Цитата сообщения borovik Чертог медведя




Время, наступающее на весенним равноденствием астрология соотносит с образом Овна.
Это настолько азбучный тезис, что и повторять - зачем бы. И люди, рождённые в это время, привычно именют себя солнечными Овнами. Беда только в том, что барана едва ли можно считать российским архетипом. И потому, если мы начинаем думать о том, что же за архетипическая система годового круга была на наших землях, то Овен не подходит.
Посмотрим на это подробнее.

То есть,да, конечно, можно отшутиться, сказав, что баранов у нас всегда хватало, но если серьёзно, то указ об учреждении овчарен в России относится к 1741 году, а реально овцеводство начинает развиваться к девятнадцатому веку. Иначе говоря, Овен не может считаться русским тотемным животным, не может быть отнесён нами к числу устойчивых архетипов, а потому и расшифровывать бытие рождённых в России через архетив Овна - как минимум не корректно. Конечно, между всеми людьми на планете есть определённая общность, видовое единство - эти аргументы понятны.

Но если мы заинтересованы в глубине и точности понимания национальных характеров, сюжетов, действительно точных моделей поведения, то мы должны выстраивать своё понимание человека (в частности - астрологическое понимание) через глубину культуры, верований, традиций, мифов каждого народа в отдельности.

Итак, что же мы имеем в славянской традиции этого времени начала астрономической весны?

(Оговорюсь, что эта заметка - лишь краткое изложение некоторых основных материалов по астрологическому славянскому годовому кругу. Подробнее мы обсуждаем это в студии "Гнозиса", и эти постепенно кристализуется в отдельную книгу.)

Итак, во-первых, мы имеем действительную Масленицу, соотносимую именно с весенним равноденствием, а не с лунным календарём, принятым за рассчёт иудейской, а позже, с некоторой коррекцией и христианской Пасхи.
Об этом мы уже рассуждали ранее, сожжение чучела Мары, действительная манифестация приходящей весны - всё празднование Красной Горки - весеннего новогодия продолжалось и после равноденствия, примерно ещё неделю, вплоть до Комоедицы - до дней, когда таяние снегов приводит к тому, что из берлог выходит Бер - Медведь - Ком - Хозяин - имен у нашего героя не исчесть, поскольку он был настолько сакрален, что каждое из его имён, скорее описывало какую-то смысловую часть глобального тотемного архетипа русского зверя.

И в этом смысле, проснувшийся с весной медведь - действительно солнечный архетип этого чертога - некой части годового круга.
Медведь - характер этого времени, отражение смысла этих дней Кола в данном сюжете - зверь (Бер) выходящий из логова. При этом сама бер-лога в череде мифологических интерпретаций понимается и как некая пограничная территория между миром нашим, проявленным и мирами нижними, навными. Медведь тут - хранитель границы миров.

И пока медведь спал зимой, спала некая энергия человека, природы - только на различные сакральные дни, к примеру, на середину зимы предполагалось, что зверь этот в своём нижнем берложьем мире ворочается с боку на бок. Иначе говоря, подразумевалось, что зимой развитие этого архетипа сокрыто, связано с иными мирами.

И прежде всего это связь с миром предков.
Медведь, который определяется через имя Ком - это не просто какой-то комок, как можно подумать.
Ком - это первопредок, родовая сила, которая пробуждаясь весной предполагает и раскрытие родовой - родящей силы - то есть Ком - медведь прямо связан и с предками и с потомками. Через этот весенний пробуждённый образ предки передают силу рода потомкам.
Потому и первый блин Кому - т.е. предку. А потом уж себе.

Таким образом, медведь, который просыпается в конце марта оказывается лишь в чём-то близким образу Овна.
Конечно, медведь так же обладает и огромной огненной силой - это и его способность к яростной агрессии и его неукротимая мощь и его непредсказуемость. Это пробуждение силы - в общем - много аналогий с Овном.
Но в отличие от барана, в случае с Комом мы имеем дело с энергией родовой, исходящей буквально из под снега, из-под земли. Это будущее, которое прочно питается прошлым. И хотя бы поэтому, это не глупое баранье упорство, а родовая энергия, заново проявленная родовая судьба (карма).

И потому, архетип пробуждённого от спячки медведя, он одновременно весенний,и в тоже время соотносимый с богом Велесом, который и повелитель стад, как такой природной активности, орошения, посевов, бог, связанный с землёй, предками, со стихией воды.

