Я хочу возблагодарить божественный
Лабиринт причин и следствий
За разнообразие творений,
Составляющих эту единственную Вселенную,
За то, что разум не оставит своих мечтаний
О плане лабиринта,
За лицо Елены и настойчивость Одиссея,
За любовь, которая даёт нам увидеть других такими,
Какими их видит божество,
За твёрдость алмаза и податливость воды,
За алгебру, этот дворец совершенных кристаллов,
За мистические строки Ангела Силезия,
За Шопенгауэра,
Почти расшифровавшего Вселенную,
За блеск огня, на который ни одно человеческое существо
Не способно смотреть без древнего изумления,
За красное дерево, кедр и сандал,
За хлеб и соль,
За таинство розы
И изобилие красок, которого я не увижу,
За небезызвестные дни 1955 года и их кануны,
За упорных пастухов,
Стерегущих на равнине стада и зарю,
За утро в Монтевидео,
За искусство дружбы,
За последний день Сократа,
За слова, долетавшие в сумерках
От одного креста к другому кресту,
За сновидение ислама, объявшее
Тысячу и одну ночь,
За ещё один сон о преисподней,
О столбе очищающего огня
И о сферах славы,
За Сведенборга,
Сообщавшегося с ангелами на улицах Лондона,
За тайные и незапамятные реки,
Слившиеся во мне воедино,
За язык, на котором я некогда говорил в Нортумбрии,
За саксонские меч и арфу,
За море — сверкающую пустыню,
Ключ к тому, о чём мы не знаем
И эпитафию викингам,
За музыку английской речи,
За музыку немецкой речи,
За золото, сияющее в стихах,
За эпическую зиму,
За название непрочитанной книги:
Gesta Dei per Francos,
За Верлена, невинного, как птицы,
За призму кристалла и тяжесть бронзы,
За полосы тигра,
За небоскрёбы Манхэттена и Сан-Франциско,
За утро в Техасе,
За некоего севильца, издавшего Назидательные письма
И скрывшего от нас своё имя,
За Сенеку и Лукана, уроженцев Кордовы,
Ещё до возникновения испанского языка
Создавших всю испанскую литературу,
За геометричность и щедрость шахмат,
За черепаху Зенона и карту Ройса,
За запах медикаментов во врачебных кабинетах,
За язык, способный симулировать мудрость,
За забвение, отменяющее или изменяющее прошлое,
За привычку,
Воспроизводящую и удостоверяющую нас, словно зеркало,
За утро, внушающее нам иллюзию начала,
За ночь, её темноту и её астрономию,
За храбрость и счастье других,
За родину, которую мы узнаём в жасминах
Или в старой сабле,
За Уитмена и Франциска Ассизского, уже создавших эту поэму,
За деяние, благодаря которому она неисчерпаема
И переполнена всевозможными творениями,
И никогда не завершится последним стихом,
И будет меняться вслед за людьми,
За Фрэнсис Хейзлем, просившую у своих детей прощения за то,
Что она никак не умрёт,
За минуты, предшествующие сну,
За сон и смерть,
Эту пару тёмных сокровищ,
За сокровенные дары, о которых я не хочу говорить,
За музыку, таинственную форму времени".