Екатерина Евтух.

Один вечер открыл мне кое-что важное… это был разговор с мужем и он сказал тогда очень точно и я его услышала, как-то по особенному сердцем и духом, так глубоко… Бывает хочется рваться куда-то, разрушать преграды или не разобравшись, преграды ли это разрушать опоры… Иногда я особенно ощущаю как тесно мне в теле и мне хочется его разбить и броситься во что-то большее, чем мои привычные возможности… (вот тут мои будущие биографы могли бы зацепиться за эту фразу и написать потом: «у нее всегда была склонность к самоубийству» Нет, дорогие мои! Это всего - лишь образ, ощущение, а не намерение). Как объяснил мне супруг - это значит, что во мне уже созрело что-то для осуществления чего еще не пришло время. Как же он прав! И как прекрасно, что он старше и способен объяснить мне, то чего я еще не понимаю… Потому что ощущение какого-то сильного зарождения или бури внутри – это страшно ощущается… я начинаю вдруг без причины плакать… но это только от моего характера… на самом деле, мне просто трудно дается ожидание… Меня действительно часто привлекает зеленое яблоко но сейчас, больше чем красное, но потом… Предпочтения склоняются к кислятине… что ж… на кухне, пожалуйста, но в вопросах творчества или духовного роста … это нельзя, это яд! Время растягивается, как когда ты точно знаешь, что будет, а оно еще не наступило. С этим временем мне нужно научится ладить, как раньше я училась быть приветливой с одиночеством, потому что оно партнер в творчестве… Но если одиночество представлялось мне всегда прекрасной, утонченной дамой, то это растянутое время представляется мне (надеюсь это только пока… пока я его еще не совсем понимаю) брюзжащей, крайне неприятной старухой, у которой одна только ненавистная «пластинка»… если обычно старушки ворчат о том, что было… то эта скрипучим голосом предрекает «будет, будет, будет»… И хочется заорать во все горло: «Да, когда это будет, бабка!!!!» А она знаете, что делает? Протягивает мне золотой сценический опыт разных поколений в виде книг и записей со спектаклями и говорит: «Изучай, доченька». Я открываю книгу и меня ошпаривает из нее слово «сверхзадача»… Книга уже лежит в стороне, а я трясу эту бабульку, приговаривая: «А где моя сверхзадача, которая лишит меня сна? Где она??? Где? Мне она нужна в эту секунду и не долей секунды позже!» А книга еще не дочитана… потому что она меня терзает!!! Или я открыла пьесу… и какой-то механизм во мне силится прожить все эти роли со всей силой, какая в нем только есть, поминутно бегает к старухе - Растянутому Времени и спрашивает: «А когда мой выход?» и ему этому живому механизму в сущности плевать, что у меня никогда (тем более с моей внешностью, манерами… я уж молчу о принадлежности к женскому полу) не будет роли Треплева… это нечто во мне почему-то уже знает как играть Треплева и может быть знает это лучше чем как играть Аркадину! (Это режиссерские способности? Ни черта подобного!!! Этому чему-то во мне нужно непременно самому играть Треплева, а еще может быть охотно это нечто взялось бы за Машу, Дорна или Полину и если бы можно было может быть сыграло бы лошадь, которую для Аркадиной запрягали). Спокойно в театре я сижу только до третьего звонка, а уже через 10 минут после него мой стул в партере превращается в сковороду, а я в ужа на ней и все во мне кричит: «Это не мое место!» И с такой жадностью смотрит на сцену, что мне кажется, что состав крови у меня меняется… Говоря об этом с Василием, я сказала:
- Я хочу чтобы это странное чувство прекратилось… мне кажется это неприлично и стыдно…
- Это артистическая ревность, причем светлая, в правильном своем воплощении, и говорит лишь о том, что ты живая. Это каждому кто выходил на сцену знакомо. И я испытываю это чувство. Но ты хочешь чтобы оно прекратилось… Смешно подумать, ты хочешь посмотреть на чью-то актерскую работу, не захотеть при этом на сцену, не примерить на себя увиденной роли… просто сказать «Ну ладно…» и пойти дальше. Не дай Бог, тебе при исполнении такого странного желания еще играть в театре. Конечно – это чувство причиняет неудобство, оно как сверло… но чтобы быть артистом, оно необходимо… так что примирись с ним и на бабушку – Растянутое время не кричи…

И действительно - меня мучает в этом только моя привычка торопить время, но однажды же бабушка – Растянутое время, превратиться в маленькую девочку и проколет воздушный шарик, он за секунду сдуется из него (на этот раз по-настоящему) вылетит моя душа и жизнь в этом мире для меня закончится… может не надо так ее торопить? Потому что если бы время мчалось, так как я этого хочу я бы жизнь свою прожила за 2 часа. На меня конечно может в секунду вылиться океан… но мне же тогда нужна лодка и весла и умение грести… просто океан не нужен… А это значит нужно сейчас с чашкой ароматного чая с золотым сценическим опытом разных поколений, в обнимку с бабушкой – Растянутым временем и не проклиная назойливое шило внутри, которым управляет во мне диковинное нечто мечтающее сыграть все роли, сидеть так под тиканье стрелок и учиться овладевать веслами… они мне однажды понадобятся… потому что бабулька-то шепчет свое: «будет, будет, будет…»