Снова некая трагичность голоса, некоторый шарм отчуждения от этих отбросов, которыми я окружен, смешанный с наигранной ломотой жестов, сродни Литвиновой, и чистотой звука, голоса, как у пресловуто-любимой-андеграунд*щиками Земфиры.
Я харизматичен, или же просто неуверен в себе, как загоняемая обстоятельствами мышь?
Я ненавидим гораздо больше и чище, чем любим. Я отвратителен внешне чуть больше, нежели приятен, я нравлюсь трем из десяти девушек, и одна из этих "трех из десяти" достойна меня.
Я пресыщен этой необычностью до отказа, я начинаю понимать, что теперь я веду себя, как стадо, и мне хорошо от этого.мне хорошо от этого.
Я хочу кристально-фелигранного образа добиться, но я попеременно все порчу, мне как-то сказали, что навели в детстве порчу.
Мне не о чем говорить Вам, и нечего Вам рассказывать. Я работаю и учусь, я люблю, оскорбляю, занимаюсь сексом и пытаюсь что-то создавать.я много о себе заявляю, но мало что делаю, считая, что мне насрать. я ровно такой же, как и моя соседка Женя, как бармен Айрат, как охраник не-знаю-как-его-зовут.
и не чем блестнуть сейчас, ни красивых слов, ни новой прозы, ни новых эмоций, ничего. я банальный подросток, я простой желчный ребенок, и так тепло, так хорошо...