До обидного плохо знаю азбуку HTML, а учиться все сложнее: глаза устают, мысли скачут, и возвращаются все время в прошлое.

А в нем чудесная музыка Чета Бейкера в замечательном альбоме с баритон-саксофонистом Джерри Маллиганом, с которым я по причине плохого знания HTML  не могу поделиться в тексте поста.

Чет Бейкер, американский джазовый музыкант, родился23 декабря 1929 года в Йейле (шт. Оклахома). Среди трубачей, выдвинувшихся в начальный период развития модерн-джаза, Чет Бейкер занимает одно из ведущих мест. Он был первым белым трубачом современного кул-стиля в сфере комбо-джаза.

В 1949 году он получил приглашение в военный оркестр, с которым играл в Сан-Франциско до 1952 года. В этот период познакомился с музыкантами-боперами, участвовал в джем-сейшнах.

В начале 1952 играл с Чарли Паркером и Видо Муссо, в конце того же года в Голливуде примкнул к Джерри Маллигену и вскоре стал знаменитостью как солист его квартета. В дальнейшем выступал преимущественно с собственным комбо (начиная с 1953), членом которого был также пианист Расс Фримен.

Чет Бейкер совершил несколько европейских турне в 1955-1956 годах. Возобновив сотрудничество с Маллигеном, успешно концертировал в составе его секстета в Париже, выступая не только в качестве трубача, но и как пианист.

В 1959-1960 годах находился в Италии, начал употреблять героин и впал в тяжелую депрессию. Всю последующую жизнь он переезжал из Америки в Европу и обратно в поисках утраченного времени, попадая то в полицию, то в тюрьму. Он проходил курс лечения, то соскакивая с героина, то принимаясь за старое. В драке лишился зубов (1966) и на несколько лет ушел из музыки все дальше в мир наркотического забвения.

В 1973 году Чет все же нашел силы вернуться на сцену. В Европе, где он прожил последние 15 лет жизни, он записал около 200 альбомов с разными музыкантами.

Он умер, выпав из окна отеля  13 1988 года в Амстердаме, где любые наркотики легко покупаются в любое время в любом месте.

Интересные ссылки о Чете Бэйкере

b23.ru/c78s

b23.ru/c75o

Бродив по просторам Интернета наткнулся на информацию о 2-х дисках заложивших основу моего собрания (не могу назвать звучно - коллекция)  хорошей музыки

Элвиса и Армстронга я приобрел в конце 50-х толком не зная этих исполнителей. Помню  у кого. Коля Ушаков. Вот память! (не помню ближайшего, вспоминаю далекое) След Коли потерялся где то на Юге (кажется Крым). Не знаю, где Коля достал диски, Его поведение не всегда было в рамках закона.

Музыка этих дисков в душе . Библия Армстронга

• Nobody Knows The Trouble I`ve Seen 
• Shadrack 
• Go Down Moses
• Rock My Soul
• Ezekiel Saw De Wheel
• On My Way (Got on My Travelin` Shoes) 
• Down By The Riverside
• Swing Low, Sweet Chariot
• Sometimes I Feel Like A Motherless Child
• Jonah And The Whale
• Didn`t It Rain 
• This Train 

Единомышленник написал "Этот диск записывался на протяжении двух десятков лет: два раза в 1938, в 1950 и в 1958 году. Несомненно он является самым сложным в творчестве Этого Человека! Ну и ТЕМА, сами понимаете, Божественная!!!!"

А Элвис, что говорить? Я фанат!

Но, затем поворот к современному джазу:  пьеса Sketch (Эскиз)   MJQ (Modern Jazz Quartet) в приложении к журналу "Америка" и великолепный альбом Дэйва Брубека с Blue Rondo  и Take Five

По выражению жены. После долгого воздержания. Пошел в ночь. Алкоголики на месте. Говорят про шпионку Анну Чапман. Удачливая девушка. Хоть и шпионка. Сфотографировал ночь.То же удачно (по моему).

Анна собирается в вожди   В Москве проходит четвёртый съезд прокремлёвского молодёжного движения "Молодая гвардия "Единой России".

