Автор-Женя Преснякова. Иллюстрация авторская
Ровно в полночь, гладь морскую рассекая,
На горизонте показались тени чёрных парусов:
Луною серебристой озаряем,
Пристал корабль возле тёмных берегов.
Опущен трап, к земле чужой нисходит
Фигура чёткая, идёт в неведанную глубь.
Под её властными шагами глухо ноет
Ведущий к городу булыжниковый путь.
За белой маской не видать его ресницы,
Безликий не идёт дорогою своих отцов,
И тени, некогда залёгшие в его глазницах,
Сравнимы только с тенью чёрных парусов.
И белой маской тот безликий разрезает
Безлюдное пространство улицы ночной…
Она его от прошлого спасает,
Она – его проклятье и покой.
В каюте капитанской он сидел, задумавшись надолго,
Корабль его безлюдный о бунтах не знавал,
И лишь душа кричала чувством долга:
За непосильной целью он полмира обогнал.
И вот видна земля из-за штурвала,
В безлюдный порт корабль Безликого подплыл.
Но стал он не последним капитаном,
Кто гостем ночью в этом тёмном порте был.
Армада кораблей застыла у причала,
Весёлый Роджер скалится на флагах,
И выстрелы из пушек зазвучали.
Дырявя корабли градские как бумагу.
Прорезал пьяный хохот городскую тишину,
И пистолетный выстрел прогремел вдали.
Безликий маску белую на звуки повернул:
«И рыжий, и хромой.… Это они! Они!..»
Морские варвары бесчинствуют, снуют вокруг,
Уж дым столбом от близлежащих зданий,
Той ночью в городе родились страх, и ужас, и испуг…
И губернатор замертво упал, а может, без сознанья.
А выстрелы из пушек заглушались
Мольбой о помощи и криком женщин и детей.
Пока надежда прахом разрушалась,
Глотало море силуэты кораблей.
Дома горят, разбросаны бутылки, сено,
Разрушена церквушка городская,
Пираты не берут сегодня пленных,
Они всё ценное на корабли свои таскают.
Безликий думал над врагами расправляться
С ничтожной горсткой городских солдат,
Но вот пираты стали приближаться,
Глумясь и улюлюкая, вокруг него стоят.
И давний враг навстречу захромал –
Видны лишь лохмы рыжие и зубы – тот же цвет.
А голос хриплый скрип колёс напоминал.
Сквозь серый дым из трубки слышится «Привет».
- Вот мы и встретились.… Теперь я отомщу…
- Тебе, видать, уж мало шрама на щеке?..
- Виновен ты! Живым тебя не отпущу!..
- Спокойно, брат, - бухой моряк уж держит пистолет в руке.
Стальная шпага звякнула в ночи,
За маской серые глаза блеснули…
Он вновь готов о сабли шпагу заточить
И нанести удар, чтобы враги его навек уснули.
- Кого ты смеешь братом называть?!
Его убил! Меня пошто не взял?!
- Тебе бы зубочистку-то свою попридержать…
И хохот вражеский по уху бритвой дал.
Себя не помня, кинулся на пятерых.
К земле летит уж чёрный пистолет,
И сабля ржавая, намеченную цель не поразив,
Торчит в груди хозяина – немой ответ.
- Убью, щенок! – взревел побитый волк морской,
В мгновение достал кинжал из сапога,
И тот, взлетев из смуглых рук красивою дугой,
По рукоять вошёл в грудь молодого моряка.
И шпага выпала из ослабевших рук.
Стальной перчаткой рану закрывая,
Безликий маску белую откинул вдруг,
И та упала в море, к горизонту уплывая.
В момент последний жизнь перед глазами пролетела
И холод лёгкие сдавил тугим кольцом.
Последний реквием вдали морская чайка просипела…
Открылось миру новое, красивое лицо.
Он смотрит сквозь своих врагов навечно хмурых,
Те видят лишь агонию в его глазах.
Но слышит он: плывёт к нему фигура
И не задерживает взгляд на чуждых моряках.
- Прости, брат, - слышен шёпот тихий.
- В том не твоя вина, - звучит глухой ответ.
Лицо ладонями отгородил Безликий.
- Не прячься больше…. Твоей вины здесь нет.
Вздох облегчения сменился стоном боли:
Снаружи – рана, алая от крови,
И брешь в душе, что Дьявол ранее купил…
Грядущее ошибкой прошлого навеки загубил.
И вспомнит дом, где так давно он не был,
И кудри чёрные последний раз красиво вскинет…
Взгляд ясный устремлён в ночное небо,
Которого он в этом мире больше не увидит.
Шрам тонкий рассекает глаз напополам,
Улыбка непокорная осталась на губах,
Но больше он не будет улыбаться нам,
Он станет путешествовать во снах.
О плате он тогда не думал и не знал ещё.
И чуждая земля не примет его прах,
И он найдёт своё последнее пристанище
В холодных и бушующих морских волнах.
Последний из великих капитанов
Упал на дно вслед за своим отцом.
Вдали звучат удары барабанов,
Уходит вглубь нечёткое лицо.
И в память о герое безымянном
Мелькнёт последней восковой чертой
Та маска без увечий и изъянов
На фоне вражеской армады, не прекращавшей бой.
СЮРРЕАЛИСТЫ: 
