А в севильском трактире как прежде готовят косидо.
Загорелая речь то и дело вскипает в сердцах,
Но все реже звучат перебором комп`асы фламенко
И скучает гитара по опытным, терпким рукам.

Отвернись от окна. Посмотри на дымок сигаретный.
Пусть тебя поцелует испанского хереса вкус.
Как давно твоих рук не касались теплом кастаньеты
И размеренным стал твой когда-то неистовый пульс.

Но горячая кровь призывает к исконному танцу.
Он, как ты – воплощенье свободы, любви и огня.
Попроси у того, что в углу, пожилого испанца –
Пусть сыграет, а ты в сегирийи станцуешь себя.

Тишина… Взмах руки над гитарой… Пощечина струнам
На щеках у испанки в червонную масть отлилась.
И взметнулся подол – черно-красные пышные струи.
Режет воздух «Оле!», высекают ладони пальмас.

Танцовщица пылает в костре искрометного танца.
И тревога, и страсть бьются дробью ее каблучков.
Невозможно испанскому сердцу с фламенко расстаться,
И в севильском трактире как прежде танцует любовь.
© Copyright: Дикая Lana, 2008













































































Pinacoteca