Какой же суетливый сегодня день. Все куда-то торопятся, спешат, кажется, что даже машин сегодня выехало в город больше обычного. Люди. Туда и сюда текут огромные потоки людей. Город живёт, торопится жить. Замирая лишь с наступлением темноты.
Я закрыла входную дверь. Спасая свой собственный, маленький мир от той духоты и пыли что царила снаружи. Как хорошо всё-таки быть дома, где никто никуда не спешит, где некому никуда спешить. Кот вальяжно развалился на кресле и даже ухом не повёл когда я зашла. Лентяй. Провела рукой по его мягкой шерстке, он недовольно засопел, но, привыкнув к моей ласке, заурчал, вытянувшись во всю длину кресла.
Вдохнув воздух полной грудью, вздохнула. "Очередная подделка, суррогат. Конечно кондиционер неплохой способ избавиться от уличной пыли и смога, но всё-таки искусственный воздух это совершенно не то", - подумала я и пошла на кухню, чтобы по привычке заглянуть в холодильник. Вот спрашивается и что я там ожидала увидеть?! На одной полочке одиноко ютился неизвестно когда купленный кусок сыра, на другой - тарелка с вчерашними макаронами и пара банок тушёнки для Кота.
Вздохнув, я взглянула в окно. Лёгкий ветерок игрался с пожелтевшей листвой, люди по-прежнему куда-то спешили, машины играли в один очень большой разноцветный паровозик. Лавируя между автомобилей, проехала группка велосипедистов, сверкая на солнце рамами велосипедов. Прошло секунды три, и от них остался лишь звонкий смех, отражающийся от стен и бегущий за ними вприпрыжку. Как здорово, подумала я, было бы сейчас куда-нибудь поехать, далеко-далеко, навстречу Солнцу и прочь из пыльного, шумного города, вперёд к свободе…. Вперёд навстречу ветру…
Улыбнувшись ещё светившему так высоко Солнцу, я схватила рюкзак, почесала у Кота за ушком, чмокнула его в носик и пошла в коридор, где в куче всяких разных вещей. В очередной раз, запланировав уборку на потом, вытащила из-под завала свой старенький вел и пошла на улицу: в духоту, пыль и тяжелый, усталый от такой массы людей воздух. В поисках ветра.
Машинка раз, машинка два… Улыбнуться дедушке в старом москвиче, что-то бурчащему себе под нос с недовольным лицом, помахать ручкой девочке-лапочке с большущим белым бантом, наполовину высунувшейся в окошко папиного (или маминого?!) авто, подмигнуть симпатяге-парню, идущему по тротуару и устало оглядывающемуся по сторонам… И главное не выпускать руль из рук, одно неверное движение и можно поцарапать рядом стоящую машину….эх, как же много их стало.
Поворот, поворот и ещё поворот. Впереди, не так уж и далеко, есть небольшая рощица, островок природы в городе полном людей. Оазис в пустыне. Но мне сегодня не туда. Вперёд, только вперёд. Педали крутить быстро-быстро, до жжения в мышцах ног, так чтобы тело и велосипед стали одним целым, одной маленькой движущейся ракетой, пусть и не очень быстрой, но стремительной, летящей вдаль. Впереди подъем, как трамплин к небу. Машин здесь сейчас совсем почти нет, ведь дорога ведёт к морю, которое никому не нужно в будние дни, а если и нужно, то на него просто нет времени. Трамплин к небу, в бесконечную даль,… ещё быстрее крутить педали. Пусть тяжело, главное не сдаваться, крутить и крутить, как будто от этого зависит судьба всего мира. Совсем чуть-чуть осталось. Кажется, что доехав до конца подъема, колёса оторвутся от земли и поедут дальше, по невидимой дороге вверх, навстречу к бескрайнему небу и облакам. Но вот подъём закончился, маленькая победа над собой, но чуда не случилось, и силы притяжения по-прежнему действуют в этом мире. Правда, обо всём об этом не успеваешь подумать, ведь впереди длинный-длинный спуск. И ты летишь, правда уже не вверх, а вниз. Но это тоже чудо. Ветер завывает в ушах, бьет по лицу, не ласкает как раньше, а именно хлещет, проникает сквозь рот и нос в легкие, наполняя всю меня своей свежестью и задором. Ветер бежит рядом и смеётся, подгоняя меня. Хочется ехать ещё быстрее, но педали уже не слушаются ног и скорость набирается сама по себе. Все усилия, чтобы удержать руль. Стоит лишь ослабить хватку и колесо повернёт в сторону, переворачивая мир с ног наголову, принося боль, унося радость и улыбку с губ. Но нет, мы будем держаться до конца. Вперёд! Навстречу ветру! Вдаль! К свободе!
Очередной подъём. Но он уже даётся гораздо легче, хороший всё-таки был разгон. Вершина, остановка, и перед глазами открывается изумительный вид: дорога, бегущая вдаль сквозь деревья, поднимающаяся то вверх, то вниз, поворачивая из стороны в сторону. Лес, волшебный осенний лес, ярко-золотой, кажется сделанный какими-то безумцами-ювелирами из драгоценных металлов и камней, да так тонко и изящно, что просто глаз оторвать нельзя. Дома тут и там, выглядывающие, словно первые грибы из травы. Море – бесконечная синяя гладь, такая далёкая, что отсюда можно увидеть только его маленький краешек, но я знаю, что где-то там, далеко-далеко за горизонтом оно беспредельно настолько, что непонятно, где море, а где небо... и есть ли разница. Кто знает, что там за горизонтом, где никто никогда не бывал.
Солнце опускается всё ниже и ниже, превращаясь из жёлтого в ярко красное, горящее пятно, озаряя небо вокруг своим пламенем. Как красиво, всегда мечтала увидеть, как Солнце садится на макушки гор, опускается всё ниже и ниже, и, наконец, махнув на прощание своим последним ярким лучиком, прячется за горами, ложась спать. Но нельзя, дом так далеко, а до темноты так мало времени, надо торопиться.
И вот, в последний раз взглянув на этот волшебный пейзаж, я развернула велосипед в обратную сторону и снова помчалась вниз. Оставляя за собой дома-грибы, бесконечность моря, змейку-дорогу и божественно золотой осенний лес. Мчась вперёд, навстречу сверкающим в лучах заходящего Солнца машинам. Вперёд, домой…
