Совсем уже скоро наступит 9 мая, мы и оглянуться не успеем. И хочется мне к этой дате вспомнить о наших актерах и режиссерах, которые прошли войну. Мы их любили за созданные на экране образы, но так ли мы хорошо знаем, что многие из них тоже воевали.

  Владимир Павлович Басов (1923 - 1987) 

 Ушёл на фронт в 1942 году и закончил ее в чине капитана и в должности заместителя начальника оперативного отдела 28-й отдельной артиллерийской дивизии прорыва резерва Главного командования. Имел все шансы остаться на военной службе и сделать блестящую карьеру. Однако предпочел уволиться на гражданку.

Басов начал воевать в 1942 году, окончив артиллерийское училище. Уже в те годы он мечтал стать режиссёром и актёром, и в начале войны получил приглашение в Театр Красной Армии, но, как он сам писал в воспоминаниях, «в голове не укладывалось, как это можно играть, когда нужно палить». Басов, тем не менее, организовал ансамбль художественной самодеятельности и дал более 150 концертов для фронтовиков. Но и на передовой успел отличиться. 23 февраля 1945 года, будучи командиром штурмовой группы, он обеспечил захват опорного пункта обороны немцев и в этом бою был контужен. Войну закончил заместителем начальника оперативного отдела 28-й отдельной артиллерийской дивизии РГК. Награждён Орденом Красной Звезды.Капитан, командир батареи 424 мотострелкового полка 14-й зенитной артиллерийской Рижской дивизии Резерва ГК СВГК, заместитель начальника оперативного отдела 28-й отдельной артиллерийской дивизии прорыва резерва Главного командования. Награжден орденом Отечественной войны I степени, орденом Красной Звезды и медалью «За боевые заслуги».«Мне надо было выжить, и войну я вспоминаю, несмотря на весь её ад, самым прекрасным временем в своей судьбе. Именно тогда я познал цену вечным истинам, и основные понятия — нравственные, философские, просто житейские — открылись мне во всей своей определённости. Человек на войне однозначен, нам не надо было прибегать к изысканно тонким нюансировкам и мучительным копаниям в тайниках души, чтобы понять, хорош человек или плох, друг он или шкура, добр или так себе».

Евгений Яковлевич Весник (1923 - 2009)

 

Воевал три года. Награжден двумя медалями «За отвагу», орденом Отечественной войны II степени, орденом Красной Звезды, медалью «За взятие Кенигсберга», двумя медалями «За отвагу», медалью «За победу над Германией».

Рассказывает он сам:

На фронт я попал в 1942 году, когда мне было девятнадцать. Прошел Карельский фронт, всю Восточную Пруссию. В начале сентября 1941 года я, как и большинство студентов Театрального училища имени Щепкина, получив телогрейку, сапоги, лопату и отбыл в товарном вагоне на трудовой фронт под Смоленск. Мы рыли противотанковые рвы и получали отметки за глубину проникновения в землю. Пятерки получали те, кто выкидывал “на-гора” семь кубометров.В начале октября 1941 года Малый театр, а вместе с ним и училище эвакуировали. Мы тронулись в изнурительный месячный путь в Челябинск. В 1942 году, будучи студентом второго курса, я был призван из Челябинска в армию. Освобождали от службы только студентов третьего и четвертого курсов, остальные должны были воевать. Ушел на войну романтически настроенным юнцом, фантазером. Воевать даже нравилось... когда наступали, и не очень - когда отступали. Например, когда разрушали своими орудиями вражеские коммуникации или часть сопротивлявшегося населенного пункта, да еще получали награды за это, то, конечно, чувствовали себя "орлами". Но, вернувшись с войны, я осознал свою причастность к человекоубийству, случайность того, что сам остался в живых.Я кавалер двух медалей "За отвагу", орденов Красной Звезды, Отечественной войны... Первые свои медали я получил за двух "языков". Вторую медаль получил так: однажды командир бригады полковник Синицын и я, пользуясь нашими неточными картами местности, забрели чуть ли не в расположение немцев. Случилось так, что у меня было небольшое отравление и мне понадобилось выйти из машины по нужде. Укрылся в кустах под балкой, и вдруг на дне балки появляется немец с автоматом. За ним - несколько солдат без оружия, без ремней. Я понял, что ведут немецких "гауптвахтников". Проходят по дну балки и скрываются за поворотом. Идущий последним решил задержаться. Приспичило человеку. Я, не застегнув как следует штаны, тихонько свистнул. Немец повернулся на свист, и я ему показал пистолетом, чтобы он шел ко мне. Немец поднял руки, подошел. Я его довел до машины, привезли в штаб, и он оказался очень полезным "языком"...
Когда вспоминаю войну - вспоминаю добрых, смелых, душевно красивых людей; вспоминаю все, что связано с юмором, дружбой, взаимовыручкой, добром, любовью... В День Победы собираемся с друзьями, выпиваем граммов по триста и плачем от того, что видим вокруг. Мы думали, что завоюем рай, а сегодня вокруг сплошная пошлость.

