В связи с боевыми действиями в Ираке и Афганистане возрастает число смертей среди военных. Американское правительство предупреждает об усилении угрозы в ближайшие месяцы. Как следствие, многие американки столкнулись с серьезной проблемой трагического выбора - должно ли иметь ребенка, отец которого погиб?

Точные статистические данные отсутствуют, однако известно, что многие мужчины - как женатые, так и холостяки, - отправляясь в горячие точки, пополняют существующий банк спермы. В связи с этим возникает ряд вопросов: кому будет позволено воспользоваться этой спермой? Сколько раз ее можно использовать? По прошествии какого времени после смерти донора? И как долго должна она храниться в банке, оставаясь невостребованной?

На сегодняшний день не существует четких законов и правил, регулирующих использование донорской спермы после смерти мужчины, сдавшего ее. Заметим, что вопрос искусственного оплодотворения решен во многих странах - США, Израиле, развитых государствах, однако дети, зачатые с помощью этого метода, родились еще до того, как их отцы отправились в зоны боевых конфликтов.

К примеру, сержант Стивен Сазерленд перед отъездом в Ирак сдал сперму, чтобы после войны зачать ребенка со своей женой Марией. В ноябре 2005 года 33-летний Стивен был убит.

Приблизительно через полгода после его смерти, Мария обратилась с просьбой об искусственном оплодотворении спермой погибшего мужа, и вскоре родила мальчика. В интервью NBC News она призналась: «Несмотря на горечь утраты, мне отрадно каждый день видеть в сыне продолжение дорогого мне человека».

Однако сперма погибшего мужчины не всегда достается вдове. Она может быть использована для оплодотворения близкой подруги, с которой встречался погибший. Не так давно суд Израиля вынес решение о том, что родители погибшего солдата могут воспользоваться спермой своего сына для оплодотворения женщины, с которой он никогда не встречался.

Отсутствие правовых норм

Тот факт, что дети, родившиеся после смерти отца, как правило, очень любимы, не должен служить оправданием отсутствию четкого законодательства, регулирующего эти тонкие моральные вопросы. Ведь современный уровень технологии позволяет появиться новой жизни и в отсутствие биологических родителей.

Оплодотворение донорской спермой - не единственный способ дать жизнь ребенку, отец которого погиб. Часто по просьбе жен, невест, подруг их оплодотворяют спермой мужчины, который умер внезапно - вследствие инсульта, сердечного приступа, дорожно-транспортного происшествия - и, как правило, без какого-либо письменного разрешения погибшего.

В отличие от мужчин, которые сдали сперму, зная, что могут погибнуть в горячих точках, эти люди никогда не высказывались по поводу того, хотели бы они оставить потомство в случае внезапной смерти. И если да, то кто должен стать матерью такого потомства (невеста, постоянная подруга, суррогатная мать, найденная родителями умершего), сколько должно быть детей и по прошествии какого времени после смерти они могут родиться.

Как успеть за развитием технологии?

Заморозить сперму гораздо проще, нежели яйцеклетку, однако благодаря высоким технологиям скоро будут создаваться банки яйцеклеток, и можно будет даже брать яйцеклетку умершей женщины. Таким образом, возможности создания новых людей станут практически безграничными.

Не исключено, что скоро родственники жертв автокатастроф, ураганов и других бедствий будут обращаться к врачам с удивительной просьбой - сотворить новую жизнь, взяв сперму и яйцеклетку у погибшей супружеской пары.

Современная репродуктивная технология шагнула далеко вперед, оставив в прошлом сомнения в возможности появления детей из пробирки. Первым таким ребенком в далеком 1978 году стала Луиза Браун. Тогда еще никто не знал о возможности суррогатного материнства и других способах экстракорпорального оплодотворения. Сегодня же общество обеспокоено отсутствием законодательных норм, регулирующих эти процессы. Фактически, встает главный вопрос: должно ли общество, руководствуясь интересами ребенка, ограничивать каким-либо образом использование донорской спермы и яйцеклеток?

Вероятно, ответ на этот вопрос чрезвычайно прост: закон должен запрещать использование спермы, яйцеклетки или эмбриона от умершего человека без предварительно полученного письменного его на то согласия.

Возможно, есть необходимость установить 90-дневный срок, в течение которого эти материалы не могут быть использованы; таким образом репродуктивные технологи смогут быть уверены в том, что никто не действует под давлением извне или движимый чувством невосполнимой утраты. Решение родственников умершего о создании новой жизни должно быть обдуманным и взвешенным, поэтому назначение 90-дневного срока крайне необходимо.

Есть и другой способ остановить неконтролируемое появление новой жизни: клиники, имеющие банк спермы и яйцеклеток, по истечении пятилетнего срока после смерти донора обязаны уничтожить невостребованные материалы. Руководствуясь интересами будущих детей, общество хочет обеспечить им подлинную любовь и заботу.

Таким же образом следует регулировать вопросы добровольной донации органов и тканей: человек может оставить письменное распоряжение о том, что в случае его смерти можно использовать его сперму, яйцеклетку или эмбрион в целях создания новой жизни. Только так можно достичь четкого регулирования посмертной репродукции, и об этом не стоит забывать законодателям.

Благодаря репродуктивным технологиям многие люди получили самый бесценный дар - радость материнства или отцовства. И все же только закон может защитить общество от появления нежеланных детей, о которых никто не захочет заботиться, поскольку их биологические родители и не мечтали иметь детей.

Таким образом, законодателям следует научиться поспевать за развитием технологии, которую сегодня используют для воспроизведения потомства, даже после смерти биологических родителей.