Рыцарская лирика трубадуров

Вторник, 18 Августа 2009 г. 17:20 + в цитатник

Цитата сообщения -KRASOTA-

Прочитать целиком В свой цитатник или сообщество!

Рыцарская лирика трубадуров

Рыцарская лирика трубадуров (от провансальского trobar - находить, создавать, изобретать) существовала на юге Франции, в Провансе, с конца XI по начало XIII в.

Историко-культурная роль поэзии трубадуров заключалась прежде всего в том, что это была первая в Западной Европе светская поэзия на народном (провансальском) языке, которая выработала его “правильные” нормы, довела его до высокой степени совершенства и положила тем самым начало общему переходу средневековых литератур с латыни на национальные языки.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Фрэнк Кэдоган Купер "Как дьявол,переодетый бродячим трубадуром,пел монахиням любовную песню" 1907г

Первый известный провансальский трубадур - Гильем Аквитанский (1071-1127). Знамениты также были Джауфре Рюдель (середина XII в.), Маркабрюн (середина XII в.), Бернарт де Вентадорн (годы творчества: 1150-1180), Гираут де Борнель (1162-1200), Бертран де Борн (ок. 1140-1215), Монах Монтаудонский (годы творчества: 1180-1213), Арнаут Даниэль (ок. 1140-1200), Пейре Видаль (последняя четверть XII в.) и др. Всего дошло более 2500 песен трубадуров.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Лирика трубадуров пережила расцвет в последней четверти XI - начале XIII в., однако ее естественное развитие было прервано так называемыми “альбигойскими войнами” - крестовыми походами северофранцузских феодалов, стремившихся искоренить религиозные ереси. В результате Прованс был разграблен и разрушен, а большинству трубадуров пришлось бежать в Италию, на Пиренеи и в германские земли. Однако их поэзия оказала сильное воздействие на культуру северных завоевателей, где, впрочем, существовала собственная миросозерцательная и поэтическая почва для восприятия трубадурcкой традиции и где возникла лирика труверов, существовавшая с середины XII до середины XIII в.

Наиболее известные труверы: Кретьен де Труа (ок. 1130-ок. 1191), Конон де Бетюн (ок. 1150-ок. 1220), Готье д'Аррас (ХII в.), Рауль де Удан (ХII-ХШ вв.), Жан Бодель (2-я половина XII в.), Гас Брюле (ХII- XIII вв.), Тибо Шампанский (1201-1253) и др. В целом в основе лирики труверов лежат те же ситуативные, образные и композиционные схемы, что и у трубадуров, хотя схемы эти нередко имели иное конкретное наполнение и могли варьироваться.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Источники лирики трубадуров и труверов разнообразны. С одной стороны, она во многом восходит к фольклорным песням и обрядам (прежде всего - весенним). С другой - несомненно влияние “Искусства любви” Овидия, освобожденного, однако, от рассудочной направленности и гривуазной окраски.

Более сильным было влияние неоплатонизма, отчасти - религиозной мистики, а также развитой арабо-мусульманской поэзии с ее синтезом земной и небесной любви и идеалом целомудренного поклонения. Однако все эти влияния, трансформированные на почве феодальной культуры, породили совершенно новый феномен “куртуазной поэзии”, неизвестный дотоле ни в европейской, ни в восточной словесности.

Различным было и общественное положение трубадуров и труверов: среди них встречались не только владетельные сеньоры, но и духовные лица, купцы, ремесленники, замковые слуги и т. п., однако объединяло их не сословное положение, а именно идеал поэтического творчества, рожденный в рыцарских замках, при, аристократических дворах Прованса.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Лирика трубадуров имела вид системы жанров.
В центре этой системы стояла кансона (буквально “песня”), воспевавшая любовное чувство поэта. Кансона включала в себя от пяти до семи строф, которые чаще всего объединялись сквозными рифмами и замыкались посылкой (торнадой), где поэт обращался к своему адресату, зашифрованному условным (метафорическим или метонимическим) именем-псевдонимом - сеньялем.

Сирвента формально строилась так же, как и кансона, но имела другую тематику - политическую, религиозную, моральную. В так называемых персональных сирвентах трубадуры обсуждали достоинства и недостатки друг друга и своих покровителей.
Плач был разновидностью персональной сирвенты, где воспевались доблести оплакиваемого - знатного сеньора-покровителя, почившего трубадура и т. п.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Особо стояла диалогическая группа жанров, так называемые прения - песни, исполнявшиеся двумя трубадурами, которые от строфы к строфе обменивались полемическими репликами на избранную тему.

Диалогическим началом пронизана и пастурель, где рыцарь на фоне идиллического пейзажа встречает пастушку и пытается добиться ее благосклонности. Обмен репликами в пастурели представлял собой озорную и остроумную словесную дуэль, в которой рыцарь чаще всего терпел поражение.

