Ибо чистая воля, не устремленная к цели,
свободная от вожделения к результату,
совершенна во всем.

Технически метод предельно прост: вы берете лист бумаги, краски, кисть, обводите на листе А4 круг, и в этом пространстве рисуете то, что рождается в вашем воображении. Не исключено, что возникнет желание выйти за круг – это допустимо и имеет важное психологическое значение, главное – чтобы круг был обозначен. Наличие очерченного круга, во-первых, создает необходимый теменос – ограниченное пространство для реализации бессознательного, во-вторых, отделяет действие от обычного рисования, привнося идею работы с психикой.

В процессе рисования необходимо безоценочно отслеживать эмоции, которые у вас возникают, что позволит лучше понять законы динамики, по которым живет ваша психика. По окончании рисования первым делом проследите разницу, которая обнаружилась между той структурой, которая задумывалась изначально, и тем, что нарисовано в итоге. Как это ни парадоксально прозвучит для начинающего, но чем больше эта разница – тем подлиннее результат.

Вначале трудно понять смысл рисования мандал. Однако стоит только приступить, как мы окажемся в заповедной области мифологических образов, которые обладают своей собственной жизнью. Наше сознание – как лодка в этом безбрежном океане бессознательного. Эта метафора выглядит красивой абстракцией до тех пор, пока вы не соприкоснетесь с глубинной психикой на собственном опыте.    

Строго говоря, далеко не каждый способен почувствовать природу психической реальности, поскольку эго защищено от бессознательного мощным аппаратом психологических защит или оболочек, которые до поры выполняют охранительную функцию и способствуют защите сознания от ассимиляции бессознательным. Если для обычного человека эти оболочки в некоторой степени являются священными, то для выдающейся личности они становятся помехой, препятствуя прямому переживанию бессознательного. Тот факт, что вы по той или иной причине читаете этот текст, с точки зрения закона синхронистичности говорит о том, что вы вполне способны выйти за грань оболочек, пресуществив себя в мире бессознательного.

Итак, какова цель рисования мандал? На это есть один ответ – пересоздание себя, трансформация, выход за пределы обыденного. Мандала является зеркальным щитом, который позволяет увидеть бессознательное во всем его божественном и демоническом величии и одновременно не стать его заложником. В обычном состоянии бессознательные содержания вторгаются в наш разум в виде аффектов, и мы можем только идентифицироваться с ними, что и символизируется «зараженностью» сознания.

Научившись понимать символический язык психики, мы оказываемся способны осознано взаимодействовать с тем, что доселе было неосознанно и могло всецело завладевать нами в силу этого. Самой лучшей мифологической аллегорией этому процессу является миф о Персее, который победил Медузу Горгону (то есть, говоря психологическим языком, материнский комплекс) благодаря тому, что мог смотреть не прямо в глаза, но через посредничество зеркального щита, подаренного Афиной. Щит, о котором идет речь, символизирует способность человека к рефлексии, самопознанию и анализу себя как бы со стороны.

Следует заметить, что этот путь является «королевской дорогой», точно так же, как алхимия называется «королевским искусством». Полный идиот может понять эти слова буквально (из алхимиков реальной королевской властью обладал только император Рудольф), однако и игнорировать эту идею не стоит. Существует особого рода аристократический «зов к познанию», который не зависит от эпохи, рода или происхождения. Человек, становящийся на путь индивидуации, является «выделенным из мира», и этот аристократизм духа должен быть весьма конкретно осознан.

Решив встать на путь индивидуации, мы должны понять, что это не имеет никаких внешних выгод, даже напротив – сулит некоторые трудности, опасности и лишения. Индивидуация означает освобождение от той шелухи, которой покрыто наше Я в результате воспитания и условий жизни, и достижение подлинной индивидуальности. Эго не может вытянуть себя за волосы из болота, и единственным методом освобождения является активация нашего бессознательного посредством воображения.

Цель – «удар молнии» из глубины нашей психики, тот удар, который отделит нашу индивидуальность от коллективных представлений, с коими мы до этого некритично идентифицировались. Тем не менее, следует осознавать, что этот «удар молнии» способен и испепелить. Я говорю это для того, чтобы избавить наши ряды от бесконечного количество торгашески настроенных обывателей, которые требуют гарантий даже от мистерии.

Свобода от мира и является заветной целью аристократа духа. Приняв это как девиз, следует запомнить несколько парадоксальных истин, осознание которых страхует от распространенных заблуждений на этом пути. Во-первых, во избежание самоумаления следует понять, что раз вы желаете этой свободы настолько, что начинаете что-то делать для её достижения, то уже отчасти имеете эту свободу: ибо способность задать нужный вопрос является половиной решения. С другой стороны, во избежание эгоинфляции следует помнить, что каких бы результатов вы не достигли на пути индивидуации, какие бы переживания Самости не были затронуты в активном воображении или магическом ритуале, реализация свободы не может быть стопроцентной, как невозможен вечный двигатель. Тот, кто отказывается от дальнейшего движения, посчитав свободу уже достигнутой (что сулят «просветленные», ясновидящие, учителя от нью-эйджа), тотчас потеряет все достигнутое.

