Валерий Валиулин
Нужна ли, правда?!
На реальных событиях. Имена и фамилии исключены.
Прибыв ранним утром на службу, для выполнения очередных учебных полётов, я был сильно огорчён – полёты отбили. Отбивают полёты не часто, в основном по метеоусловиям, не позволяющим их выполнение, при отсутствии погоды на запасных аэродромах, при авариях и катастрофах однотипных самолётов, да мало ли других причин для того чтобы перенести полёты на другой день. Причина отбоя полётов ошеломила меня – в части, из которой я перевёлся тремя годами ранее, погиб мой друг, командир корабля, с которым я пролетал, когда то два года в одном экипаже.
Впоследствии лётному и инженерно-техническому составу всех авиационных частей доводили результаты расследования катастрофы, причины, приведшие к гибели людей и потере боевой машины, рекомендации по мерам, исключающим повторения подобных трагедий в будущем.
Прибывший из Москвы полковник, развесив перед авиационной эскадрильей «простыню»*, размером «двести двадцать на сто восемьдесят», с нанесенным на неё незавершённым экипажем маршрутом от аэродрома взлёта до точки катастрофы, пытался убедить нас в том, что на большой высоте произошла медленная разгерметизация кабины пилотов. Что все члены экипажа, в нарушение инструкции, выполняли полёт на большой высоте с расслабленными кислородными масками, и потеряли сознание из-за недостатка кислорода и понижения давления в кабине. Что самолёт, оказавшись неуправляемым, свалился в штопор, перешёл на сверхзвуковую скорость, разрушился в воздухе, упал на землю. Катапультировался, из шестерых членов экипажа, только штурман корабля.
Я внимательно слушал выступление инспектора по безопасности полётов и не верил тому, что слышал! Чтобы такую оплошность мог допустить командир, с которым однажды мы сознательно выполняли пятичасовой маршрутный полёт на самолёте с неисправной системой герметизации кабины, который в воздухе всегда уведомлялся о самочувствии членов экипажа?! И сейчас я слышу его голос: «Экипаж, подтянуть кислородные маски, доложить о самочувствии!» Нет! Это ложь во имя сохранения занимаемых должностей начальников, скрывающих истинную причину гибели пятерых членов экипажа и потери боевой машины.
Шли годы. До самой смерти не покинет меня скорбь по погибшему другу и его экипажу. Он часто мне снится. Снится его напряжённое в работе лицо, глаза, сосредоточенно наблюдающие за приборами, руки, в кожаных перчатках, не выпускающие штурвал.
Всех товарищей из бывшего полка, с которыми позже сводила меня лётная служба, я расспрашивал о подробностях данного происшествия. Все соглашались в одном – начальство скрыло истинную причину данной катастрофы, но никто не мог знать её точно, высказывали только свои предположения.
Однополчане, пытавшиеся «разговорить» штурмана, оставшегося в живых, способного раскрыть истинную причину происшествия, с помощью коньяка и водки, ничего не смогли выжать из его уст, запечатанных командованием.
Когда спасательная команда, в заснеженных горах, морозным февральским днём, забирала приземлившегося на парашюте штурмана корабля с места гибели экипажа, на нём не было шлемофона! Сорвать шлемофон с его головы могло лишь в одном случае, если тот не был застёгнут. Следовательно, штурман в полёте не был в кислородной маске, которая крепится к шлемофону, дышал воздухом кабины, но сознание не потерял! Неоднократно в полетах, мне, как штурману корабля, приходилось отстёгивать кислородную маску с разрешения командира, она мешает плотно прислоняться к резиновому тубусу экрана радиолокационного прицела, мешает хорошо видеть засветки от наземных ориентиров и целей. Так что оказаться штурману без маски на любом этапе полёта – это реально.
Будучи уже на пенсии я рассказал о своём неверии в результаты расследования данной катастрофы соседу, отставному полковнику с которым нас объединяли общие увлечения литературой и, совместная в прошлом, служба. Уже, готовый к скорому своему уходу из жизни, поражённый онкологическим заболеванием, он поведал мне истинную причину, приведшую к трагической гибели друга моей молодости:
«Ты прав, Валера, в том, что не признаёшь эту ложную версию о данной катастрофе. На самолёт инженерно-техническим составом был установлен «КПЖ-30» с недопустимыми в нём остатками паров спирта! Те, кто провёл чистку важного для жизнеобеспечения экипажа в полёте кислородного оборудования, не выполнили положенных инструкцией требований, установили на самолёт «КПЖ-30» не продув его до полного очищения от паров спирта. Полёт продлился 52 минуты. Экипаж дышал в полёте кислородом, смешанным с парами спирта, и просто-напросто был отравлен! Это второй случай в наших ВВС, когда погибли люди из-за такого нарушения, граничащего с преступлением. Первый подобный случай с гибелью экипажа произошёл так давно, что его перестали вспоминать или, как в этот раз, скрыли истинную причину катастрофы ради сохранения «шкур» виновных. По занимаемому мной в те годы должностному положению я был осведомлён об истинной причине данной катастрофы. До большинства лиц лётного и инженерно-технического состава тогда была доведена ложная информация о причинах той катастрофы. Обвинить погибших, чтобы не губить ещё и семьи многих живых – такой принцип всегда преследовал ВВС. До сих пор никто не знает, сколько первых космонавтов погибло в космосе до полёта Юрия Гагарина».