 

Леонид Иович Гайдай (1923 - 1993)

Гайдай вызвался добровольцем ещё в 1941-м, но призвали его лишь год спустя. Сначала Леонид Иович служил в Монголии — объезжал лошадей, которых затем отправляли на фронт.  Высокий и худой Гайдай на приземистых монгольских лошадях смотрелся комично, но со своей ковбойской работой справлялся успешно. Он, как и другие его сверстники рвались на фронт. Находиться в мирной Монголии, они считали стыдным. Кроме того, новобранцев частенько забывали кормить и они страшно голодали.И когда в его часть за пополнением приехал военком, Гайдай своего шанса не упустил. Причём момент отбора новобранцев, благодаря Леониду Иовичу, стал комическим и лёг в основу всем известного эпизода из "Операции Ы". На вопросы военкома будущий комедиограф немедленно отвечал: «Я!» «Кто в артиллерию?» — «Я!» — «Кто в кавалерию?» — «Я!» — «Во флот?» — «Я!» — «В разведку?» — «Я!» — «Да подождите вы, Гайдай! Дайте огласить весь список».Из этого случая, через много лет родился эпизод фильма "Операция "Ы"".В результате Леонид Иович попал на Калининский фронт.Гайдай служил во взводе пешей разведки, неоднократно ходил во вражеский тыл брать языка, был награжден несколькими медалями.В 1943 году, возвращаясь с задания, Леонид Гайдай подорвался на противопехотной мине, получив тяжелейшее ранение ноги. Около года провел в госпиталях, перенес 5 операций. Ему угрожала ампутация, но он от нее категорически отказался. "Одноногих актеров не бывает" - сказал он. Ногу удалось спасти, и в январе 1944-го Гайдай вернулся в родной Иркутск. Награждён медалью «За боевые заслуги».Последствия этого ранения преследовали его всю жизнь. Время от времени рана открывалась, выходили осколки, воспалялась кость и эти мучения длились годами. Он был инвалидом, хотя никогда никому не говорил об этом. Посторонние об этом не только не знали, но и не догадывались, потому что Леонид Иович терпеть не мог показывать свои болезни или недомогания. У него был настоящий мужской характер..«20 июня 1941 года был выпускной бал. Нам вручили аттестаты об окончании школы. А 22 июня, как известно, война... Мы узнаем о ней в 17 часов по иркутскому времени. Как раз в это время я с папой сажал тополя перед домом (вдоль забора, который смотрит на улицу сбоку). Почему-то в это время нам (я имею в виду нашей школе) было очень весело, каждый хотел быстрее попасть в армию, отправиться на фронт воевать с фашистами»."Когда я услышал о Калининском фронте, я подумал, что нас обязательно провезут через Москву. Я думал, что в Москве живут только красивые люди, и очень хотел ее увидеть. Нас действительно провезли через Москву, но пересекли ее ночью под землей, в метро. Поезд с солдатами шел, не останавливаясь, ни на одной станции, и я Москвы так и не увидел".

 Николай Григорьевич Гринько (1920 - 1989)

  На фронте Николай служил стрелком-радистом на бомбардировщиках дальнего действия и был комсоргом полка. О войне никогда не рассказывал.