Около двух тысяч делегатов обсудят планы модернизации движения, а также изберут новых руководителей.

В их числе может оказаться Анна Чапман, обвинённая в США в шпионаже в пользу России и высланная оттуда несколько месяцев назад.

По сообщениям, она участвует в съезде "Молодой гвардии" и может возглавить общественный совет этого движения.

А у меня путь - дорога

В 1936 году умер Николай Алексеевич Островский, в возрасте 34 лет. Как бы не относиться к его агитплакатным произведениям, его мужеству перед лицом смерти нельзя не поклониться.  

           Новогодняя елка — элемент традиционной новогодней обрядности. В условиях дореволюционной России являлась своеобразным отличительным признаком новогоднего праздника имущих классов. Лишь к началу XIX в. обычай устраивать елку становится достоянием сравнительно широких слоев городского населения.

            Первыми вехами на пути становления советских новогодних традиций были праздники Новогодней елки для детей трудящихся, в организации которых принимал активное участие В. И. Ленин. Популяризации Новогодней елки в нашей стране в значительной мере способствовала статья П. П. Постышева, бывшего в то время секретарем ЦК КП(б)У, «Давайте организуем к Новому году детям хорошую елку» (Правда, 28 декабря 1935 г.). Эта инициатива, поддержанная партийными и комсомольскими организациями, нашла широкий отклик среди населения. Повсеместно утвердившись в быту, Новогодняя елка постепенно превратилась в непременный атрибут семейного новогоднего торжества. В довоенное время, в связи с отсутствием фабричных елочных игрушек, в школах, Дворцах пионеров проводились конкурсы на лучшую новогоднюю игрушку, способствовавшие эстетическому и трудовому воспитанию детей,

            Современная Новогодняя елка — главный символ праздника, центр праздничного действия. Возле нее разыгрываются новогодние представления с участием Деда Мороза и Снегурочки. Под Новогоднюю елку кладут подарки, сувениры детям и гостям. Накануне Нового года большие Новогодние елки устанавливаются во дворцах культуры, клубах, детских учреждениях, а также на центральных площадях городов и сел. В трудовой обрядности Новогодняя елка используется как символ досрочного завершения производственного плана года. В Донецкой, Ворошиловградской областях ими украшают терриконы шахт в ознаменование выполнения годового плана по добыче угля.

        (По материалам Советской печати)

Последняя передача Дмитрия Савицкого  напомнила мне репертуар лучшего свингового оркестра всех времен и народов, ведомого пианистом, композитором и бэнд-лидером Уильямом Бэйси. Каунтом Бэйси. Что значит "Графом". Прозвище, данное  ему в юности в Канзас-Сити диктором местной радиостанции, прижилось. И стало именем. И всегда напоминало, что в джазе пруд пруди «королей» (и самопровозглашенных, и коронованных публикой), а вот граф был одним (как и герцог — Дюк Эллингтон).

Чародей из Канзас-Сити

Незабвенный джазовый радиокомментатор «Голоса Америки» Уиллис Коновер сказал о нем так: «Если Луи Армстронг— сердце джаза, Дюк Эллин­гтон — его душа, то Каунт Бэйси — ноги, на которых стоит джаз».

Судьбе было угодно, чтобы именно в Канзас-Сити (штат Миссури) заезжая театральная труппа и ее оркестр сели на мель и рассыпались под ударами финансовых неурядиц.

Бэйси оказался в самом центре Среднего Запада, городе, который к началу 30-х стал джазовой Меккой Амери­ки, подобно Новому Орлеану начала века или Чикаго 20-х годов. Город— магнит для черных талантов. Они нарекли этот джазовый оазис Территорией (да-да, с большой буквы). Милый уголок Штатов умудрился процветать даже в годы Вели­кой депрессии. 1/1 как знак процветания — бесчисленные кабачки, бесшабашные клу­бы, увеселительные заведения, классные девчонки, злачные местечки на любой вкус, полные разношерстного люда, веселящегося днем и ночью. В эпицентре этого раскаленного котла — музыканты. Нет, не в роли отчаянных гуляк, они делали на Территории свое праведное дело — подбрасывали в топку удовольствий не менее горячую музыку, о которую можно было обжечься на танцплощадках.

