кользкая смесь подтаявшего снега и городской грязи лезла под ноги подобно тому, как балонка пытается забраться на бульдога: очень упорно и очень безрезультатно. Выход из метро остался в десятке шагов за спиной, и поток лиц, усталых от чуждой работы или уже давно родного безделья, поредел. Огни супермаркета кидали в спину бледные лучи света, которые оставались лишь цветастыми огоньками по ту сторону притихшего рынка. Конвой ярких и в то же время болезненно-жёлтых фонарей сопровождал широкую дорогу, монотонно гудящую потоками машин.
Вы говорите, "фонари все погаснут, а звезды будут светить?" Этот город, пару сотен лет назад назвавший себя "вечным",косясь на Рим, и не собирается гаснуть: мрачные, но оживлённые высоты спальных районов гаснут только глубокой ночью. И звёздам, пьющим вечность с водкой на тёмных облаках, уже нет в это время до людей никакого дела.
И людям до людей, в сущности, тоже нет никакого дела. Кроме одного, общего для всех, убеждённых в его, этого дела, индивидуальности для каждого. Ну вот смотрите..
Толпы людей, конечно, обладают особым величием: сосредоточение этакой общей и обощённой силы завораживает на первый взгляд.И на второй, и на третий.. А вот на сотый всё чаще вспоминаешь, что импульс каждого из них гасится такими же импульсами других. Они рвутся наверх и грызут глотки, подставляя невзначай свои. Всего на секунду. Но этого достаточно хотя бы для одного зверя, оказавшегося вблизи. И потому они слабы. Хаос ужасен только для тех, кто внутри него. Для тех, кто снаружи хаос слаб и весьма доступен. Во всех смыслах. Но не будем отвлекаться! Вон, вон там новая сила свергает старую. С годами она, эта сила, если выживает в беспредельной гонке, нацепляет маски солидности и благородства. А ещё..как же это слово? Да-да, конечно, спасибо, мой услужливый червь, - "высокомерия".
Ведь высокомерие - неотъемлимая часть серьёзного человека, не так ли? Пустое лицо, леденящая вежливость, безразличный или скучающе-оценивающий взгляд, "понты" всех разрядов и мастей - от колготок в замысловатую, узорчатую сеточку при -15 за бортом, до машин, столь неудобных в условиях вечной пробки, но столь нужных серьёзному человеку.От..., до..., от..., до...... Здесь предмет фетиша - всё. Начиная от материи, кончая духом. Который, в прочем, часто переплетается с материей,и потому извращается сам. Но это же везде так? Да. Но не везде настолько нездорово. Вообще, понты - отдельная тема в разговоре об этом городе, и мы её трогать не будем, ведь каждый здесь разбирается в ней прекрасно: кто-то насыщает ими свою жизнь, кто-то завидуем перым и потому знает об этом почти всё. Ну что я вам рассказываю, оглянитесь вкруг и необходимость в словоформах отпадёт.
А дорожка, кинутая между заснеженных в чёрную крапинку кусочков земли, предательски скользит, подсовывая из-под влажной жижи куски гололёда. Ещё 2 минуты и за рваными изгибами домов покажется общага. Ещё немного и комната с желтеющими от дыма обоями и штукатурками встретит меня. Всё-таки есть у неё что-то общее с вокзальной проституткой... Это я про комнату. Посудите сами: вроде бы сейчас безраздельно моя (групповой секс отметаем - в этой комнате я живу один), она сохраняет холод безразличия подобно тому, как дом хранит тепло. Да и время отношений с ней весьма ограничено. Общага одним словом.
Да что я всё о себе да о себе? Давайте о соседях! А в прочем что о них..отгорожены стенами и своим прошлым. И нежеланием принимать друг друга в своё настоящее ближе, чем на канитель кастрюль и бытовых ссор или бытовых пьянок. Пьянок, вызванных скорее желанием выпить, нежели желанием пообщаться. Мда, это вам даже не нелюбимая жена: её по крайней мере можно...
Нет... вобщем не будем о соседях. Будем о буднях. Рабочий день здесь у всех начинается и заканчивается одинакого - потоками густых, неоднородных, но очень подвижных масс. Будь то потоки машин, потоки людей, потоки информации, потоки крови или потоки бреда, они живут по одним законам. Они вовлекают в себя каждую пещинку, оказавшуюся чуть ближе к руслу чем следовало. Они дарят ощущение части массы. Части силы. Нескончаемой, беспредельной и слабой без всех нас. Да, да, я уже об этом говорил вам..но послушайте, присмотритесь.
Здесь много тех, кто любит толпу. Они любят приобщённость к силе. Будь то сила цепочки авторитетных мнений на шее умеющих думать, будь то сила одной радости или одной боли - от футбольных фанатов до готствующих элементов, будь то сила общности "двара", "района", города. Но нужно ли эфимерное ощущение силы тем, кто силён сам по себе, внутри себя, безотносительно внешнего мира?
Да, никто из нас не может стать человеком, без окружения из других людей, из некоторых продуктов материального и духовного производства, из живой и однозначно-банальной рефлексии на происходящее других, равных. В этом оправдание детской и подростковой стадности. Но сформировавшийся человек...он может или должен мочь встать посреди толпы. Или пойти против неё, рассекая её, осознавая неотвратимость быть раздавленным ею. Ведь..что значит "сформировавшийся"? Выстроивший свою "форму", свой набор формул взаимоотношений с окружением. Формул относительно статичных - прошло время, когда они сметались и насаждались извне. Теперь они насаждают этому "извне" себя самого. Потому что сам человек, конкретный человек, осознаёт, что действительно важен ОН, не как набор полезных для кого-то функций, а как самобытная и уникальная система...важен в таком виде только самому себе. Никому иному. А если он самолично позволяет играть со внутренностями своего сознания, то какой же он.."сформировавшийся"?А сколько вообще вокруг сформировавшихся?
А мысли всё текли и текли, размеренно и скучно будто по сотому кругу, лишь иногда вспыхивая..просто резец разума соскользнул на эмоции. Но это не страшно, вернём разум на место, а чувства по-глубже. И вот вам покой...и мне.