 

 

 Владимир Леонидович Гуляев (1924 - 1927)

 20 апреля 1942 года его зачислили курсантом в Молотовскую (Пермскую) военную авиационную школу пилотов. Он стал пилотом штурмовика Ил-2.

...Самый молодой курсант Молотовской школы летчиков-штурмовиков Володя Гуляев окончил ее с отличием и, получив звание младшего лейтенанта, прибыл с новой партией пополнения в 639-й полк, который базировался тогда около города Велиж.В ноябре 1943 года началось формирование 335-й штурмовой авиадивизии, в которую вошел полк Гуляева и соседний, 826-й, из их 211-й дивизии. Зимой летчики новоиспеченной дивизии летали редко, в основном на разведку. Гуляеву удалось совершить всего лишь один боевой вылет.Весной 1944 года в дивизию Гуляева поступил приказ на перевод 639-го полка на 2-й Украинский фронт. Это событие должно было бы обрадовать Володю, ведь начальником агитации и пропаганды 53-й армии на 2-м Украинском воевал его отец. Но он поступил по-гуляевски: упросил командира дивизии не отправлять его на Украину и перевести в соседний, 826-й, штурмовой полк 335-й дивизии. В 1-й эскадрилье этого полка Владимир Гуляев и пройдет все свои фронтовые университеты до самого победного дня - 9 мая 1945 года.В мае 1944 года 335-я штурмовая дивизия в составе 826-го и 683-го штурмовых авиаполков скрытно перебазировалась на аэродром у Городка на Витебщине. Первые вылеты Гуляева были на штурмовку железнодорожных станций Ловша, Оболь, Горяны на дороге Витебск - Полоцк. Особенно досталось фрицам от ударов Владимира в Оболи. На эту станцию он летал 20 мая, 6, 13 и 23 июня. В полковых документах за 13 июня говорится: "Летая на штурмовку ж.д. станции Оболь в группе из шести Ил-2, сделав 3 захода, несмотря на сильный зенитный огонь противника, т. Гуляев сбросил бомбы в эшелон, наблюдались 3 взрыва с черным дымом, огнем пушек и пулеметов расстреливал живую силу противника. Задание выполнил отлично. Результат штурмовки подтверждается фотоснимком и показаниями истребителей прикрытия". К этому следует добавить, что сама станция прикрывалась четырьмя зенитными батареями да еще двумя на подходе к ней. Это целое море зенитного огня! Гуляев, пренебрегая смертельной опасностью, трижды нырял в это море. И не только остался жив, но и повредил немецкий эшелон. Об этой его снайперской атаке даже написала армейская газета "Советский сокол". Вырезку со статьей Гуляев потом долго с гордостью носил в своем летном планшете.Во время операции "Багратион" 826-й штурмовой полк наносил удары по живой силе и технике противника, двигающейся по дорогам Добрино - Вербали - Шумилино - Бешенковичи, Ловша - Богушевское - Сенно и Ловша - Климово. В составе шестерки штурмовиков ведомым у командира 1-й эскадрильи капитана Попова поднялся в воздух и младший лейтенант Гуляев со своим воздушным стрелком - сержантом Василием Виниченко. Их целью была немецкая колонна на дороге Ловша - Полоцк. Но с воздуха они вдруг увидели, что на станции Оболь стоят под парами целых 5 эшелонов врага! Сквозь плотный частокол зенитного огня к ним прорвались лишь Попов и Гуляев. Но Попова все же сбили, сбили над самой станцией. Вместе с ним погиб и его стрелок старшина Безживотный. Сбросить бомбы на эшелоны и вернуться на свой аэродром целым и невредимым удалось лишь Гуляеву. На станции Оболь потом еще целых два дня бушевал пожар и рвались боеприпасы. Правда, достойной оценки снайперский удар Владимира Гуляева у начальства не получил. В это просто не поверили. Живых свидетелей не было, а у Гуляева это был всего лишь восьмой боевой вылет. Конечно, сказалось и то, что дивизия в этот день впервые понесла столь большие потери: 7 самолетов и 4 экипажа. Тут уж было не до победных реляций перед вышестоящим командованием.Перелетев на аэродром Бешенковичи, 826-й полк после уничтожения врага в районе Лепель - Чашники принял участие в Полоцкой наступательной операции. Владимир Гуляев со своими товарищами штурмует немецкие колонны и позиции в районе Глубокого, Дуниловичей, Боровухи, Дисны, Бигосово. 3 июля громит врага на северо-западной окраине Полоцка, а 4 июля, в день освобождения города, участвует в разгроме немецкой колонны на дороге Дрисса (Верхнедвинск) - Друя. В результате этого сокрушительного удара немцы потеряли 535(!) автомашин и речную баржу. Несмотря на то, что враг нес столь чудовищные потери и отступал, полеты для наших штурмовиков были отнюдь не охотничьей прогулкой. Небо буквально рвали в клочья немецкие зенитки, а в облаках постоянно рыскали "фоккеры" и "мессеры". И всякий раз кому-то из летчиков дивизии не было суждено вернуться на родной аэродром. Сбиты экипажи Акимов - Куркулев, Федоров - Цуканов, Осипов - Кананадзе, Куроедов - Кудрявцев, Маврин - Вдовченко, Матросов - Катков, Шкарпетов - Коргин... Экипажу Гуляев - Виниченко, слава Богу, везло.