Она, эта музыка, войдет в историю как Kansas-City Style. Вместе с Бэйси, который не только довел ее до совершенства, но стал носителем ее духа. «Музыка, которую он услышит на Среднем Западе, называлась стомп (stomp), — будет вспоминать писатель Альберт Мэррей. — Это особая разновидность блюза, бытовавшая в Канзасе, Оклахоме и Техасе. Исполнители брали высокий темп, а пение напоминало серию выкриков.Получался типичный для Канзас-Сити блюзовый квадрат с его безудер­жно праздничным настроением. Это и есть музыка Каунта Бэйси».

Безудержность и праздничность... Эти два термина будут варьировать в сотнях книг, посвященных эре свинга. «Посмотрите, как этот парень уме­ет пришпорить блюз»,— с восторгом прищелкивали языками фэны, вслушиваясь в игру Бэйси-пианиста ансамбля Blue Devils. Граф вонзал свои шпоры в музыку, которую он играл в бэнде неутомимого Бенни Моутена (он возглавит оркестр после неожиданной смерти Моутена в апреле 1935 года). Здесь варилась лучшая свинговая солянка Штатов. Разные музыканты, а порой и очень разные по складу характеров люди говорили со своим лидером на одном языке— языке 12-тактового блюза, обильно приправленного свингом.

«У нас не было никаких нот, все аран­жировки мы держали в голове, — вспо­минал Харри Суитс Эдисон. — Все что мы играли, только так и делалось — никакой нотной записи, никаких партитур. У Джимми Лансфорда, у Дюка Эллингтона, у братьев Дорси, у Бенни Гудмена — у всех были заготовлены аранжировки. Ес­ли ты играл у них, то получал листок с нотами. У Бэйси ты мог играть без всяких нот, лишь бы ты свинговал».

Это справедливо. Для тех лет. Для Территории, на которой Бэйси собрал собственный оркестр из 9 человек и иг­рал в маленьких заведениях вроде Rino Club. Иногда клубы занимали одну не­большую комнату, все посетители сидели впритык друг к другу, а пианино Бэйси «облокачивалось» на чей-то сто­лик. Вся публика— его друзья. I/I частенько, когда ритм-секция горячо свинговала, Бэйси вставал из-за инструмента, приветствовал приятеле*, обменивался новостями, к кому-то подходил узнать, как себя чувствуют ребятишки после простуды... Потом он вновь садился за пианино. И вновь с кем-то общался. Как тут не вспомнить его изречение: «Даже од ной единственной нотой можно выразить настроение свинга».

Скачки в час ночи

Однажды во время прямой трансляции из Rino Club ведущий концерта спросил у Графа, как объявить завершающий номер програмыь  Qcтавалось лишь несколько минут эфира и Маэстро, усмехнувшись, предложил: «Пожалуй, мы сыграем  "Голубые яички". «Это название не для эфира», — ужаснулся ведущий. Бэйси великодушно согласился, бросил взгляд на часы и бросил: «Уже почти час ночи. Тогда назовем пьесу так: „One O'clock Jump,,». И «Скачки в час ночи» полились в эфир. К слову, эту заводную вещицу Граф и его оркестр играли в финале всех концертов на протяжении его жизни.

Не знаю, эту ли пьесу услышал знаменитый открыватель джазовых гигантов, незабвенный импресарио Джон Хэммонд. Сидя в салоне своей машины в Чикаго, он включил радио и услышал звуки потрясающего бэнда из Канзас-Сити. Не раздумывая, Хэммонд завел мотор и помчался на встречу с музыкантами...

В 36-м — фурор в Чикаго, на следующий год — в Нью-Йорке, в пе­реполненном танцзале Roseland. Триумф оркестра. Триумф вокалистов— блистательной Билли Холидэй и другого мастера джазового пения — могучего, необъятных размеров блюзмена Джимми Рашинга.

