Михаил Звездинский - имя, долгое время находившееся под запретом в советской России.
16 лет он провел в лагере строгого режима, 30 лет вся страна пела его щлягеры, не зная их автора. Певцы из эмигранской среды многое сделали для того, чтобы "Поручик Голицын" не считали "песней неизвестного белоэмигранта". Тем обиднее, что, когда появилась возможность издать эти песни в исполнении автора, не нашлось ни одного музыканта, который просто из уважения к Звездинскому сыграл бы вживую 'Сгорая, плачут свечи' или 'Берегите, женщины, мужчин', - в ресторанах на них заколачивались весьма приличные халтурные бабки. Отчаянно режет слух бряканье драм-компьютера и визг синтезатора. Аранжировки тяжеловесны, как и любая компьютерная кустарщина. Кажется, Звездинский под простую акустическую гитару звучал бы более приятно.
Тексты носят налет ностальгического графоманства и создают образ бывалого романтика, донжуана и картежника. Можно простить все за обращение к лирической героине на "Вы".