Он очень страдал от одиночества. Всегда. С раннего детства. Ему важно было. Я его понимаю. )
Но понимаешь,пока он пишет - он пишет даже не для себя, а в себе: пишет ,потому что "стих идет".
Быть услышанным становиться важным потом,когда стих уже не прет и захлестывает одиночество.

Не буду. Это я в горячке всегда вскидываюсь за бичуемых. )

"Не предавай своего ученичества" - это сильно. И горько от этого одиночества после прозрения: " Согреших, предав кровь неповинную" (Мф 27:4)." И про дорожный знак хорошо.

Ень, не осуждай... это 1999, автор живет в глухом Минском заточении в собственной квартире, интернета еще нет, ему трудно сходить даже за хлебом для себя... и на его рабочем столе стоит огромный - в треть роста - портрет Есенина. Он любит его и молится за него, - кается за него - так. Исходя из доступной для того исторического момента горечи. Что-то в его словах фактом насильственной смерти не отменяется. Но важнее, что все это он говорит прежде всего сам себе на пороге смерти.

"Важно быть услышанным..."

Интересно, но есть и иная точка зрения на этот счёт. Например, Бродский писал, что "...на самом деле стихи пишутся в первую очередь именно «для себя». Всякий более или менее состоявшийся поэт там, в глубине души, сознает, что работает он не для публики. Что он пишет потому,
что ему язык, в просторечии называемый музой, диктует. И что это именно ради своего языка он и занимается этим делом — ради музыки языка, ради этих слов, суффиксов, я не знаю... Ради этой гармонии, а не ради аудитории.

Или вот:
"Каждый писатель сродни графоману, который пишет только потому, что просто не может не писать. Разница между ними заключается лишь в том, что графоман всегда агрессивен, он требует, чтобы его читали, поэт, наоборот, остается равнодушным к тому, читают его или нет."

(с) Чистяков "Платон против поэзии".

:)

о.Сергий Булгаков сравнивал Евангелие с иконой, на которой изображен Иисус со Своими учениками. Только изображен не красками, а словами. Есть на этой иконе место и для Иуды. Образ его написан евангелистами совсем не для того, чтобы мы его ненавидели или презирали (Евангелие ни тому, ни другому не учит!). Он стоит здесь где-то с краю, в темноте, безмолвно, как дорожный знак, предупреждая каждого из нас:

"Не иди по той дороге, которая стала моею. Не предавай своего ученичества, считая, что от тебя все равно ничего не зависит. Не предавай своего ученичества, хотя иногда это бывает очень непросто""

http://www.liveinternet.ru/users/1578379/post123889725/

Это не было самоубийство. Есенина убили, и тому достаточно свидетельств.
Как его изуродовали перед смертью, как он сопротивлялся.. Эта жуткая посмертная фотография, где он в гробу - с отпечатками каблуков на лбу..

Не судить, а прощать - заповедь христианину. "Иудины осины"... Как много нас, идущих со Христом до Тайной Вечери, а до Креста - никого...

И Мень, И Аверинцев - просто невежественные путники. Всё хотели показать себя оппозиционерами...Вот и допоказывались - их последователи, религиозные фанатики, сажают ни за что людей в тюрьму, устраивают погромы художественных выставок, всерьёз готовы устроить костры инквизиции. Думаю, если бы эти два типа были бы живы сегодня, и у них осталась хоть капля совести, то они просто стали бы атеистами. Ведь любая религия - просто психическое заболевание.

Люблю тебя.

Спасибо тебе, Любушка.. Тащу потихоньку в "загашничек" то, что на сердце легло.. Это очень и очень моё!
Обнимаю!

Великое видится на растоянии..

Сердечно благодарю за помощь, Игорь...
Спаси, сохрани и укрепи Вас Господь!

Культура - это следствие грехопадения. Ведь культура создает вторичный мир, вторичную реальность. Это искусственный мир символов, с помощью которых человек очеловечивает тот мир, в который он вверг себя грехом.

Бог стал чужим для человека. И теперь для тех, кто лишен глубокого и личного опыта "мистического богопознания" потребуется создавать "богословие". Тем, кому не достает знания Бога, нужно теперь усваивать знание о Боге.

Не видя Лика Божия непосредственно, человек создает Его образы (богословские, иконографические, миссионерские). Это и есть собственно культурное творчество - создание системы образов для частичного постижения первичной реальности.

Первое из последствий грехопадения, описываемых в Библии - это взаимоотчужденность людей. "И увидели они, что наги, и устыдились". Стыд рождается от ощущения чужого взгляда, осознаваемого именно как чужой. Не стыдятся родных. Как говорил преп. Исаак Сирин - "Любовь не знает стыда". Культура наводит мосты между разошедшимися душами. Правила этикета и общественные законы, слова и книги учат нас, "обломков Адама" (по слову блаженного Августина) мирному и взаимопонимающему сосуществованию. Если бы мы могли понимать друг друга от сердца к сердцу - нам не нужна была бы культура. Каждое общение людей стремится перерасти за слова. По настоящему близки люди, которые могут вместе молчать, передавая свои ощущения и мысли от сердца к сердцу, минуя уста, минуя культуру. То, что нам так трудно понять друга есть следствие греха, и из этой трудности рождается культура как сложное искусство речи (художественной, музыкальной, философской и т.п.), обращенной к другим.