А потом был изумительный весенний полдень в Нью-Йорке. Каза­лось. весь город, белые и черные, затопили один из стадионов, чтобы поприсутствовать на первом в истории джаза фестивале под открытым небом. Цена билетов — 50 центов. В программе — с ума сойти — заяв­лено 24 оркестра. Америка уже была готова выдержать подобное цуна­ми. Ежемесячно в конце 30-х с прилавков сметалось по 700 тыс. пласти­нок с записями свинга.

Оркестр Бэйси произвел на стадионе небывалый по мощности взрыв. Пройдут годы, и эти контрастные динамические перепады «саунда» — от полушепота до мощного, оглушительного фортиссимо, от щемящей нежности меди до эффекта извержения вулкана, от искрящихся жемчу­гами риффов среди бушующих волн свинга до звенящей чистоты туттийных окончаний — обретут фирменное, присущее только этому оркес­тру, звучание. Бэйси будет оттачивать его всю жизнь.

До последней искры

После войны и Бэйси не минет горькая пилюля — охлаждение пуб­лики к музыке больших джаз-оркестров. В начале 50-х он работает в малом составе в септетах, но... Бэйси не был бы Бэйси, если бы вновь не собрал оркестр звезд, дав ему новую жизнь и новые, еще более изощренные звуковые краски. Все, что создано оркестром с середины  50-х годов до финиша жизни Маэстро (26 апреля 1984 года). — это  шедевры исполнительства. Это коллективный труд выдающихся  аранжировщиков (времена «игры без нот» давно канули в Лету), ж сайдменов, вокалистов. Их имена вы найдете более чем в 150 альбомов  «нового» Бэйси, уже всемирного фаворита свинга, объездившепз яви мир, обласканного славой.

Он первым из американских биг-бэндов выступил перед королева» Англии  и первым из негритянских оркестров удостоился чести 13 недель играть на крыше фешенебельного отеля «Уолдорф-Астория» в Нью-Йорке

Он был первым, потому что был Каунтом Бэйси. И этим все сшак Когда на закате жизни Маэстро уже не мог выходить к роялю, он выезжал к нему на кресле с электроприводом, улыбался залам, брал на рояле вступительные ноты-колокольчики и всех вновь охватывал радостный трепет от коронных хитов «Swingin' The Blues», «One O'clock June- «Splanky», «Shiny Stocking's», «Li'l Darlin»...

Тайну звучания своего оркестра Граф, увы, унес на небеса. Но популярности биг-бэнда Бэйси никакой загадки нет. Это музыка радости ритма и  света предназначалась для всех. Ее никак не назовешь элитарной (что во многом свойственно современному джазу, и это не в укор ему), потоми «и музыка Бэйси — праздник соучастия. Праздник, который всегда с нами.

Coda с Деннисом Роуландом

История Каунта Бэйси — это еще и история его великих вовне тов. Начиная с середины 30-х в течение полувека с оркестром раогга- ли Билли Холидэй и Джимми Рашинг, братья Миллз и Элла Фицва- ральд, Джо Уильяме и Сара Воэн, Фрэнк Синатра и Тони Бежит Джордж Бенсон...

На фестивале «Джаз в саду Эрмитаж» вместе с Estonian Drea~ ас Band выступил последний из могикан оркестра Бэйси вокалист Двина Роуланд (Dennis Rowland). Он сотрудничал с Маэстро 7 лет (1977-1984), объездил вместе с ним полмира, а после смерти Мастера продетая петь с его оркестром, который к тому времени принял саксофонист и  аранжировщик «бэйсивского набора» Фрэнк Фостер.

Именно Роуланд и никто иной был приглашен выступить с бг-бэндом нью-йоркского Линкольн-центра в грандиозном шоу Swingr The Biues tor Count Basie с Фрэнком Фостером в качестве дирижера. Двухча­совая программа охватывала более чем 30-летний репертуар легендар­ного оркестра и была остроумно поделена на две составляющих — «му­зыка Ветхого и Нового Заветов». Так устроители шоу определили «выра­жение лица» старого и нового составов Бэйси. На этом празднике жизни Деннис исполнил роли «бзйсивских» вокальных жемчужин— певцов Джимми Рашинга и Джо Уильямса.