Движение в глубину мандалы – левостороннее, от сознания к бессознательному, от эго к самости. Перефразируя Шопенгауэра, я позволю себе некоторую двусмысленность: начав рисовать мандалы, мы рано или поздно заметим, что мандалы рисуют нас. Это поэтическое преувеличение, тем не менее, отражает весьма конкретный психический факт – начав самопознание, мы постепенно приближаемся к тому центру, который эманирует все наши мысли и чувства и из которого наше сознание прорастает, как кустарник из почвы чернозема.

Юнг доказал, что рано или поздно происходит важный переход, который знаменуется тем, что Эго как центр сознания уступает место Самости, что приводит к грандиозному расширению осознанности и постижению парадокса. Жертвоприношение эго – весьма болезненный процесс, однако только таким образом раскрывается наша истинная индивидуальность и границы сознания становятся значительно шире.

Описать самостно-ориентированное сознание не так то просто, ибо Самость может быть описана только через парадокс. Невозможно сказать «делай это» или «делай то», чтобы приблизиться к Самости. Единственное, что требуется – это следовать игре символических фигур, которая разворачивается в нашем воображении и на рисунке. Таким образом, рисование мандал может рассматриваться как духовная практика, обладающая весьма мощной силой. Эту практику мы можем сравнить с йогой, медитацией, ритуальной магией и другими традиционными путями, которые позволяют установить ось с сокровенным центром.

Вот почему Юнг не раз говорил, что для описания глубинный психических (психоидных) процессов мало подходит сухой научный язык. Сам Юнг обратился к мифологическим, гностическим и алхимическим метафорам, чтобы хотя бы приблизительно описать динамику процесса, в который вовлечено сознание при приближении к коллективному бессознательному. Эти тезисы будут для нас бесполезны до тех пор, пока не станут частью личного опыта. Мы можем их изучать, как изучаем карту города, в котором никогда не были, но едва ли впечатление от карты может быть подобно прогулке по улицам этого города.

На первых этапах анализ должен проходить скорее на основе личного бессознательного, и даже может быть полезен классический фрейдовский подход. Только тогда, когда мы достаточно проникнем в глубины собственных комплексов и исчерпаем их, в нашем сознании могут спонтанно активироваться архетипы, и, клянусь, этот опыт невозможно спутать ни с чем.

Самая большая ловушка для рисующего мандалы – это интерпретация их с точки зрения ценностной функции чувства. Мы не должны считать какие-либо мандалы «плохими» или «хорошими», хотя несомненно, что одни нам будут приятнее, чем другие. Главное – не допускать суперэго с его навязчивым «надо» до столь деликатного процесса, как рисование мандал. На словах это выглядит достаточно легко, однако на практике суперэго становится основным препятствием спонтанной реализации бессознательного.

Вынесенный в заглавие эпиграф может дать представление, каков должен быть подход к процессу рисования. Здесь уместно вспомнить дзэнские воззрения на то, что пока мы вожделеем просветления, мы не можем его достичь. За мою жизнь я встречал несколько человек с предельно раздутым эго, и все они дружно говорили о необходимости это самое эго преодолевать. Преодоление эго в пользу Самости не может быть целью, в противном случае это приведет к бессмысленному самоумалению эго перед суперэго. Рождение самости может быть только неожиданным результатом в ходе погружения в активное воображение.

Следует помнить, что Самость не имеет ничего общего с тем выхолощенным представлением о боге, как «сумме всех добродетелей», а включает в себя свет и тьму, землю и небо, добро и зло. Это тезис подробно раскрывается в большинстве исследованиях Юнга, а в моей работе «Между Юнгом и Кроули» рассмотрен на примере некоторых символов.

Вот как писал Юнг о преодолении эго в «Исследовании символики индивидуации»: «Отказ от эго – это не волевой акт, не произвольно полученный результат, это событие, случай, чья внутренняя, непреодолимая логика может быть скрыта лишь упрямым самообманом». Понять это – отказаться от цели и просто следить за разворачивающимся действием бессознательных фигур, которое отдается в сознании то пьянящим восторгом, то холодящим кровь ужасом – самая сложная задача, на которой погорают большинство псевдоучителей.

Предварительным условием трансформации является наличие противоположностей, нуждающихся в объединении. В обычном состоянии сознания мы идентифицируемся с одной из сторон противоположностей, отделяя другую, которая обычно проецируется во внешний мир. Физически каждый из нас является результатом объединения двух противоположностей – мужского и женского, психологически – сознание пробуждается, когда впервые осознает дуальности. Единственное, что мы можем сказать о всех людях в общем – это то, что Эго каждого находится между плюсом и минусом.

