Мне просто жаль вас, недруги мои.
Ведь сколько времени , здоровья не жалея,
Ведете вы с историей моею
Почти осатанелые бои.
Что ж, я вам верю: зависть — штука злая,
Когда она терзает и грызет,
Ни темной ночью спать вам не дает,
Ни днем бездельничать, душу иссушая.
И на ухо друг другу за спиной
Друг друга вы щекочете спесиво!
— Лариса — гниль. ТВ ней все неисправимо!
А кто талант — так это мы с тобой!..
Ее удача на день, ну пусть на три,
Пройдет неделя — все ее забудут.
Да, года три всего, и посмотри,
Такого даже имени не будет!
А чтобы те пророчества сбылись,
И тщетность их отлично понимая,
Вы за меня отчаянно взялись
И кучей дружно в одного впились,
Перевести дыханья не давая.
Орут, бранят, перемывают кости,
И часто непонятно, хоть убей,
Откуда столько зависти и злости
Порой бывает в душах у людей!
Нескромно? Нет, простите, весь свой век
Была скромней апрельского рассвета,
Но если бьют порою как кастетом,
Бьют не стесняясь и зимой и летом,
Так может же взорваться человек!
Взорваться и сказать вам: посмотрите,
Ведь в залы же, как прежде, не попасть,
А в залах негде яблоку упасть.
Хотите вы того иль не хотите —
Не мне, а вам от ярости пропасть!
Но я живу не мести ради, нет,
А чтобы сделать жизнь еще красивей,
Кому-то сил придать в минуты бед,
Влить в чье-то сердце доброту и свет
Кого-то сделать чуточку счастливей!
А если вдруг мой голос оборвется,
О, как вы страстно кинетесь тогда
Со мной еще отчаянней бороться,
Да вот торжествовать-то не придется,
Увы, простите, ложь не поддается,
А то и адресует кой-куда...
Не нравится? Вы морщитесь, кося?
Но ведь не я, а вы меня грызете!
А правду, ничего, переживете!
Вы — крепкие. И речь еще не вся.
Еще я верю (а ведь так и станется!),
Что честной песни вам не погасить.
Когда от зла и дыма не останется,
Той песне, ей-же-богу, не состариться,
А только крепнуть, молодеть и жить!
