегося замочка.
Он отступил от нее, часто дыша.
- Готово, - тихо произнес он.
- Драко…
- Не надо… - и добавил. - Ты прекрасна…
Она знала, что это так, знала, что сейчас необыкновенно хороша.
- У тебя с Джинни что-то есть? - вопрос сорвался у нее с языка, она даже не успела подумать.
Эти слова повисли между ними, и на мгновение ей показалось, что ее слова задели его… Он слегка поправился и вернул себе потерянный вес, но плечи по-прежнему угловато торчали под рубашкой, а черты лица все еще были заостренными. Как же он уязвим…
- Для того, чтобы между нами что-то было, во мне должно быть что-то, что я смогу дать ей, - ответил он, тщательно взвешивая каждое слово. - А я не думаю, что сейчас могу что-нибудь кому-нибудь дать…
- Драко, ты самая цельная личность из всех, которые я когда-либо знала.
- Не считая Гарри?
- Ты такой же.
- Я должен ждать… - покачал он головой.
Она прикусила губу:
- Не жди, просто будь счастлив, - чуть сдавленно произнесла она.
- Это то, чего бы ты хотела для меня? - в его голосе появилась резкость, словно мелькнуло острое лезвие бритвы. - Счастья?
- Более чем, - ответила она, и в этих словах была и правда, и частичка лжи.
Они замерли. Он нарушил молчание первым, развернувшись и подняв со кровати Думоотвод.
- Спасибо за это. Без тебя у меня бы не вышло.
- Драко, - вспыхнула она, на самом деле даже не зная, что ей сказать, - это разные вещи…
- Стоп.
Она подчинилась. Он стоял и смотрел на нее, так долго, в такой безмолвной тишине, что предыдущее молчание показалось просто пародией. Наконец он заговорил, и она закрыла глаза, слушая этот мерный, прекрасный, глубокий голос, эти слова…
- Как долго я мечтал услышать, что, не будь в твоей жизни Гарри, ты была бы со мной… Я все ждал и ждал, но ты все не говорила и не говорила, и, наконец, я понял, что этого бы не было никогда… И не потому, что ты не хочешь меня. Просто потому, что это невозможно. Просто потому, что ты не представляешь свою жизнь без Гарри.
Она открыла глаза, потрясенно взглянула на него и заговорила - еле слышно, едва шепча:
- Можно ведь любить одновременно нескольких людей… Ты ведь знаешь…
- О, да… Я знаю.
- Но ты должен сделать выбор.
Он отвел глаза. Пламя факела отбросило на его светлую кожу золотой отблеск.
- У нас только одна жизнь, - ответил он, - и мы поступаем, как можем. Или должны.
У нее оборвалось сердце.
- Драко…
- Увидимся на вечеринке.
Он прошел к двери, провожаемый ее пристальным взглядом. Дверь давно уже захлопнулась, а Гермиона все стояла и стояла и смотрела ему вслед.
|
.... |
*барабанная дробь*......
и
слёзы....
|
Ты |
Настроение сейчас - депрессия - вешалка
Ты...
Не посвятишь мне песню о любви
На праздник не подаришь мне цветы
Ты...
Мечтаешь о другом вместо меня
Надежды и мечты мои все прочь гоня
Ты...
И на ночь не обнимешь перед сном
От счастья не позволишь тронуться умом
Ты...
Разбила мое сердце на осколки янтаря
Оставила меня тонуть, рыдать
Надеяться и ждать
Просить, молить
И умирать.......
ЛЮБЯ......

Метки: депрессия стих о любви |
Новая паранойя "Хаус & Уилсон" ))) |

Уилсон: Доброе утро!
Хаус: Ничего подобного.
Уилсон: Т.е. как я понял, ты Кадди не пригласил?
Хаус: Ага
Уилсон: Ага - нет, или ага - да?
Хаус: Вариант, значащий: ты почти убедил меня на этой пойти.
Уилсон: Ага
Хаус: Нечего сказать?
Уилсон: Нет.
Хаус: Нет - ничего, или нет - есть?
Уилсон: Тот вариант, что значит - нет
Метки: хаус & уилсон слэш паранойя |
Dont Cry |
Настроение сейчас - По другую сторону тоски )