1/1 вот мы беседуем с этим рослым темнокожим артистом.

Почему все джазовые вокалисты так гордились и по-прежнему, как и вы, гордятся, что пели именно с Бэйси? Были ведь и другие не менее знаменитые оркестры.

—   Самая главная вещь, которую надо подчеркнуть особо, — это спо­собность Бэйси интерпретировать музыку для самых разных певцов. Ко­го угодно — Билли Зкстайна, Сары Воэн, Эллы, Ната Кинг Коула, Сэмми Дэвиса... И все казалось новым, свежим, необычайно ароматным и вкус­ным—звук, аранжировки... Понимаете, ничего не повторялось.

 Каким он вам запомнился?

—    А вот таким, каким он смотрит с афиш и буклетов. Душевный, приятный и интеллигентный. При всем своем дружелюбии Бэйси был, тем не менее, очень требовательным к музыкантам оркестра, его звуку. Он всегда предельно точно знал, что хочет услышать на сцене. И при этом позволял оркестрантам быть самими собой. Тем самым побуждал их свинговать с полной отдачей, создавая отличный стимул для само­выражения. 1/1 все чувствовали себя частью единого целого. Хотя и бы­ли очень разными по характеру. Возьмите кого угодно — Преза (проз­вище выдающегося саксофониста Лестера Янга. — В. К.), Снуки Янга, Фрэдди Грина... Очень сильные, очень разные личности. Не какие-ни­будь сладкие мачо, а настоящие мужики. 1/1 они гордились, что входят в команду. Все мы гордились.

 Бывали случаи, когда Маэстро давил на вокалистов, добиваясь от них результата, на который рассчитывал?

—   Давление... Давление было! (хохочет). Бэйси сделал очень много, чтобы отточить, отшлифовать мои способности. Когда я приехал из Дет­ройта в Мичиган, то пел там порой в очень небольших клубах. И Бэйси терпеливо, но настойчиво учил меня, как выходить на большую аудито­рию, на толпы народа. Знаете, в чем еще заключалось давление Бэйси?

Ты всегда кожей ощущал, что вслед за тобой на сцену выйдут Элла Фиц- джеральд или Сара Воэн, или Джо Уильяме... Вот это действительно дав­ление (смеется). Упаси бог облажаться.

—  После смерти Бэйси его оркестром руководили разные музыканты. На ваш взгляд, не пострадал ли при этом уникальный саунд, который Гоаф создавал десятилетиями?

—    Нет! После ухода нашего кумира прошло 20 лет. Но мы-то оста­лись, те, кто с ним работал. Хотя ряды старой гвардии очень поредели. Оркестром руководил Тэд Джонс, потом Фрэнк Фостер, Гровер Митчел... Ныне это один из ветеранов Билл Хьюз. Каждый в отдельности и все вместе, включая молодое пополнение, мы бережно сохраняем наследие, традиции, звучание оркестра Бэйси его лучших времен. Это националь­ное достояние, и оно не должно быть размыто временем.

—  Ваши ближайшие планы?

—   Осенью концертами в Вильнюсе начнется очередная европейская поездка. Много работаю над мюзиклами бродвейского типа, по-прежне- му преподаю. Впереди серия концертов в Америке и за ее пределами. Вместе с Фрэнком Фостером готовимся дать настоящий джазовый бал, посвященный 100-летию Каунта Бэйси.

— В вашей семье есть наследники, мечтающие о джазовой карьере?

—   У меня дочь и двое внуков. Дочь поет, а старший внук хочет играть на барабанах. Может из него выйдет второй Джо Джонс, который так классно свинговал у нашего Бэйси (смеется).

Эпилог

С этими словами Деннис Роуланд хлопнул меня по плечу и через нес­колько секунд в ночном фестивальном небе со сцены заискрился его го­лос. Глубокий, сочный тенор Денниса пульсировал в свингующем блюзе собственного сочинения. И налегал на рефрен: «Happy birthday. Count Basie». Больше тысячи зрителей подхватывали эти слова.

