Львовские ощущения надо как-то утрамбовать и переварить, прежде чем излагать. Город чудный, что там говорить, но хочется как-то покрасивше описать, сейчас не получится. Я даже ходила там в кино, на Шерлока Холмса. Холмс, ясное дело шел на мове. Мову я розумію, но фильм мне показался набором каких то дурацких гэгов, то есть, в первом Холмсе баланс был соблюден, а во втором нет. Говно, короче. Но, если че, не обращайте внимания, это всего лишь мое мнение. Традиционно замечу, что мое мнение ничего не значит. Зато Шерлок порадовал. И, раз уж я начала писать о кинематографе вместо Львова, скажу еще, что второй сезон Аббатства Даунтон, напомнил мне культовый сериал под названием Богатые тоже плачут. И, по всему видать, плакать они будут еще долго. Только я уже этого не увижу, потому что скучно. Так же могу порекомендовать всем и каждому посмотреть фильм Гелы и Тимура Баблуани под названием "Наследство". Меня впечатлил. Ну и достаточно про кино, можно написать и о себе.

Я, например, считаю себя человеком здравомыслящим (что никак не входит в противоречие с огромным количеством идиотских поступков, совершаемых мной в жизни) и во всем ценящим ясность. За это бог награждает меня сумасшедшими подружками. Подружки звонили мне все праздники, пытались заразить безумием. Но мой организм стойко сопротивлялся. С удовлетворением могу констатировать у себя хороший психический иммунитет.

Про тыкву еще могу рассказать. Рецепт. Это будет кажется, первый рецепт в моем дневнике, так что отнеситесь с пониманием. Тыква режется на кусочки, не мелкие такие, совмещается с мидиями и тушится в сковородке. Я, например, даже не солю. Получается очень вкусно. Недавно я с тыквой зашла в супермаркет и сдала ее в камеру хранения. Принимающая сторона бросила на меня презрительный взгляд и зашипела, но взять пришлось -- работа такая. Получала я свою тыкву с улыбкой до ушей, осознала юмор ситуации. Отдающая (на этот раз) сторона протянула мне ягоду со словами -- иди, вари кашу. Отчего же, отвечаю с достоинством, кашу? Она превратится в карету. А сегодня еще в супермаркете, кассирша меня спрашивает -- пакет надо? Не надо. Карточка есть? Нет. А деньги-то хоть есть (смеется)? Деньги есть, отвечаю, но мало. А она посмотрела на меня и говорит -- о, я вас помню, вы сегодня уже на соседней кассе покупали что-то. Мило так поболтали. Это я к чему -- вот есть люди -- автоматы. Кассирши там, или тетеньки, которые в метро жетоны продают, да мало ли. От них ничего не ждешь, кроме исполнения своих функций. Так вот мне нравится, когда они вдруг проявляют себя людьми, смотришь -- а у них человеческие лица, и пошутить могут. Это обнадеживает.

Или еще, например, села я первого января в поезд и поехала на запад. Город пустой, вокзал пустой, вагон пустой, проводник подтянутый и трезвый, в купе, кроме меня никого нет. Тихо, тепло и мягко. И занавесочки на окнах. Захотелось попросить политического убежища и провести там остаток дней.

А в новогоднюю ночь со мной приключилось странное и не проходит до сих пор. Я так невыносимо захотела спать, что прям казалось -- умру, если не засну немедленно. Растолкали меня за пять минут до события, я отхлебнула шампанского, и минут через двадцать заснула опять. Сегодня уже шестое, а спать по прежнему хочется почти постоянно. Не знаю что и думать. Завтра приеду в Щебетовку, залягу основательно.

Ну и хватит пока.