В каждом случае то, что выполняет для данного конкретного человека роль плюса и минуса, существенно отличается. Для одного плюсом будет, к примеру, образ разумного отца, которому противостоит анархия блуда, для другого напротив, – образ спонтанной женственности в плюсе противопоставлен чудовищному патриарху деспоту. Для некоторых христианские ценности являются безусловным плюсом, а минус полностью отдан Сатане, тогда как для других (сатанисты, атеисты) с Сатаной связан безусловный плюс (свободолюбие, динамизм, интеллектуальность, свободная сексуальность), а с христианством отождествляется безусловный минус (покорность, рабство, истеричная «достоевщина»).

Тем не менее, мы можем найти очень интересные закономерности. Например, христианин, воюющий с Сатаной, вполне способен при получении власти применять «сатанинские», с точки зрения христианских ценностей, методы, такие, как пытки, убийства, агрессию. Инквизиция – слишком крайний и далекий от нас во времени пример, достаточно пройтись по любым «светлым» форумам, где не будет грехом сказать, что «темным следует бить морду» (что далеко не сообразуется с христианской этикой).

С другой стороны, сатанисты, противопоставляющие себя ценностям патриархальности, контроля, подавления, которые они связывают с Яхве, на практике применяют тот же метод. Я лично наблюдал, как на одном «темном» форуме был забанен как «агент Адонаи» один непредвзятый исследователь, который критиковал темных даже не с позиции религии, а исключительно логически, то есть не нарушая правил игры. Известный сатанист Варракс, к примеру, утверждает, что «Сатана – это свобода, а не контроль, и полная сексуальная раскрепощенность, а не аскеза». Одновременно с этим он очень уважает Гитлера и Сталина (которых едва ли можно назвать образцами свободы), называя либерализм (либер – свобода) либерастией, и в точном соответствии с непреодоленными гендерными программами ненавидит гомосексуалистов.

Таким образом, противоположность всегда оказывается представлена в наиболее бессознательном и разрушительном аспекте. Иногда я играю темного на светлых форумах, и светлого – на темных, причем я точно знаю, что, с точки зрения собственной Самости, в обоих случаях я говорю чистую правду. Хотя надо видеть то слюноотделение, которое происходит у моих оппонентов!

Индивидуация начинается с осознанного взаимодействия противоположностей в нашей психике. Если мы в ужасе не закроем дверь и не прекратим самопознание (как происходит с 95 процентами начинающих, когда приходит понимание, КАКИЕ СИЛЫ затрагиваются в этом процессе), постепенно это взаимодействие достигнет небывалого накала, и весь окружающий нас мир станет отзываться на малейшие изменения в этом взаимодействии. Наконец, в самой предельной точке напряжения, масштабы которого невозможно даже приблизительно представить, не войдя в эти воды, противоположности сольются, родив нечто третье, но имеющее и от первого, и от второго. «Плюс на минус дает освобождение домой» – пела Янка Дягилева. Затем уже это третье, как синтез, на другом уровне станет тезисом, которому будет дан антитезис, и пирамида индивидуации будет продолжаться в бесконечности, пока «мы не совершим йогу (объединение) со всей вселенной», как об этом писал Алистер Кроули.

Приступая к рисованию мандал, нашей первичной задачей является обнаружение и персонификация действующих в нас противоположностей. Это не значит, что их следует искать искусственно – поскольку сознание априори существует в пространстве противоположностей, они рано или поздно естественно проявятся.

Противоположности могут явить себя в бесконечном количестве образов – солнце и луна, женщина и мужчина, ангел и демон, животное и человек, растение и человек, бог и дьявол, сера и соль, дух и плоть, змея и голубь, лев и змей, змей и единорог, море и небо… Этот список далеко не полон, поскольку в каждом отдельном случае противоположности могут явить себя совершенно в индивидуальном аспекте, свойственном только опыту данного конкретного индивида. Трудно представить себе большую ошибку, чем пытаться «выбрать» образ для персонификации противоположностей. Конечно, интересно и познавательно, как эта мистерия происходит у других, но важно только то, как она произойдет у вас, если произойдет. Например, в моем случае на первых порах персонификацией противоположностей являлись Змея и Цыпленок, что хоть и является близким архетипическому мотиву змея и птицы, тем не менее, имеет существенные отличия.

Изучая чужой процесс трансформации, следует опасаться распространять его на себя. В каждом отдельном случае психика использует свои символы и происходит своей процесс. Существует особый парадокс, который не стоит забывать: символы одновременно являются индивидуальными и универсальными. Приведу любимый пример: кошка как универсальный символ является символом женской сексуальности и аристократизма, но каждая конкретная кошка – это своя особая грань этой сексуальности, что требует индивидуального подхода к полученным образам.

Поэтому желающему заняться активным воображением посредством рисования мандал я рекомендую воздержаться от изучения чужих примеров до того, пока вы не нарисуете хотя бы десять мандал самостоятельно.

В дальнейшем, чтобы облегчить понимание своих процессов, изучать символику мандал на чужих примерах даже необходимо.

www.sunhome.ru/religion/15632/p1