И память высекала магическую параллель. Когда умер великий Чар­ли Паркер, многие фасады домов в Нью-Йорке покрылись граффити «Parker lives!» — «Паркер жив!». Теперь Москва, слившись в саду Эрми­таж в единый хор, пела здравницу в честь другого гения: "Basie lives"

По материалам журнала "Америка" № 5 (479)

«В течение десятков лет оркестр Каунта Бэйси был одним из самых восхитительных биг-бэндов. При этом стиль оркестра практически не менялся. А что такое „стиль Бэйси“? Это, прежде всего, сильное свинговое ансамблевое звучание, пересыпаемое многочисленными великолепными соло и, разумеется, легкими, заразительными фортепианными вставками лидера. Все годы оркестр Бэйси ухитрялся звучать свежо и современно. Вероятно, это происходило потому, что в нём всегда сохранялся исключительно здоровый дух. Музыканты играют то, что им нравится, а музыка оркестра способна удовлетворить вкусы самой широкой публики — в отличие от многих коллективов, пытающихся делать более сложные вещи и затрудняющихся найти контакт с аудиторией».(Джордж Саймон)

Нежная. Шепчет: живи, как будто ты юн. Обнимает и усыпляет…

Вячеслав Шевелевич Гане́лин родился 17 декабря 1944 г в Москве— советский и израильский композитор, джазовый музыкант.

С конца 1960-х вместе с Владимиром Тарасовым  (ударные инструменты) и фотографом Григорием Таласом (контрабас) играл в вильнюсском кафе «Неринга». Окончил Вильнюсскую государственную консерваторию. В 1968 - 1984  заведующий музыкальной частью Русского драматического театра в Вильнюсе.

Творчество трио В. Ганелина явилось большим стимулом для развития джаза в Литве и в СССР.

Трио имело большой успех на гастролях в ГДР, Финляндии, на фестивалях в Пайце, Праге, Западном Берлине, Бирштонасе.

Трио существовало по 1986 год . Прекрасное знание как академического, так и джазового авангарда XX века, свободное художественное мышление позволяло им создавать музыкальные картины, основанные на оригинальном переплетении фри-джаза, фольклера и камерной музыки. Трио ГТЧ стало первой советской группой, покорившей Западную Европу музыкой, не подражавшей известным американским образцам.

Ганелин уже в 1985 году по авторитетным европейским и американским  источникам входил в число лучших джазовых композиторов и лучших исполнителей джаза

Будучи членом Союза композиторов СССР  написал музыку к более чем 30 спектаклям и 6 мюзиклам. Автор музыки нескольких концертов для отдельных инструментов, более 50 песен и музыки к более 60 кинофильмов киностудий «Мосфильм», «Ленфильм», «Литовская киностудия» и др.

В 1987 году переехал в Израиль. (b23.ru/c63b )  Преподаёт на джазовом отделении Иерусалимской Академии музыки композицию, музыку кино и игру на фортепиано. Член Союза композиторов Израиля,  заведует джазовой кафедрой в Иерусалимской Академии Музыки. Активно концертирует и участвует в джазовых фестивалях. Является художественным руководителем Иерусалимского джазового фестиваля «Джаз-глобус ». Пять фильмов с музыкой В.Ганелина были удостоены почётных премий на международных фестивалях в Венеции, Стокгольме, Барселоне и Вашингтоне.

В. Ганелин, Фото 80-х 

.

Я, как и все в советское время, зачитывался детективами. Особую прелесть и таинственность им придавали  рисунки Блиоха. До настоящего времени не знаю кто это. Искал в Интернете - не нашел. Блиохов много. То ли один талантливый художник, то ли группа. От этих юношеских  впечатлений от рисунков Блиоха осталось желание запечатлеть сучья.  Они завораживают обреченностью и неожиданностью поворотов судьбы и провидения,

 Иллюстрации И. Блиоха к роману норвежской писательницы Герд Нюквист "Травой ничто не скрыто..."