Диалогическую природу сохраняла и альба (“утренняя песнь”), где репликами обменивались Дама и возлюбленный; иногда в диалог вмешивался “сторож”, охранявший влюбленных от ревнивцев и клеветников-наветчиков; в ряде случаев альба оказывалась драматизированным монологом самого “сторожа”, предупреждавшего влюбленных о наступлении утра.

Что касается северофранцузских труверов, то, в целом следуя провансальским моделям, они все же расширили репертуар куртуазной лирики, канонизировав, в частности, формы народной поэзии (рондо, баллада), а также музыкальные жанры, вышедшие из церковных песнопений (лэ, мотет).
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Полностью укладываясь в каноническую, хотя и развивавшуюся систему жанров, лирика трубадуров по самой своей сути требовала не индивидуального, а жанрового образа автора, слиться с которым стремилось реальное “я” поэта.

Меняя жанр, трубадур всякий раз как бы менял и тот облик, в котором представал перед аудиторией: если, к примеру, он сочинял стихотворение, где выставлял напоказ множество своих добродетелей, то это вовсе не значило, что он действительно обладал всеми ими; это значило лишь то, что он упражнялся в жанре “похвальбы”, который требовал образа “хвастуна”; если в партименте он отстаивал преимущества “темного стиля” перед “легким”, то это говорило не столько о его подлинных поэтических предпочтениях, сколько об умении мастерски обосновать любое, на выбор взятое мнение, поскольку в другом стихотворении он мог с таким же пылом восхвалять достоинства “легкого стиля”.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Каков же “культурный код” этой поэзии? Если в эпосе идеал куртуазии складывался по преимуществу из понятий героизма, доблести, верности и щедрости, то любовь, как мы в “Песне о Роланде”, в этот идеал либо вовсе не входила, либо составляла его периферийный момент. Новаторство трубадуров заключалось именно в том, что они не только выдвинули любовь на первый план, но и превратили ее в категорию, организующую всю систему куртуазных ценностей.

Типичная ситуация любовной песни трубадуров сводится к описанию сладостного и мучительного томления поэта по замужней Даме, стоящей к тому же выше его по положению. Дама, однако, сурова и неприступна. Смиренно молящий, вечно колеблющийся между надеждой и отчаянием поэт смеет рассчитывать Лишь на приветливый взгляд или - высшая награда! - на невинный поцелуй.

Трубадуры воспевали не свою чувственность, но нечто совсем иное - любовь человека к Благу, Красоте и Совершенству как к началу, обладающему абсолютной властью в мире, наполняющему его смыслом и нравственной теплотой.

Новаторство же их заключалось в том, что впервые в европейской словесности они решились отождествить это благо не непосредственно с богом и не с Девой Марией, а с идеализированной женственностью, воплощающей высшие духовные ценности, персонифицированные в образе Дамы.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Эта идеализация имела двоякий смысл. С одной стороны, любовь к Даме мыслилась как отблеск и предвкушение любви небесной и потому принимала формы обожествления и религиозного поклонения.

С другой стороны, сам факт выдвижения на первый план не абстрактного блага и не небесного бога, а “земной”, хотя и обожествляемой. Дамы говорит о стремлении трубадуров закрепить высшие ценности не а чисто религиозной, а в “посюсторонней” сфере; это значит, что, пользуясь мистическими смыслами и формулами, трубадуры тем не менее впервые в Европе создали светскую лирику.

Красота Дамы толковалась как отражение божественной красоты и совершенства, а любовь - как томление по этому идеалу. Дама тем самым становилась лишь персонификацией тех идеальных свойств, обладать которыми стремится куртуазная личность.

При этом решающую роль играл мотив неразделенной и неудовлетворенной любви,недосягаемости идеала, к которому можно лишь бесконечно стремиться (Арнаут де Марейль писал: “Я не думаю, что любовь может быть разделенной, ибо, если она будет разделена, должно быть изменено ее имя”).

Отличаясь условностью и каноничностью, все персонажи и ситуации лирики трубадуров описывались при помощи системы устойчивых формул.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Для Дамы были характерны такие приметы, как “свежие ланиты”, “атлас рук”, “свет глаз” и др., отражавшие сверкающую субстанцию божественной красоты, а Бертран де Бори написал даже песню о “составной Даме”, где свел воедино черты, позаимствованные у Дам других поэтов. Аналогичный характер имело и “я” лирического героя: независимо от конкретных сословных, психологических и т. п. примет трубадуров каждый из них представал в идеальном облике певца куртуазной любви.

