Картины Александра Стародубова завораживают любителей московской старины – на них город выглядит неотразимо красивым своими старинными особняками, узкими улочками, какой-то невыразимой прелестью заснеженных деревьев и туманного горизонта.
Александр не "фотографирует", а пишет только такую – свою старую Москву. Почти без людей, неторопливую, зимнюю или осеннюю. Обычно запорошенную легким снежком, с деревьями, тронутыми инеем. Почти без ярких красок, но очень красивую своей старомосковской архитектурой особняков. В своем творчестве он возвращается к истокам городского пейзажа – подальше от современного, динамичного, стеклянно-бетонного мегаполиса… Все время пытаешься понять – где списан тот или иной сюжет? Видишь знакомые архитектурные объекты, церкви, дома, но и не узнаешь улицу… Оказывается, что вся эта "Москва Стародубова", так похожа на реальность, – по существу плод воображения художника. Site

С Рождеством!, масло,акрил
City Moscow

...О моих Ловозёрских тундрах




Мы заблудились в этом свете.
Мы в подземельях темных. Мы
Один к другому, точно дети,
Прижались робко в безднах тьмы.

По мертвым рекам всплески весел;
Орфей родную тень зовет.
И кто-то нас друг к другу бросил,
И кто-то снова оторвет...
Бессильна скорбь. Беззвучны крики.
Рука горит еще в руке.
И влажный камень вдалеке
Лепечет имя Эвридики.

Максимилиан ВОЛОШИН

Ловозёрские тундры являются как бы эпицентром сакрального Космоса Гипербореи. А очаги древнейшей працивилизации Земли, располагаясь вокруг Ловозера, образовали коло на впадающих по периметру озера реках. По этим загадочным рекам идущие поднимались к водоразделам, делали волок в одну из великих рек Беловодья, как правило - в исток. А далее, по мере спуска через быстрины, перекаты и пороги, постигалась суть того знания, начало которому было положено Хранителями в пещерах у Сейдозера и озера-кратера Райявр.
Идти против течения вообще дело не простое. Особенно на неширокой горной речке, среди "бараньих лбов", крупных, едва покрытых водой, плоских валунов по краям основного слива. Стоит подсесть на такой лоб и течение вмиг довершает дело: или плотно затаскивает на валун, или ставит лодку поперёк слива, угрожая её "сложить". Десять часов хода, час отдыха с горячим обедом и перекус мёдом с лепёшками и травником из термоса в четверть часа: такой режим позволит к полудню четвёртого дня выйти на Падун, место однодневной стоянки и начало волока. Тут же и вход в пещеру. Это уже второй на Афанасии.. И ни одна из них в стандартном описании маршрута не фигурировала вовсе. Но ходим-то мы по древним картам, о которых сам Меркатор слышал лишь краем уха. Наставник рассказал, как достигали наши предки самых дальних пределов земли. И не только...
А потом в разговор совсем незаметно вступил старец, о котором мы и позабыть-то успели, так естественно слился он с окружающим, буквально растворившись в нём. И время, только что обтекавшее нас среди всего этого благолепия тихим журчанием бытия, вдруг стало плотным, почти осязаемым от потока информации, что исходила от старца то ясными кристаллами нового ведения, то коконами мыслеформ, в смысле которых предстояло нам разобраться самим...

Очень хочется чего-нибудь хорошего, доброго, потому поделюсь с вами этими прекрасными фотографиями. Это не звезды, но, по-моему, эти волшебные фото очень красивы и дарят невероятный заряд позитива! 

Далее