Пушкинский праздник

Либеральный лагерь действовал «применительно к подлости», как выразился Щедрин о русском либерале в одной из сказок. Сам Тургенев поспешил отречься от своих компрометирующих восторгов. «Я еще не закричал «Ты победил, галилеянин!» - заметил он в одном из писем. Он говорит, что речь Достоевского с самого начала была ему противной, что «эта очень умная, блестящая и хитро-искусная, при всей страстности, речь всецело покоится на фальши, но фальши, крайне приятной для русского самолюбия» - чем и объясняет ее успех. Следуют очередные либеральные пассажи: «неужели же одни русские жены пребывают верны своим старым друзьям?... Мы скажем последние слова Европе, мы ее ей же подарим - потому что Пушкин гениально воссоздал Шекспира, Гёте и пр."? Но ведь он их воссоздал, а не создал - и мы точно так же не создадим новую Европу - как он не создал Шекспира... И к чему этот всечеловек: лучше быть оригинальным русским человеком, чем этим безличным всечеловеком. Может быть, европейцам оттого и труднее та ассимиляция, которую возводят в какое-то гениальное всемирное творчество, что они оригинальнее нас. Нет, господа славянофилы нас еще не проглотили». В августе 1880 года, когда Достоевский напечатал свою речь отдельно, Тургенев с трудом удержался высказать по ее поводу. Анненков похвалил его за то, что он отказался от намерения вступить диспут с Достоевским: «это значило бы растравить его болезнь и сделать героем в серьезной литературе. Пусть останется достоянием фельетона, пасквиля, баб, ищущих Бога».

Ненависть била через край. В воинствующей либеральной критике сквозило упоительное уничижение России перед Европой, которую надлежит в лучшем случае достигать, а не примирять тем, у кого и народность-то еще не сложилась. Этой русской отсталостью упивались, как Писарев в свое время упивался ничтожностью «нашего маленького Пушкина» перед Шиллером, Шекспиром, Байроном и Гете, который «неспособен не только вставить свое слово в разговор важных господ, но даже и понять то, о чем эти господа между собой толкуют». Критики мелкого калибра негодовали: «Все заносчиво и очень фальшиво. Что за выделение России в какую-то мировую особь?». Либералы посолиднее возражали Достоевскому так: "Русская интеллигенция прежде всего должна была завоевать себе в государстве ту независимость и влияние, какими она пользуется на Западе. Если гордый интеллигентный человек должен смириться перед народною правдою, то и смиренный народ должен подняться до понимания хотя бы Пушкина

Автор: Елена Лебедева