В целом куртуазный мир представлял собою особую область, резкой гранью отделенную от жизненно-практической сферы и подчиненную собственным законам. Эти законы составляли специфически куртуазный кодекс поэтического поведения, систему ценностей, закрепленных при помощи соответствующего набора смысловых единиц и ключевых слов.

Замкнутость такого мира подчеркивалась и применением сеньялей - условных имен (Прекрасный Сеньор, Мой Перстень, Магнит и др.), при помощи которых герои переносились в куртуазную реальность.

Центральное место в поэтическом мире трубадуров занимало понятие Fin' Amors (“тонкая”, “совершенная” любовь) как источник всего комплекса куртуазных качеств, начиная верностью и доблестью и кончая любыми формами вежества и обходительности. Этому понятию противостояла Fals' Amors - “неистинная”, “бессмысленная” любовь, выводящая за пределы куртуазного мира и отождествляемая со всяким злом и нечестием.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Противоположение куртуазной и некуртуазной любви конкретизировалось в целой совокупности более частных категорий. Так, Mezura (“умеренность”) касалась в первую очередь внешних форм поведения куртуазной личности, являя собой меру ее разумной гармоничности (совершенства) и противостоя различным проявлениям “чрезмерности” (Desmezura) - гордыне, непостоянству и т. п.

Категория Jovens (молодость) также имела этическое наполнение и предполагала наличие внутренних добродетелей (честность, доброта, благородство и др.). “Старость” же (Vielheza) была лишена подобных характеристик.

Joi (радость) противостояла понятию Enoi (скука) и воплощала высшую степень куртуазной любви.

Изощренность поэтической системы трубадуров проистекает из ее ритуального, кодифицированного характера: куртуазная лирика мыслилась как “дисциплина”, которой необходимо учиться, как особая “доктрина”, требующая подготовки и посвященности.

Так, если в провансальском языке слово humiltatz означало “смирение”, “униженность”, то у трубадуров оно значило “куртуазную милость”, “снисхождение”, “доброту”.

В результате введения в общий контекст таких слов, как amors (любовь), mors (смерть), amars (горечь) и mar (море) возникало единое семантическое поле со значением сладостно-горькой любви.

В целом общая установка трубадуров на усложненность выражения привела к появлению так называемого “темного стиля” (trobar clos) - в противоположность “ясному стилю” (trobar clar).
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Поэзия трубадуров представляла собой сознательную и целенаправленную эстетическую “игру”, но игру отнюдь не “формалистическую”, потому что куртуазная любовь к Даме с абсолютной полнотой воплощалась именно в акте поэтического творчества: наилучшим образом восславить Даму как раз и значило сложить наилучшую, т. е. наиболее изощренную, песнь в ее честь.

Вот почему самой большой смысловой нагруженностью и напряженностью в куртуазной лирике обладало ключевое слово “петь”, которое значило: 1) творить саму песню; 2) выражать экзальтированное чувство трубадура; 3) воспевать Fin' Amors; 4) создавать звуковую гармонию, вселяющую чувство куртуазной “радости”; 5) любить.

Перекрещиваясь, все эти значения создавали единое семантическое ядро, так что в конечном счете “петь” и “любить” начинали восприниматься как абсолютные синонимы, а выражения типа “песнь, обретенная любовью” становились тавтологичными.

Тем самым любовная песнь как бы замыкалась на самой себе, самой себе служила целью, ибо была воплощенным устремлением к добру, истине и красоте, высшим напряжением творческих сил трубадура, разрешавшимся в куртуазной Радости.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Однако при всей своей серьезности лирика трубадуров едва ли не с самого начала стала объектом пародийного “выворачивания” наизнанку. Так, профанируя, казалось бы, весь куртуазный этикет, Маркабрюн традиционно возвышенную “песнь соловья” превращал в “песню скворца”, Раймбаут Оранский откровенно намекал на доступность Дам, советуя не церемониться с ними, а Пейре Гильем обсуждал пикантные подробности своих интимных похождений.

Такая поэзия вовсе не разлагала куртуазной лирики, но, являясь ее бурлескным двойником, лишь подчеркивала силу и общезначимость высокой “модели любви”.

Историко-литературное значение куртуазной лирики огромно. Трубадуры не только создали первый в Европе образец светской и профессиональной литературы на народном языке; сам этот язык вплоть до XIV в. оставался международным языком куртуазной поэзии: на нем слагали песни не только в Провансе или в Северной Франции, но и в Италии, и в Испании.

Он оказал влияние на немецких миннезингеров, на “школу сладостного нового стиля” и на Данте, он лежит у истоков лирики Петрарки и всей петраркистской поэзии эпохи Возрождения.

