...и для души, и для сердца и для ума!!!

Четверг, 27 Сентября 2012 г. 14:30 + в цитатник

Цитата сообщения Nora_Eleo

Прочитать целиком В свой цитатник или сообщество!

Андрэ Моруа. Письма незнакомке

Андрэ Моруа.
Письма незнакомке

----------------------------------------------------------------------
Перевод Я. 3. Лесюка
Из книги Моруа, Андрэ. Байрон. Письма незнакомке. Открытое письмо
молодому человеку о науке жить. Издательство "Олимп": Москва, 1998, стр.
454-575
OCR & spelchecked by Zhanna Marina, 19 June 2001
----------------------------------------------------------------------

Вы существуете, и вместе с тем вас нет. Когда один мой друг предложил мне писать вам раз в неделю, я мысленно нарисовал себе ваш образ. Я создал вас прекрасной -- и лицом, и разумом. Я знал: Вы не замедлите возникнуть живой из грез моих, и станете читать мои послания, и отвечать на них, и говорить мне все, что жаждет услышать автор.

С первого же дня я придал вам определенный облик -- облик редкостно
красивой и юной женщины, которую я увидал в театре. Нет, не на сцене -- в зале. Никто из тех, кто был со мною рядом, не знал ее. С тех пор вы обрели глаза и губы, голос и стать, но, как и подобает, по-прежнему остались Незнакомкой.

В печати появились два-три моих письма, и я, как ожидал, стал получать от вас ответы. Здесь "вы" -- лицо собирательное. Вас много разных незнакомок: Одна -- наивная, другая -- вздорная, а третья -- шалунья и насмешница. Мне не терпелось затеять с вами переписку, однако я удержался: вам надлежало оставаться всеми, нельзя было, чтоб вы стали одной.

Вы укоряете меня за сдержанность, за мой неизменный сентиментальный морализм. Но что поделаешь? И самый терпеливый из людей пребудет верным
незнакомке лишь при том условии, что однажды она откроется ему. Мериме довольно быстро узнал о том, что его незнакомку зовут Женни Дакен*, и вскоре ему позволили поцеловать ее прелестные ножки. Да, наш кумир должен иметь и ножки, и все остальное, ибо мы устаем от созерцания бестелесной богини.

Я обещал, что стану продолжать эту игру до той поры, пока буду черпать в ней удовольствие. Прошло больше года, я поставил точку в нашей переписке, возражений не последовало. Воображаемый разрыв совсем не труден. Я сохраню о вас чудесное, незамутненное воспоминание. Прощайте. А. М.

Об одной встрече.

В тот вечер я был не один в "Комеди Франсез". "Давали всего-навсего Mольера", но с большим успехом. Владычица Ирана* от души смеялась; Робер
Кемп, казалось, блаженствовал; Поль Леото* притягивал к себе взоры.

Сидевшая рядом с нами дама шепнула мужу: "Скажу по телефону тетушке
Клемансе, что видела Леото, она обрадуется".

Вы сидели впереди, закутавшись в песцовые меха, и, как во времена
Мюссе, покачивалась предо мною подобранная "черная коса на дивной гибкой
шее". В антракте вы нагнулись к подруге и оживленно спросили: "Как стать
любимой?". Мне в свой черед захотелось нагнуться к вам и ответить словами
одного из современников Мольера: "Чтобы понравиться другим, нужно говорить с
ними о том, что приятно им и что занимает их, уклоняться от споров о
предметах маловажных, редко задавать вопросы и ни в коем случае не дать им
заподозрить, что можно быть разумней, чем они"*.

Вот советы человека, знавшего людей! Да, если мы хотим, чтобы нас
любили, нужно говорить с другими не о том, что занимает нас, а о том, что
занимает их. А что занимает их? Они же сами. Мы никогда не наскучим женщине,
коль станем говорить с нею о ее нраве и красоте, коль будем расспрашивать ее
о детстве, о вкусах, о том, что ее печалит. Вы также никогда не наскучите
мужчине, если попросите его рассказывать о себе самом. Сколько женщин
снискали себе славу искусных слушательниц! Впрочем, и слушать-то нет нужды,
достаточно лишь делать вид, будто слушаешь.

"Уклониться от споров о предметах маловажных". Доводы, излагаемые
резким тоном, выводят собеседника из себя. Особенно когда правда на вашей
стороне. "Всякое дельное замечание задевает", -- говорил Стендаль. Вашему
собеседнику, возможно, и придется признать неопровержимость ваших доводов,
но он вам этого не простит вовеки. В любви мужчина стремится не к войне, а к
миру. Блаженны нежные и кроткие женщины, их будут любить сильнее. Ничто так
не выводит мужчину из себя, как агрессивность женщины. Амазонок
обожествляют, но не обожают. Другой, вполне достойный способ понравиться --
лестно отзываться о людях. Если им это перескажут, это доставит им
удовольствие и они в ответ почувствуют к вам расположение.

-- Не по душе мне госпожа де..., -- говорил некто.
-- Как жаль! А она-то находит вас просто обворожительным и говорит об
этом каждому встречному.
-- Неужели?.. Выходит, я заблуждался на ее счет.

Верно и обратное. Одна язвительная фраза, к тому же пересказанная
недоброжелательно, порождает злейших врагов. "Если бы все мы знали все то,
что говорится обо всех нас, никто ни с кем бы не разговаривал". Беда в том,
что рано или поздно все узнают то, что все говорят обо всех.

Возвратимся к Ларошфуко: "Ни в коем случае не дать им заподозрить, что
можно быть разумней, чем они". Разве нельзя одновременно и любить, и
восхищаться кем-то? Разумеется, можно, но только если он не выражает свое
превосходство с высокомерием и оно уравновешивается небольшими слабостями,
позволяющими другим в свой черед как бы покровительствовать ему. Самый умный
человек из тех, кого я знал, Поль Валери, весьма непринужденно выказывал
свой ум. Он облекал глубокие мысли в шутливую форму; ему были присущи и
ребячество, и милые проказы, что делало его необыкновенно обаятельным.
Другой умнейший человек и серьезен, и важен, а все же забавляет друзей своей
неосознанной кичливостью, рассеянностью или причудами. Ему прощают то, что
он талантлив, потому, что он бывает смешон;и вам простят то, что вы красивы,
потому, что вы держитесь просто. Женщина никогда не надоест даже великому
человеку, если будет помнить, что он тоже человек.

Как же стать любимой? Давая тем, кого хотите пленить, веские основания
быть довольными собой. Любовь начинается с радостного ощущения собственной
силы, сочетающегося со счастьем другого человека. Нравиться -- значит и
даровать, и принимать. Вот что, незнакомка души моей (как говорят испанцы),
хотелось бы мне вам ответить. Присовокуплю еще один -- последний -- совет,
его дал Мериме своей незнакомке: "Никогда не говорите о себе ничего дурного.
Это сделают ваши друзья". Прощайте.

_______________________________________________________