Было
- Любишь меня?
- Конечно, если ты не живое и прогрессивное
- Иех... )
- Ты живое и прогрессивное?
Было
Мягкое поглаживание ладони. Лёгкое царапание кожи.
Как будто маленький котёнок выпустив коготки играется с плюшевой мышкой
Было
- Я Люблю тебя.
- Взаймно.
.....счастье.....
Было
Сумасшедшая улыбка, сводившая с ума.
Веселый взгляд.
Счасливый смех.
Было
- Моя жена!
Было
- Не хочу играть в твои игры
- Ты постоянно воруешь мои мысли
- Никаких поцелуев не будет до сводьбы
- Мы умрем в один день и останемся вечно
Было
Насмешливо ревнивый взгляд.
- Жена, что это такое?
22.09.09
|
Дурь.... |
Всё как всегда охуенно. Охуенно прошел акустический концерт в Ярославле. Охуенно не лагала аппаратура. Охуенно отрывался народ под сценой.
Хех. А кто сказал, что под акустику нельзя слэмиться?
И все-таки здорово, что с нами с мог приехать Макс.… Ворвались по полной…
Охуенно.… Всё просто охуенно круто…
Еще одна затяжка дури от личного фармацевта. Еще одна блаженная улыбка в пустой зал. Глаза закрыты. В руках микрофонная стойка, на которую он собственно и опирается. Вокруг клубится никотиновый дым, поглощая в себя, и почти пустую сцену, и микрофонную стойку, и его самого.… Баюкая…. Успокаивая…. Возбуждая….
Охуенно круто.… Да…
Группа Jane Air, почти в полном составе, свалила в гостиницу. Только ли группа? Или прихватили с собой кого из малолетних придурошных девок, вечно липнущих и лезущих обниматься после каждого концерта? Главное чтоб нигде не потерялись сами и не растеряли аппаратуру. А то, вон, гитару уже оставили.… И клавиши стоят почти у края сцены.… Наши? Хуй его знает. Не важно….
Всё просто охуенно круто….
Еще одна затяжка.
Ещё одна ухмылка в никуда.
Как хорошо когда тебя никто не трогает. Как кайфово стоять на сцене абсолютно пустого зала и просто курить.
Все свалили. Неважно кто. Неважно куда.
На заднем плане раздаются какие-то звуки. Кто-то разговаривает. Кто-то что-то двигает. Где? В гримерке? На улице? А не похуй ли?
Кайф.… И походу скоро станет ещё кайфовее.
Чьи-то мягкие неторопливые шаги….
Словно хищник решил прогуляться и заодно выбрать себе жертву.
Теплая усмешка позади. Теплое дыхание опаляет кожу за ухом. Настойчивые пальцы, забирающие самокрутку из руки. Звук затяжки и опять это грёбаное одуряюще горячее дыхание уже в районе шеи. Теплое тело на мгновение прижимается со спины, утыкаясь лицом в волосы на затылке.
Усмешка, которую, даже не глядя, чувствуешь всем своим телом.
Ещё мгновение, и от окутывающего со спины тепла остается только шепот, повисший в воздухе вместе с клубами дыма.
Одно слово.
Один полувопрос.
-Споешь?
И ещё одна усмешка.
Сигарету снова аккуратно вкладывают в ладонь. Как будто ничего и не было. Как будто не было за спиной этого тепла и этой усмешки, и, обжигающего шею, дыхания.
Лишь никотиновый дым, по-прежнему окутывающий всё вокруг.
Кое-как, приоткрыв глаза, он оглянулся туда, откуда доносились шаги.
Макс….
Грёбаный Макс Каменщиков. Грёбаный вокалист группы Top Display, приехавший из Москвы выступить вместе с ними…
Всё той же неторопливой походкой идет к клавишам, попутно оборачиваясь и усмехаясь ему.
Макс…
Горящий взгляд прикрывают спадающие на лицо пряди волос, длинные тонкие пальцы ложатся на клавиши.
И улыбка….
Безумная полуулыбка - полуусмешка в никуда….
Тёмный зал.
Всё охуенно круто….
Знакомая зазубренная мелодия, заложенная в самое сердце, прокатилась по рядам, то стихая, то нарастая.
Это место куплета….
Похуй.…
Еще одна затяжка….
И еще одна….
Перегруппировавшись и встав в другую позу, руки нашарили микрофон…. Похуй, что не включенный. Ведь всё охуенно круто?
Слегка охрипший, после пройденного концерта и курения, голос слился с музыкой где-то в районе припева.
Чей голос? Его? Ого…
Слова сами собой срывались с губ. Зазубренная песня, будто вытекала из него сама. Музыка, хриплый голос, дым сигарет и они…
Макс Каменщиков и Антон Лиссов….
Стоят на сцене и улыбаются в пустоту…. Наполняют зал звуками….
Вдвоем....
Одни….
Нет…. Еще есть почти докуренная дурь, вставляющая, возносящая в никуда, опьяняюще горькая, как и медленно текущие звуки по залу.
-Еееее….
-Ты сегодня супер звезда…..
Два голоса слились в один. Музыка стучит в ушах, отдаваясь гулом в мозгу.
Никотин….
И тепло….
Такое далекое….
И недосягаемое тепло….
Внезапная мысль в голове….
А если подойти? Оторваться от этой грёбаной стойки и подойти?
Шаг….
Еще шаг…..
От движения всё плывет перед глазами….
Взгляд из-под ресниц, хищная улыбка, мягкие пальцы, ласкающие и одновременно мучающие клавиши…
И тепло…
Тепло тела…
Всё это ждет его….
Ещё только пара шагов….
Шаг….
Еще шаг….
И руки тянут к себе это тепло, прерывая музыку…. Прерывая всё….
Чьи руки? Его? Не важно….
Туман перед глазами….
Или дым?
Мягкие, настойчивые пальцы хватают его за рубашку и тянут куда-то в сторону.
К стене?
Да…
Дымка перед глазами медленно рассеивается, а проявляющаяся перед глазами картинка наоборот опьяняет.
Усмешка….
Яркая, обжигающая….
Хищная….
И тепло….
Тепло тела….
Макса…
Грёбаный Макс. Грёбаный Макс Каменщиков стоит перед ним, прислонившись спиной к стене, и улыбается, глядя ему в глаза.…
Хищно так улыбается….
И смотрит из-под, спадающих на лицо, прядей волос.
Тепло….
И мысль….
Видимо, последняя, сегодняшней ночью…. Пьянящая…. И обжигающая….
Бля….
Как же всё охуенно круто….
Хищный рык вонзается в мозг. Коктейль из никотинового дыма и аромата теплого тела прошибает до костей.
Ухмылка….
И ещё одна….
И губы.
Мягкие и хищные губы наконец-то находят свою цель, вгрызаясь в его рот. Пожирая его всего…. Как снаружи, так и изнутри…
Да….
Всё охуенно круто….
(с)
|