Если говорить кратко, то тут мы видим, сколь усложняется понимание того импульса, который получают люди, что рождены в это время.

Так же Ком - Медведь - Велес связан и с искусствами, с музыкой, с танцами - развивая эту тему, мы выходим на ещё одно, важнейшее медвежье занятие - он неизменный спутник скоморохов, которые,заметим, по свидетельству греческих летописцев ещё в шестом веке ходили по Европе со своими мистериальными действами.




Это мощнейший смысловой пласт - ведь Медведь - Велес один из истоков славянского волхования, вся волошба, вся традиция дохристианского религиозного сознания оказывается тесно переплетена с медведем.

То есть мы можем говорить, что, как минимум за 500 лет до христианства славянские скоморохи, а по-сути они были одной из ветвей славянской мистической культуры, проводили мистерии, со своими сюжетами на огромной территории.

Об этом, ещё через 500 лет, кстати сказать, прямо свидетельствуют и фрески киевского софийского собора (1053 год), где изображены скоморохи с бубнами, медведями, гуслями, в сакральной одежде, от которой легко, кстати, провести линию к итальянской комедии, к скарамушам и другим атрибутам вроде бы европейского театра.



И тут, кстати, не скоромрох произошёл от скарамуша, а скорее прямо наоборот. Ведь в самом слове С-Ком-Орох отлично слышится тот, кто ходит по дОроге С Комом.

И сколь, православие не гнало скоморохов, традиция не прервалась до наших дней - ещё в двадцатом веке, в советской уже России ходили по дорогам медведчики - скоморохи.



Это, кстати сказать, вполне наглядная линия сакральной передачи мистической традиции на протяжении, как минимум полутора тысяч лет! Хотя, конечно, этой мистической традиции куда больше времени!

Так, академик Б. Рыбаков утверждает, что 100 тысяч лет назад, в эпоху неандертальцев голова убитого медведя становилась центральным объектом праздника во славу удачной охоты, в честь неиссякаемой плодовитости животных. Эти праздники происходили в священных пещерах, которые охранялись от разорения. В Альпах в отдельных местах ученые находили до 1000(!) черепов косолапых "божеств".

Конечно, волховская осознанность с веками христианских гонений отчасти утрачивалась, но всё же - вовсе не окончательно.

Медведь не просто развлекал - приход медведчиков - скоморохов в деревню - праздник и ожидаемое всеми избавление от множества недугов и проблем.

Из различных источников мы узнаём, что образу МЕДВЕДЯ присуща брачная символика, символика плодородия и плодовитости, представленная, в частности, в свадебном обряде, в любовной магии, в лечении бесплодия и т. п.

Если введенный, в дом ручной МЕДВЕДЬ заревет посреди хаты, значит, в этом доме скоро будут петь свадебные песни, т.е. будет свадьба.

Поводыри на потеху зрителям заставляют МЕДВЕДЯ показывать, как невеста спит с женихом. МЕДВЕДЬ, приснившийся девушке, сулит ей жениха. На свадьбе, чтобы заставить молодых целоваться, говорят: “Медведь в углу!” — “Петра Ивановича люблю”,— должна ответить невеста и поцеловать жениха.

Если девицу заставить посмотреть в глаза МЕДВЕДЯ, то по его реву можно определить, девственница ли она.

Если невеста оказывалась не девственной, пели, что ее разодрал МЕДВЕДЬ. Мать невесты выходит встречать приехавших жениха с невестой в вывернутом шерстью наружу кожухе, изображая МЕДВЕДЯ. Чтобы муж перестал изменять жене, она должна помазать влагалище медвежье салом.

Считалось, что женщина излечится от бесплодия, если через нее переступит ручной МЕДВЕДЬ. С идеей плодородия связан обычай ряжения медведем в свадебных, святочных и масленичных обрядах. "


Медведь фактически воспринимался настолько сакральным существом, что охота на него была исключительно обрядовым действом, и буквально всякая частичка медведя исцеляла, давала силы, храбрость, изгоняла злых духов и т.д. А съевший сердце медведя разом исцелялся от всех болезней.
Ещё сотню лет назад дорогим подарком в дом считалась медьвежья лапа - мощнейший оберег.

Именно потому, что такая сакральная природа медведя, вся его сила была известна людям, и существовал на медведчиков-скоморохов огромный спрос.

Так, исследователи пишут, что в нижегородском краю, где был один из центров дрессировки медведей и подготовки вожаков. Здесь целые деревни жили этим промыслом, а в крупных селах могло насчитываться более сотни медведей.

