В колонках играет - Ирина Дубцова и Полина Гагарина - кому? зачем?
Придумай меня живым
Автор: Trush
Бета: diary-darya
Фэндом: JE. RPS
Пейринг: Ре/Окура, Ре/Учи, Окура/Учи
Рейтинг: R
Жанр: romance, science fiction, action.
Дисклеймер: Все выдумка
Размещение: с разрешение автора.

выставляю кусочек.. все можно прочитать тут: http://www.slashfiction.ru/offtop/fics/johnnies/trush_live.htm

Учи нравятся чужие руки. Профессор знал это и часто гладил его по волосам и пальцам, и теперь прикосновения этого, молодого, тоже заставляют улыбаться. Он тянется рукой к лицу стоящего напротив ученого, задевает пальцами к родинкам, похожим на брызги краски из распылителя, и где-то слева в груди прыгают стрелки датчиков.





Плохой знак.
Учи отступает на шаг, не понимая, почему пол под ногами так шатается, и почему Нишикидо так отчаянно пытается ухватить его за воротник.
А потом он ударяется о край капсулы и вскрикивает. Нет, не от боли – от осознания того, что от толчка хрупкие приборы в его голове могут быть повреждены.
Профессор однажды поставил его перед собой, обхватил за плечи и, заглянув в глаза, наставительно произнес:
- Ты слишком ценный мальчик, Хиро, - тонкий палец упирается ему в лоб, под следом от датчика. – Постарайся не ударяться головой.
Учи поднимается с пола, и только заметив влюбленный, невероятный взгляд Нишикидо, понимает, что приборы все-таки пострадали.

В последний раз у Ре так болела голова, когда он от скуки пробрался в квартиру соседа-наркодилера и попробовал рассыпанные по столу таблетки. Он хватается за виски, пытаясь поднять потяжелевшее тело от пола, и у него от непонятного, отчаянной волной нахлынувшего возбуждения, сжимается горло.
- Окура… - шепчет он. Дышать тяжело от того, как сжимает грудь наслаждение, и он машинально тянется к ремню своих джинсов. – Боже…
Заставив себя открыть глаза, он видит лицо склонившегося над ним спасенного мальчика, Учи Хироки. Глаза испуганные, в пол-лица, и на скуле – алая капля, гладкая, как его рот, кажущийся бледным рядом с этой краснотой.
- Ты в порядке? – хрипло спрашивает Ре, отрывая руки от своего живота и дотрагиваясь мизинцем до чужого лица.
Учи сам похож на каплю крови – кажется, стоит прикоснуться – и он исчезнет, невесомой пленкой растворится в воздухе. Облизнув губы, Ре уже смелее, всей ладонью гладит его по щеке, зарывается пальцами в волосы, привлекая к себе ближе. От какой-до дикой, неестественной любви и нежности у него кружится голова.
- Я в порядке, - шепчет Учи, и Ре чувствует этот шепот губами, когда целует еще немного холодный рот. – Я в полном порядке, - пошатнувшись, он падает на Ре, и тот замечает, как Учи вздергивает подбородок, словно ребенок, который пытается держать голову над водой, когда плывет.
- Боишься удариться снова? – шепчет Ре, закрывая глаза. Он не хочет признаваться – ни себе, ни Учи, – что у него перед глазами все плывет, когда тощее, нескладное, холодное тело тянется к нему, и каждое касание заставляет вздрагивать от новой судороги наслаждения. – Я поймаю, не бойся, - шепчет Ре, сжимая пальцы на плечах Учи, и тот эхом отзывается:
- Не бойся…
Когда Учи, приподнявшись на локтях, двигается, трется бедрами о бедра Ре, тот зажимает себе рот рукой, чтобы не кричать. Сейчас каждое прикосновение - такое острое и такое правильное, что Ре только улыбается, когда вспоминает, что их катер сейчас обстреливают термиты. «Таччон справится», - думает Ре, стаскивая с чужих плеч халат и забираясь горячими пальцами под рубашку Учи. Кожа его холодная, и у Ре все мысли пропадают из головы. Он может думать только о том, как дергается под его руками спина, как восхитительно горячо Учи трется о его кожу, как он запрокидывает голову, подставляя шею и подбородок губам Ре.
Даже с Окурой у них никогда не бывало так…
Быстро.
Ре часто хватает ртом воздух и чувствует, как до его лица дотрагиваются слишком холодные пальцы:
- Все кончено, - шепчет Учи, прикасаясь сухими губами ко лбу Ре, - Они больше не атакуют, - Ре гладит непривычно острые лопатки всей ладонью. После широкой и сильной спины Окуры эта хрупкость кажется неестественной.
- Перехожу в режим автопилотирования, - тихо доносится из динамика, и Ре едва успевает поднять глаза, когда дверь отходит в сторону, и Окура появляется на пороге, направляя на них пистолет.
- Руки, - говорит он, и голос его такой же тихий, как у катера. – Убери от него руки немедленно.