Сюжеты и мотивы трубадуров обрабатывались Л. Уландом, Г. Гейне, Р. Браунингом, Э. Ростаном, Д. Кардуччи. Ранняя лирика А. Блока и его драма “Роза и крест” находятся под прямым воздействием традиции, идущей от трубадуров.
18020100_4739819aaa53 (93x53, 3Kb)

Однако все это - лишь прямые влияния и реминисценции.

Главное же заключается в другом: впервые в Европе отождествив благо и красоту с женщиной и с женским началом, впервые изобразив любовь как высокое томление по идеалу, трубадуры создали ту модель любовного переживания, которая остается одной из доминирующих в европейской лирике вплоть до настоящего времени.
источник

Рубрики:

литература

<a href="https://www.liveinternet.ru/users/2833142/post108606205/">Р С‹С†Р°СЂСЃРєР°СЏ Р»РёСЂРёРєР° С‚СЂСѓР±Р°РґСѓСЂРѕРІ</a><br/>Р С‹С†Р°СЂСЃРєР°СЏ Р»РёСЂРёРєР° С‚СЂСѓР±Р°РґСѓСЂРѕРІ

Р С‹С†Р°СЂСЃРєР°СЏ Р»РёСЂРёРєР° С‚СЂСѓР±Р°РґСѓСЂРѕРІ (РѕС‚ РїСЂРѕРІР°РЅСЃР°Р»СЊСЃРєРѕРіРѕ trobar - РЅР°С…РѕРґРёС‚СЊ, СЃРѕР·РґР°РІР°С‚СЊ, РёР·РѕР±СЂРµС‚Р°С‚СЊ) СЃСѓС‰РµСЃС‚РІРѕРІР°Р»Р° РЅР° СЋРіРµ Р¤СЂР°РЅС†РёРё, РІ РџСЂРѕРІР°РЅСЃРµ, СЃ РєРѕРЅС†Р° XI РїРѕ РЅР°С‡Р°Р»Рѕ XIII РІ.

РСЃС‚РѕСЂРёРєРѕ-РєСѓР»СЊС‚СѓСЂРЅР°СЏ СЂРѕР»СЊ РїРѕСЌР·РёРё С‚СЂСѓР±Р°РґСѓСЂРѕРІ Р·Р°РєР»СЋС‡Р°Р»Р°СЃСЊ РїСЂРµР¶РґРµ РІСЃРµРіРѕ РІ С‚РѕРј, С‡С‚Рѕ СЌС‚Рѕ Р±С‹Р»Р° РїРµСЂРІР°СЏ РІ Р—Р°РїР°РґРЅРѕР№ Р•РІСЂРѕРїРµ СЃРІРµС‚СЃРєР°СЏ РїРѕСЌР·РёСЏ РЅР° РЅР°СЂРѕРґРЅРѕРј (РїСЂРѕРІР°РЅСЃР°Р»СЊСЃРєРѕРј) СЏР·С‹РєРµ, РєРѕС‚РѕСЂР°СЏ РІС‹СЂР°Р±РѕС‚Р°Р»Р° РµРіРѕ вЂњРїСЂР°РІРёР»СЊРЅС‹РµвЂќ РЅРѕСЂРјС‹, РґРѕРІРµР»Р° РµРіРѕ РґРѕ РІС‹СЃРѕРєРѕР№ СЃС‚РµРїРµРЅРё СЃРѕРІРµСЂС€РµРЅСЃС‚РІР° Рё РїРѕР»РѕР¶РёР»Р° С‚РµРј СЃР°РјС‹Рј РЅР°С‡Р°Р»Рѕ РѕР±С‰РµРјСѓ РїРµСЂРµС…РѕРґСѓ СЃСЂРµРґРЅРµРІРµРєРѕРІС‹С… Р»РёС‚РµСЂР°С‚СѓСЂ СЃ Р»Р°С‚С‹РЅРё РЅР° РЅР°С†РёРѕРЅР°Р»СЊРЅС‹Рµ СЏР·С‹РєРё.

Р¤СЂСЌРЅРє РљСЌРґРѕРіР°РЅ РљСѓРїРµСЂ "РљР°Рє РґСЊСЏРІРѕР»,РїРµСЂРµРѕРґРµС‚С‹Р№ Р±СЂРѕРґ... <a href="https://www.liveinternet.ru/users/2833142/post108606205/">Р§РёС‚Р°С‚СЊ РґР°Р»РµРµ...</a>

Комментировать

« Пред. запись — К дневнику — След. запись »

Страницы: [1] [Новые]

LiveInternetLiveInternet

-Метки

-Рубрики

-Музыка

-Я - фотограф

Куклы Надежды Соколовой

-Поиск по дневнику

-Подписка по e-mail

-Статистика

Рыцарская лирика трубадуров