Пришла эпоха цифровой цивилизации. Я отыскал в Интернете всё, что отыскалось, о воздействии паров спирта на организм человека при их вдыхании, сделал выводы о том, как могли вести себя пилоты под воздействием алкоголя, проникшего в кровь и в мозг человека непосредственно через лёгкие, минуя желудок. Представления жуткие!
При начальном опьянении активизируется мышечная деятельность человека и пилоты могли творить что угодно, неразумно «таская штурвал», прибавляя и убавляя обороты двигателя, вывести самолёт за критические углы атаки и крена, за недопустимые скорости полёта. В дальнейшем, одурманенный парами спирта человек, засыпает и может просто умереть! Я знаю два случая смерти людей в воздухе когда: один – крепко выпил накануне перелета в качестве пассажира; другой – прихватил в воздух плоскую бутылочку коньяка, чтобы не скучать в продолжительном перелёте в своей одноместной подвесной кабине и не имел задачи на данный перелёт по своей специальности. Ещё больше было случаев потери сознания в полёте теми, кто взлетел «с похмелья», сумев «проскочить» предполётный врачебный контроль.
Весь остаток жизни я представлял себя на месте штурмана корабля в том злосчастном полёте, пытался «увидеть» действия пилотов, отравленных против своей воли парами алкоголя.
Причина аналогичной авиакатастрофы в ВВС, погубившая людей многими годами ранее данной катастрофы, была либо скрыта, либо забыта. Не ознакомленность с тем происшествием лётного и технического состава экипажа и привела к его повторению спустя многие годы. Я не помню такого, чтобы при проверке оборудования перед вылетом, инструкции требовали нюхать кислород, поступающий в маски от «КПЖ-30». «Да он всегда попахивает спиртом!», – скажет любой летавший.
Сотрудники ДПС оснащены прибором определяющим наличие алкоголя в организме водителей автотранспорта, а вот у экипажей самолётов нет прибора, способного определить перед вылетом наличие алкоголя в кислороде, которым им предстоит дышать в полёте. Может алкотестеры ДПС-ников годятся для такого контроля кислородного оборудования самолётов и могут обезопасить лётный состав от принудительного опьянения в полёте?! Тогда почему такой проверки не производится?!
Раз в полгода с каждого самолёта снимается «КПЖ-30». Каждые полгода их промывают спиртом, чтобы удалить грязь и жиры из системы (чистый кислород при соединении с жирами может воспламениться!) Затем «КПЖ-30» продувается воздухом под определённым давлением, просушивается, прежде чем наполняется жидким кислородом. Значит, каждые полгода можно ждать подобной трагедии, если инженерно-технический состав нарушит установленные инструкциями требования по их техническому обслуживанию.
Как можно скрывать правду об истинных причинах катастроф от людей, чья жизнь зависит от их осведомлённости?! За двадцать два года службы в авиации я ни разу не слышал о подобном отравлении алкоголем – через кислородную систему!
Позже я расспрашивал многих коллег о том, приходилось ли им сталкиваться с фактом наличия паров спирта в кислородном оборудовании в полёте? И услышал: «Мы раз вывалились из самолёта всем экипажем под балдой, выполнив облёт самолёта после его ремонта на авиазаводе! Накануне начальство обвинило авиационных техников в том что они экономят спирт при промывке КПЖ-30 ради промывки им своих желудков, вот они и оставили достаточно паров спирта в КПЖ дабы доказать что это не так».
Обнаружил я в Интернете и перепалку катапультировавшегося тогда штурмана корабля с одним из коллег, попытавшегося обвинить погибшего командира корабля и членов его экипажа в безграмотном действии при разгерметизации кабины самолёта на большой высоте:
Штурман – «Обвинителю»: - Я бы никогда не написал то, что пишу сейчас, но ты затронул наш экипаж, а больше ответить некому. Я, по прежнему, с иронией отношусь к системе определения лучшего экипажа, но, на момент катастрофы, наш экипаж был определен лучшим в полку. Маска у КК* была одета и полностью подтянута. И сознание он потерял совсем по другой причине, у меня на глазах.
Я так же был два года штурманом безвинно обвиняемого командира экипажа и тоже, присоединяясь к штурману, оставшемуся в живых при жуткой катастрофе, могу его защитить, не называя имени. Наш погибший командир был грамотным лётчиком, лучше многих коллег он знал аэродинамику и самолёт, был первоклассным пилотом, дорожившим жизнью людей, которых поднимал в воздух. Мы неоднократно попадали с ним в сложные ситуации в воздухе, из которых грамотно выходили. Однажды ушли от явного столкновения в воздухе с громадным лайнером «Аэрофлота». Тогда дали промашку авиадиспетчеры, сведя борты в точке пересечения нашего маршрута с авиатрассой на одном эшелоне (одной высоте полёта), не разведя самолёты по времени её пересечения. Командир первым увидел приближающийся к нам «ИЛ-62» и «нырнул» под него. Я даже видел лица пассажиров, прильнувшие к иллюминаторам, настолько опасно мы сблизились.
«Убили! Убили!» – кричала жена командира, прибежав в штаб полка, узнав о гибели мужа, отца двоих мальчуганов дошкольного возраста, и ещё четверых членов его экипажа. Как она была права тогда, когда ей пытались внушить совсем иное.
* ВВС – военно-воздушные силы.
* КК – командир корабля.
* «простыня» (в ВВС) – схема, чертёж, наглядное учебное пособие, выполненное на ватманском листе размером 220 см. на 180 см.
* «КПЖ-30» – жидкий кислород хранится на самолёте в кислородных газификаторах, устроенных по типу сосудов Дьюара (КПЖ-30, СКГ-30 и др.).