Компенсаторность всей нашей (даже богословской) культуры хорошо видна из рассказа замечательного церковного писателя С. И. Фуделя. "В зырянскую ссылку 1923 года с первыми пароходами было доставлено сразу очень много епископов. С одним из них добровольно поехал его келейник-монах и еще один "вольный", юноша лет 20-ти, сразу обративший на себя наше внимание. Он нес подвиг молчания: ни с кем ни о чем никогда не говорил, а когда это было нужно, объяснялся знаками. Он был духовный сын этого епископа, и незадолго перед этим окончил среднюю школу. Я помню его хорошие и тоже с какой-то веселостью, как у отца Алексия Мечева, - глаза. Один раз он у меня ночевал. Я все ждал, что вот вечером он встанет на долгую молитву, даже, может быть, "стуча веригами", как в "Детстве и Отрочестве", а он вместо этого знаком спросил меня о чем-то, улыбнулся, перекрестился, и лег. И на следующий день он меня удивил. Он сидел на сундуке около двери и, зная, что он там будет сидеть, я заранее положил туда стопку книг: "Подвижников благочестия XVII и XIX веков". "Вот, - думал я по глупости, - он обрадуется". А он открыл книгу, начал было читать, но тут же закрыл и больше не прикасался. Мы говорим, пишем, читаем о подвиге, а подвижники молчат и его совершают".

…бытие полнее наших слов о нем. Культура создает слова о бытии, затем она эти слова затирает до штампов и ищет новые слова и образы, чтобы вернуть значение прежним, или, чтобы с помощью слов сказать по сути о том же. И все лишь для того, чтобы в конце концов уподобить человека святому, описанному Рильке: "святой стоял, обронив обломки слов, разбившихся о созерцанье".

…бытие само по себе вне культурно, а задачей очень многих культурных инициатив поэтому становится поиск выхода за рамки культуры, прорыв к самому "лону бытия".

Человек … может написать эссе на тему "Евангельские образы в творчестве русских символистов" - и при этом забыть, что кроме "образов Христа" есть Сам Христос и к Нему можно обратиться прямо и "на Ты".

Культура творится человеком, а религия ставит человека перед лицом того, что находится по ту сторону культуры, за пределами человеческой реальности.

В Эдеме культуры не было, и в Небесном Иерусалиме ее не будет. Но мы не находимся ни там, ни там. А значит - мы должны уметь жить в культуре, пользоваться культурой и создавать культуру.

Мир вторичных образов, мир культуры не только порожден грехопадением; он дан для того, чтобы утешать падшего человека, чтобы до некоторой степени исцелить его.

Христианская культура - не обязательно та, которая прямо говорит или рассуждает о Христе. Г. Федотов однажды назвал "Капитанскую дочку" позднего Пушкина самым христианским произведением русской литературы, хотя религиозные мотивы в этой повести почти незаметны.

Опыт России ХХ века показал, что люди, живущие вне сознательной христианской веры и даже в формальном противостоянии ей, могут продолжать творить по сути именно христианскую культуру (советский кинематограф 60-80 годов в своих лучших лентах дает тому пример).

И все лучшее, что есть в русской и в европейской культуре - родом из Евангелия. Опыт греха и покаяния, опыт духовного оскудения и возрождения записан и на страницах аскетической литературы, и художественных книг, и исторических хроник.

… христианский педагог … не будет вымазывать грязью и горчицей двухтысячелетнюю историю христианского человечества и его культуры. "Все испытывайте, хорошего держитесь" (1 Фес. 5,21).

Исходное сообщение Любовь_Б
«Культура - это следствие грехопадения». «В Эдеме культуры не было, и в Небесном Иерусалиме ее не будет. Но мы не находимся ни там, ни там. А значит - мы должны уметь жить в культуре, пользоваться культурой и создавать культуру».

Что-то именно это, основополагающее для статьи утверждение кажется мне ошибочным в основе своей.
1) Бог создал человека по образу своему и подобию и одно из драгоценных проявлений нашей свободы - способность к творчеству…
2) Разве не возделывать Райский сад (и сад своей новосотворенной души) призван был Адам после сотворения, - и что же это, как не процесс становления Эдемской культуры…
3) Помниться, сотворенному Адаму Господь вверил «наименовывание» сотворенного мира… Разве этот процесс лежит за рамками культуры и творчества?

Другое дело, что культура после грехопадения, как и все остальное бытие, несет на себе печать греха… И вот тут-то действительно приходится с любовью и вниманием отделять злаки от плевел.

Что-то меня мучило в этом тексте Кураева еще до того, как прочитал твой комментарий. И с облегчением и радостью прочитал твое возражение о том, что Бог призвал людей к творчеству при их творении - еще до их грехопадения. А творчество - это в некотором роде и культура. Поэтому творчество человека и культура в этом смысле останутся и после Пришествия. Во всяком случае, грустно помыслить иное.

Наиболее понравившиеся мне места из статьи сейчас отмечу.

Мне тоже понравилась мысль насчет культуры, как следствия грехопадения. Это как раз фундаментально. В выходные попробую подробнее сказать о своем впечатлении.

«Культура - это следствие грехопадения». «В Эдеме культуры не было, и в Небесном Иерусалиме ее не будет. Но мы не находимся ни там, ни там. А значит - мы должны уметь жить в культуре, пользоваться культурой и создавать культуру».

Что-то именно это, основополагающее для статьи утверждение кажется мне ошибочным в основе своей.
1) Бог создал человека по образу своему и подобию и одно из драгоценных проявлений нашей свободы - способность к творчеству…
2) Разве не возделывать Райский сад (и сад своей новосотворенной души) призван был Адам после сотворения, - и что же это, как не процесс становления Эдемской культуры…
3) Помниться, сотворенному Адаму Господь вверил «наименовывание» сотворенного мира… Разве этот процесс лежит за рамками культуры и творчества?

Другое дело, что культура после грехопадения, как и все остальное бытие, несет на себе печать греха… И вот тут-то действительно приходится с любовью и вниманием отделять злаки от плевел.