А вот в районе Резекне удача от Гуляева отвернулась. Во время атаки артиллерийских позиций его самолет получил тяжелые повреждения, и "илюху" пришлось сажать с остановившимся мотором прямо на лес. Старенький Ил-2 с металлическими крыльями принял страшный удар о деревья на себя, как мог смягчил его и, погибая, все же спас экипаж от верной смерти. Владимира Гуляева в бессознательном состоянии срочно доставили на попутном Ли-2 в Центральный авиационный госпиталь в Москву. В свой полк он вернулся лишь через три с половиной месяца. О тяжелом ранении напоминали шрамы на переносице и подбородке и неутешительное заключение врачей, которое позволяло надеяться на полеты только в легкомоторной авиации. А это, увы, деревянно-полотняные "кукурузники" По-2. Такие были в 335-й дивизии лишь в штабном звене управления. Здесь скрепя сердце на должности пилота По-2 он и продолжил свою службу. Так и летать бы ему на этой "швейной машинке" до самой победы, но не прошло и месяца, как затосковала его штурмовая душа по ставшей родной кабине "илюхи". Стал писать рапорт за рапортом и в конце концов добился повторной медкомиссии, а в марте 1945 года вновь поднял свой любимый Ил-2 в воздух. И в одном из первых боевых вылетов едва не погиб. Архивный документ повествует об этом лаконично и сухо: "26.3.1945 г. летал на штурмовку автомашин противника в район Бальга. Произведя три захода на цель, он уничтожил три автомашины и создал один очаг пожара. От прямого попадания зенитного снаряда самолет его был поврежден, но благодаря отличной технике пилотирования он привел самолет на свой аэродром и благополучно произвел посадку". Смерть, опалив его своим страшным жарким дыханием, пронеслась совсем рядом. Но и после этого Гуляев неудержимо рвется в бой, совершая по 2 - 3 боевых вылета в день.6 апреля целью Гуляева и его товарищей стал город-крепость Кенигсберг (Калининград). Летчикам именно их дивизии была доверена высокая честь сбросить с самолета ультиматум коменданту Кенигсберга генералу Отто Ляшу. Не выдержав мощи ударов атакующих, цитадель прусского милитаризма пала всего через три дня - 9 апреля. Именно в этот день за мужество, отвагу и совершенные 20 успешных боевых вылетов в небе Восточной Пруссии Владимир Гуляев был представлен к ордену Отечественной войны I степени.

 

 

http://chessglum.com/ak/ak.html

 http://www.kinomania.ru/article/47591/

 http://topwar.ru/45390-sovetskie-aktery-uchastniki-velikoy-o...

 http://www.spletnik.ru/blogs/pro_zvezd/75352_den-pobedy-akte... 

Взято с http://chagnavstretchy.mirtesen.ru/blog/4370515549...teryi,-proshedshie-voynu.-CH.1