Один из тех примеров, когда произведение начинает жить своей жизнью. Замышлялось нечто немного иное. Даже был достаточно конкретный адресат. Ага, щас. На определенном этапе сие мало того, что перелицевало как-то само собой адресата (в прочем, лирического героя тоже), так еще и из нормального стиха в 4 катрена вдруг решило заделаться сонетом и к тому же обросло неким подобием сюжета. Не, ну, сюжет - слишком громко сказано, так, образ. Да, кстати, чтоб даже немного не нарушать авторское право, за словосочетание "траурная ночь" спасибо дяде Бодлеру.

Собссно, воть: