Так крутилась наша студенческая жизнь. С утра до позднего вечера на занятиях в аудиториях либо практика в СФТИ (Сибирский физико-технический институт). В СФТИ помню была русская печка облицованная изразцом, на котором клеились разные объявления на темы семинаров, коллоквиумов, защиты диссертаций и т.п. Ее так и назвали "печка обьявлений".
Вечером, если повезет со свободным временем, встречи с друзьями в джаз клубе. Мы организовали джазовое трио и назвали его "Филин". Это игра слов по английски feel чувство. Играли незамысловатые вещи в духе Оскара Питерсона. Женя Миронов наш талантливый пианист и лидер терпеливо поправлял меня,когда у меня что-не получалось в фразировке а-ля Ray BROWN.
С джазом не все было просто. Не однократно уполномоченные на то органы проводили со мной многочасовые беседы о тлетворном влиянии джаза и откуда все берется. Не найдя в моих действиях "явного" криминала (пресловутое "сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст" пошли "другим путем" (с).
Привожу целиком одну из неумных, корявых и лживых заказных статей в г. "КРАСНОЕ ЗНАМЯ" (Официальная газета Томского обкома партии)
"МАГОМАНАМ ПРИМЕРЯЮТ РЯСУ"
Летними вечерями мощные динамики, установленные на танцплощадке городского сада, обрушивают на окрестные улицы шквал джазовой музыки, обрушивают такими доза ми какофонии, что мой сосед, известный в городе психиатр, как-то заметил: «Это может свести с ума» Судя по тому, что он весьма энергично в различных учреждениях требовал оградить жильцов нашего дома от джазового шквала, это было сказано всерьез.
Я не психиатр и не специалист по части современного джаза. Быть может, поэтому казалось, что вот, мол, стареем, брюзжим, а сами в свое врем» немало штиблет порвали, отплясывая румбу и тротмарш — перед войной это были очень модные танцы. Так казалось до тех пор, пока любопытства ради не заглянул на нашу танцевальную площадку и собственными глазами не увидел, как нынче танцуют шейк. Уж не знаю, с чем можно сравнить это конвульсивное трясение, сопровождаемое пронзительным, истошным визгом, воем, Так казалось до тех пор, пока не узнал я о трагедии одного восемнадцатилетнего томского юноши. Теперь события развиваются более благополучно, и только по этим соображениям я прошу разрешения у читателя не называть его настоящего имени. Назовем его Игорем Н.
Его хорошо знали на городских танцплощадках. Волосы до плеч, выкрашены Причудливый покрой брюк с еще более причудливой расцветкой Когда он танцует, оркестру впору замолкнуть, как замолкает музыка а цирке при исполнении опаснейшего трюка. Брошенный партнером на пол Игорь уже дважды получал серьезные травмы. В его комнате радиола никогда не выключается. Ночи напролет — напряженный поиск в эфире крика «битлзов». То, что порой нам кажется просто ребячьими глупостями, логически завершилось духовным падением. Уродливые формы увлечения джазовой музыкой обернулись трагедией для большой семьи. Нет, не случайно музыка подражателей битлзов взята на вооружение буржуазными идеологами.
Известно, что на Западе их концерты обычно завершаются массовой истерией и полтора два десятка конвульсирующих молодых людей увозятся в больницу. Психиатры нашли этому объяснение: истошный крик может заставить человека вздрогнуть; непрерывный истошный крик может заставить непрерывно дрожать, а сдобренный музыкальной какофонией — вызвать истерию у людей с еще несложившейся психикой. Буржуазные социологи сказали: это нам годится. Один из них сформулировал свою концепцию столь же четко, сколь и цинично: «Пусть они лучше ломают кресла а концертных запах, чем идут на баррикады». Так крик джаза был принят на вооружение идеологов, занятых одной проблемой: духовным и политическим растлением молодежи. Присластить эту античеловеческую пилюлю поручили музыковедам. Теперь на Западе есть немало «научных» трудов, в которых эта музыка выдается за «голос планеты, новые ритмы века, музыку будущего».
Откликаясь на настойчивые призывы «Голоса Америки», Игорь пишет в Вашингтон, заказывает программу «битлзов», а затем ночи напролет слушает эфир: не упомянут ли «Игоря из Томска» в очередной передаче. Потом отправляется в Москву, чтобы, как он выразился, «пошататься около иностранных посольств». Но даже привратники не удостоили его своим вниманием.
Он вне того, чем живут его сверстники Грампластинка с яркой иностранной наклейкой, выглядывающая из-под полы «бизнесменов джаза» (в нашем городе они объявлялись), может увести куда угодно, за ставить неделями голодать, экономить деньги, выданные мамой на школьный обед.
Генералы «психологической войны» хотели бы всю нашу молодежь превратить вот в та кой «духовный продукт», что бы отвлечь, отторгнуть ее от наших идеалов, от наших величественных дел. И как ни ничтожно мал этот «духовный продукт» радиоджазовой диверсии, направленной на подрыв моральных и политических устоев советской молодежи, недооценивать ее коварство нельзя.
В арсенале наших средств воспитания у молодежи коммунистической убежденности, здоровых эстетических вкусов ость немало методов, перед которыми в бессилии ретируются идеологи империализма. Эти методы способны закрыть мельчайшие лазейки для проникновения чуждых идей, чуждых нравов. Способны, если этими воспитательными и пропагандистскими методами пользуются умело, с чувством высокой политической ответственности за порученное дело. Между тем факты свидетельствуют о том, что порой мы по беспечности сами невольно открываем лазейки для всяческой духовной нечисти...
Его зовут Николай Леонов. Еще недавно — студент университета. «Имею общественное поручение, — как-то написал он - являюсь президентом джаз клуба Дома ученых и руководителем секции джаза ТПИ»
Пусть никому не покажется, что мы принципиально против джаза, полагая, что зто во обще не искусство, что это вообще несерьезно. Наша газета весьма одобрительно в свое время отозвалась о новорожденном джаз-клубе, опубликовав об этом информацию. Словом, сам джаз никого не настораживает. Более того, руководство самодеятельным джаз-клубом должно быть очень серьезным общественным поручением. Но почему оно доверялось Николаю Леонову? Какие цели преследовал сам Леонов, подвизавшийся на этом поприще? Возникни эти вопросы, и вот какая бы вырисовалась картина.
Леонов в кругу любителей джаза известен не столько как специалист, сколько как ловкий коммерсант Широко афишируя свои действительные, очень ограниченные, а чаще ~ мнимые знакомства с интуристами и зарубежными студентами, обучающимися е советских вузах, Леонов привлек к себе интерес Игоря Н и нескольких других подобных юнцов. Интерес этот подогревался неуемной жаждой заполучить заграничную пластиночку, которые якобы коллекционируются «специалистом» Леоновым. «Президент» охотно делился своей коллекцией, если Игорь и его дружки платили по 30 рублей за каждый экземпляр. Один раз «магоману» из ТПИ (так себя иногда называют коллекционеры джазовой какофонии) Леонов «удружил» три пластинки по тридцатке за штуку. В следующий раз этому же «магоману» из ТПИ компаньон Леонова по джазовому бизнесу некто В. Титов сплавил пять пластинок за 140 рублей,
Бизнес на «магомании» потребовал от джазовых дельцов проникновении к ключевым позициям. Леонов обосновался в джаз-клубе, Титов забросил учебу в университете и стал работником радиоузла поезда «Томич», а студент В. Саракуло устроился в студии звукозаписи ТПИ. Саракуло был оптовым покупателем у «фирмы» Леонова, а затем перепродавал музыкальный товар мальчикам вроде Игоря Н
Нравы в стане «магоманов»под стать нравам черной коммерции В Титов использует радиорубку «Томича» для провоза путешествующих зайцев. Приглянувшейся пассажирочке Титов в ночной радиорубке демонстрирует уникальные с его точки зрения записи, с тоской жалуется на неустроенность,просит помочь обзавестись комнатой, чтобы открыть «свое большое дело». Это Титов питал «фирму» товаром, заготавливая его во время служебных поездок.
Один «магоман», рассказывая о своей недавней поездке к «коллегам» из другого города, очень смутно припоминает о прозрачных намеках «неизвестного лица, готового за определенные услуги снабдить любыми пластинками». Смутно, потому что было выпито «чертовски много». «Неизвестные» знают, от кого можно ждать «определенных услуг».
Вот такова среда, в которой Игорь Н, оказался человеком с надломленной психикой, пристрастившимся к наркотикам, потерявшим юность, настоя щих друзей. Когда же бизнесмены от «магомании» почуяли, что над ними нависают тучи, и ретировались из Томска, Игорь попал в поле зрения иной среды — служителей Троицкой церкви в г Томске. Мы уже достаточно подробно говорили о целях экспортеров «музыки века» Чем же юноша привлек к себе внимание настоятеля церкви Игоря Сойко, дьякона Петра Карпенко и других? Проблема кадров ныне для церкви стала острей шей Старое поколение священнослужителей уходит, черпать резервы для нового практически негде. Что поделаешь, профессия священника нынче не может быть популярной у молодежи. Это заставило руководителей церквей на местах искать абитуриентов для духовных семинарий в кругу людей, подобных Игорю. Мать юноши, узнав, что ее сын, не порывая с «магоманией», стал прислуживать в церкви, была я отчаянии. Это отчаяние усилилось, когда парень и вовсе перестал появляться дома. Она нашла его а церкви, умоляла вернуться домой, но Игорь скрылся а квартире дьякона Карпенко. И даже тогда, когда мать своими глазами увидела в коридоре этой квартиры ботинки сына, Карпенко отрицал, что Игорь в его доме Настоятель троицкой церкви И, Сойко, к которому также обращалась мать, степенно отмежевывался от этой истории..
Между тем матери сейчас доподлинно известно, что сын ее из Томска был отправлен на попечение новосибирского духовенстве, в затем в духовную семинарию с помощью всесторонне разработанной конспиративной системы. Отправлен вопреки воле семьи, отправлен, хотя И. Сойко не могло быть неизвестным, что парень не может принимать осознанных решений, так как «магомания», наркотики окончательно выбили его из душевного равновесия.
Финал этой части истории Игоря Н таков: юноша тайно сбежал из семинарии и сейчас при самом добром расположении родственников пытается разобраться в случившемся, выбрать новый путь Он обосновался далеко от Томска и, когда ему говорят о возвращении сюда, с ужасом думает о возможной встрече со своими опекунами и от «магомании» и от церкви.
Т.о. я попал в "идеологические диверсанты" и "духовную нечисть", да... еще "ловкого коммерсанта"