В 1887 году в «Нижегородских губернских ведомостях» писалось, что в селе Андреевка было около 150 ученых медведей, в городке Сергач почти 90, а в отдельных селах от 50 до 100. По названию города, ставшего центром медведчиков, и вожаков с медведями на Руси стали звать «сергачами».
Естественно, что из подобных сел медведчики расходились выступать по всей Руси. Нижегородские сергачи обычно «обслуживали» центральные, южные и восточные районы страна, медвежатники из Великого Новгорода северо-запад, а из Белоруссии – запад, юго-запад и заграницу. Любопытно, что в Европе даже существовала конкуренция между медвежьими вожаками из России и Венгрии."


Таким образом, мы видим, что через образ медведя идёт линия волховской передачи до наших дней. Об этом, неплохо бы помнить господам кураевым, которые пеняют на то, что нет и не может быть никаких волхвов, что традиция утрачена в веках и что никто ничего не помнит. Это обыкновенно вранье или невежество, как мы видим.

Память об архетипе сохраняется и в преданиях и в сказках. В частности, тут можно говорить об особой, роли - медведя - жениха красавицы.

То, что медведь забирает женщин к себе в жёны (функция обновления рода первопредком) - сюжет огромного числа сказок, мифов, легенд. От такого сожительства часто рождаются особые люди - богатыри. Это, конечно, куда более мощный образ нового года, чем бегущий баран.

И опять же - не стоит думать, что это забыто где-то в глубине веков. Всё совсем рядом. Начало двадцатого века - вполне доступный этнографический материалы :

«В 1925 г. в Олонецкой губернии произошел такой случай. В одну из деревень повадился ходить медведь, который загрызал скот. По совету стариков, "чтобы медведя ублажить", жители решили сделать "медвежью свадьбу", "девкой отделаться" - отдать медведю девушку "на совесть... КАК В СТАРЬ ДЕДЫ ДЕЛАЛИ... самую раскрасавицу". По жребию выбрали девушку, одели в наряд невесты и, несмотря на ее сопротивление, отвели в лес к медвежьему логову, где привязали к дереву: "Не осуди, Настюшка. Ублажай медведюшек. Заступись за нас, кормилица, не дай лютой смертью изойти".»
Кривошеев Ю.В. Религия восточных славян накануне крещения Руси. Л.: Знание, 1988.
---
Медведь, говорит, медведь увел женщину и года два, видимо, с нею прожил. Просто увел в лес, и всё. Она вся износилась, обносилась. Уже привыкла, но все равно людей-то не забывала. Чувствовала, что люди где-то есть. Рыбаки-то увидели её. В лесу-то, по реке которые рыбачили... А год-то он (медведь) от нее не отходил. А на второй год свободно дал уходить в лес. И всё, говорит, носил ей ягоды. Где-то кормил, а потом стал это, мясо носить. Тухлятину-то которую он принесет, она не ест. А потом привыкла или как ли, тоже ведь понимает, хотя и не человек. Принесет, которое не пахнет, свежатину, да она и приготовит. И вот потом (озверела уже, правда), но все же стала жить-то. Мясом-то все же прожила. А когда она, говорит, уходила, он, говорят, видимо, вернулся. Да так страшно завыл на берегу. Он сам к ней привык... Да и у нее ребенок был, с собой забрала, нормальный он был, ребенок-то!
Записано К. Шумовым в д. Усть-Уролка Чердынского р-на в 1986 г. от П.Д. Зарубина, 1904 г.р., и Н.И. Шаламова, 1911 г.р. Жур. "Живая старина", 2001, №3, с. 17.
----

Вот такая не детская сказка про Машу и медведя получается...

Это и похититель и хозяин и идельный жених и насильник и влюблённый герой.

Есть ещё множество других аспектов архетипа медведя, про которые мы пока лишь вспомним в самых общих чертах - медведь, как форма оборотничества, медведь, как тип власти (сказка про Царя-Медведя) и многое другое.
Для краткости изложения, мы вообще не рассматриваем в этой заметке сказки.

И без того видно, что толкование судеб рождённых в это время славян не укладывается в бараний архетип.

Сказанного, кажется, достаточно, чтобы стало ясно, что тот архетип, который просыпается в славянском годовом цикле после весеннего равноденствия сложнее, глубже и куда более многомернее, чем образ традиционного зодиакального Овна.
При том, что мы пока говорим не про весь месяц, а скорее только про первые недели две после равноденствия.