Последние дни беременности:

Отгуляв выходные, приведя детскую в порядок и объевшись конфетами, мы с Максом поехали в роддом №1. Там я переоделась в халат, отдала верхнюю одежду мужу, взяла пакеты и попрощалась со своей такой любимой прошлой жизнью.

В палате мне назначали кучу обследований и положили под капельницу отдыхать на часик. Но отдых был прерван сантехником ,который у меня над головой начал прочищать раковину. "Может быть пересядете?", услышала я, получив в лицо заряд брызг. "Я как бы под капельницей лежу", заметила я, "Ну ладно, тогда я завтра приду", сказал сантехник и исчез, больше никто его не видел.
 

картинка отсюда

А я тем временем все пыталась выяснить, когда же меня почикают. Понедельник и вторник сразу отмели, долго думали между средой и четвергом, с одной стороны огромный наплыв рожениц из-за закрывшейся на мойку "шестерки", с другой доча уже опустилась и могла постучаться наружу в любой момент, в итоге поставили меня на четверг. Я приуныла, из развлечений в больнице были только еда, книжка и измерение КТГ. В палате нас было 5, одна девушка и вовсе лежала уже полтора месяца на сохранении (после ее случая, я поняла то, как же легко мне далась эта беременность, на сохранении я ни дня не лежала). Во вторник вечером мы так громко ржали и болтали, что пришла медсестра и отругала нас, мы приутихли, а потом она вдруг говорит мне: "А вы вообще должны отдыхать, завтра же у вас операция". "Ничеси", удивилась я и отложила печеньки.
 

День "Хэ":

Утро началось с клизмы, потом я приняла душ и собрала весь свой скарб. В 9 утра за мной должны были придти, но сказали, что операция немного переносится, я только расслабилась, как прибежала медсестричка. В операционной меня распяли как лягушку, начали что-то подключать, я нервничала так, что у меня начала дергаться нога. Когда живот начали чем-то мазать, я и вовсе стала вырываться, испугалась, что начнут резать до того, как отрублюсь. Дальше помню только, как надевают маску, дышу и отрубаюсь.

"На первую пару не пойду, спать охота" "Что, уже все?", спросила я кого-то рядом, " А мне даже что-то снилось". Мысли разбегались в разные стороны и я проваливалась в сон постоянно, а в реанимации мне сказали параметры малышки и, что мой папа уже всю больницу обзвонил, выясняя что там и как. Я позвонила мужу, но поняла, что говорить и думать одновременно мне пока еще очень тяжело. Дальше весь день я спала и ворочалась с боку на бок, чтобы не затекать.

На удивление боль была терпимая, я даже не могла понять, отчего же эту операцию так боятся. Справедливости ради, стоит сказать, что до этого у меня была операция на позвоночник и я ожидала нечто похожее на тот ад, так что в сравнении, кесарево оказалось не таким уж мучительным. Реанимационная палата вообще вспоминается мне санаторием. Нас было трое и весь персонал очень заботился о каждой, подавал воду или телефон, помогали сесть и встать. Ночью нас подняли первый раз, но у меня так закружилась голова, что мне сказали лечь и не мучиться. Всю ночь и следующий день я провела в мыслях о... еде. Честно, я мечтала о переводе в обычную палату не столько ради дочки, сколько тупо поесть. Но все палаты были забиты и перевести нас смогли только вечером. Как раз принесли передачи, я выпила куриного бульона с сухариком (Ооо, поистине пища Богов!), и с новыми силами нас отправили на новый этап.

Реабилитация:

Распихав вещи по тумбочкам, я повалилась на кровать и думала вздремнуть еще, но тут пришла детская медсестра и сказала, что привезет нам детей. Я стала с волнением ждать нашей первой встречи (тогда я еще не знала, какая адская ночка меня ожидала). К сожалению, на этом этапе я столкнулась с единственной мегерой в роддоме, которая прикатила нам люльки, быстро показала как пеленать и абы как рассказала, как прикладывать к груди, еще и упрекнув за неумелость. И тут начался концерт...

Еще шоком для меня оказалось то, что живот не сдувается сразу, и внезапно я поняла, что размеры его словно я месяце на 7-8 беременности, из-за этого шара вместо живота и моего "как бы второго размера" груди я не могла толком приложить малую, а боли на месте шва и в спине не давали мне лечь так ,чтобы кормить ее лежа. Медсестра вместо помощи лишь заявила "А чего у тебя такой большой живот?". В итоге я проревела всю ночь, а малая вместе со мной. Потом нам принесли докорм, но ее ор это не сильно уняло, вся палата новоприбывших устраивала какофонию. И все это на фоне дикого желания спать, в итоге в 4 утра я не выдержала и отнесла дочку на пост ,а сама поспала час.

Утром я с ужасом думала, что ад продолжиться, но малая сладко спала в люльке весь день, прерываясь на кормления и смену памперсов. Я еще дня три нервно вздрагивала от ее кряхтения и боясь ночных криков, но она спокойненько дрыхла себе и не мешала мне восстанавливаться. Потом уже я узнала, что первый день (или ночь) обычно у всех так крикливо проходят.

А вот крыша моя видимо от гормонов и пережитого слетела с катушек и первые дня три я плакала по поводу и без, слезы тупо сами текли. Я так безумно скучала по Максу, а платные палаты, в которых пускают родственников, были заняты. Да и если честно, мне бы его навещания не помогли бы, он бы уходил домой, а я бы еще больше ревела от этого. Даже телефонные звонки давались с трудом и заканчивались соплями. Мама, зная мою долбанутость на голову, передала пачку валерьянки и я ее пила и хоть на чуток успокаивалась. Физически же меня мучили не столько боли шва, сколько боли в спине, из-за которых было очень сложно вставать. Плюс на 5 день приход молока отметился температурой и ознобом.

Что касается чувств к дочери, то первые сутки я могла думать только о том, как бы ее случайно не сломать и о том, какая же она волосатая. Уже потом по капле начало приходить умиление и симпатия, я могла посмотреть на нее и опять разрыдаться. Дочка оказалась в папу очень спокойной, у некоторых орали почти постоянно (нас было 4 в палате), но вот оры чужих меня совсем не парили и не будили, реагировала я только на кряхтение своего воробушка.

Чтобы не говорили про нашу медицину, но в роддоме и врачи и медсестры были очень хорошие (не считая той мегеры). Продержали меня долго после операции, только на 8е сутки выписали, и так почти всех, там с этим строго, никто никого не будет выписывать пораньше. На все вопросы всегда отвечали и подсказывали, объясняли принцип действия уколов и капельниц. Я даже рада ,что мы не стали тратить деньги на роды в Вильнюсе, а остались в Минске. Единственное, очень хотелось, чтобы были палаты, где с роженицей может проживать муж, но у нас таких в Беларуси нет, на сколько я знаю.

Хоть я так и не смогла запомнить много имен, тем не менее, спасибо всему персоналу роддома №1 г. Минска за профессионализм и человеческое отношение!