 Друг мой первый, друг мой черный, за горой…
 Наступает час последний, час второй.
 За грядой кавказской новая гряда:
 Люди, судьи, годы, моды, города.
 А за той грядой чужая полоса:
 Звезды, слава, заграница, голоса.
 А за той границей гладь да тишина:
 Чей-то холод, голод, смерть, ничья война.
 А за этой тишью-гладью череда:
 Никого и ничего и никогда.
 А за этой чередою наш черед:
 Слово, дело, крах, молчание и лед.
 Твоя мама, моя мама – вот друзья!
 Если верить им, то мы с тобой князья.
 

1973.

15 декабря 1977 года погиб Александр Галич (agalich.narod.ru/ )во Франции  возможно в результате  несчастного случая.

Галич написал несколько пьес для театра — «Вас вызывает Таймыр», «Пути, которые мы выбираем», «Под счастливой звездой», «Походный марш», «За час до рассвета», «Пароход зовут „Орлёнок“», «Много ли человеку надо», а также сценарии фильмов «Верные друзья», «На семи ветрах», «Дайте жалобную книгу», «Третья молодость», «Бегущая по волнам».

С конца 1950-х годов Галич начинает сочинять песни, исполняя их под собственный аккомпанемент на  гитаре. Отталкиваясь в какой-то мере от романсовой традиции и искусства А.Н. Вертинского, Галич стал одним из самых ярких представителей жанра русской авторской песни (наряду с В.C. Высоцким и Б.Ш. Окуджавой, который вскоре развили барды и который с появлением магнитофонов приобрёл огромную популярность. В этом жанре Галич сформировал свое направление.

В 1971 году Галич был исключён из Союза писателей СССР, членом которого он был с 1955 года (этому посвящена песня «От беды моей пустяковой»), а в 1972 году — из Союза кинематографистов, в котором состоял с 1958 года. Фактически после этого он был доведён до состояния нищенства.  Его не принимали на работу, и он был лишён возможности заработать себе на хлеб.

1974 году А.А. Галич был вынужден эмигрировать; 22 октября 1974 года постановлением Главлита по согласованию с ЦК КПСС все его ранее изданные произведения были запрещены в СССР.

Могила А. А. Галича и его жены на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа

Ему было 59 лет

Немецкий поэт, публицист и критик еврейского происхождения Христиан Иоганн Ге́нрих Ге́йне (Christian Johann Heinrich Heine,) родился ;13 декабря 1797 г в Дюссельдорфе

Гейне считается последним поэтом «романтической эпохи» и одновременно её главой. Он сделал разговорный язык способным к лирике,

Поддержка Гейне Июльской революции 1830 года заставила поэта, уставшего от постоянной цензуры, переехать в Париж  Только после 13 лет, проведенных во Франции, Генриху повезло снова оказаться на родине. Летом 1848 года по Европе прошел слух о смерти поэта, на самом же деле он, попрощавшись в мае с белым светом, оказался прикованным к кровати из-за болезни. Ещё в 1846 году у него начался прогрессирующий паралич,   но он не потерял интереса к жизни и продолжал писать. Даже после восьми лет болезни Гейне не сдавался и даже сохранил чувство юмора. В 1851 году вышел его последний сборник — "Романсеро". В сборнике чувствуются скептицизм и пессимизм. Вне всякого сомнения, в нем отразилось физическое состояние поэта.

Умер Гейне 17 февраля 1856 г в Париже и похоронен на кладбище Монмартр

Дурные, злые песни,

Печали прошлых лет,

Я вас похоронил бы,

Да только гроба нет.

Не спрашивайте, люди,

Что сгинуть в нем могло б.

Мне гейдельбергской бочки

Обширней нужен гроб.

Еще нужны носилки,

Но из таких досок,

Что больше моста в Майнце

И вдоль и поперек.

Тогда двенадцать братьев

Зовите из-за гор —

Тех, что сильней и выше,

Чем кельнский Христофор.

Пусть этот гроб громадный

Закинут с крутизны

В громадную могилу,

В простор морской волны.

А знаете вы, люди,

На что мне гроб такой?

В него любовь и горе

Сложу я на покой

                             (Перевод Вильгельма Левика)

12 декабря 1915-го года в Нью-Джерси родился Фрэнк Синатра (Frank Sinatra), легендарный американский певец и киноактер, дружбой с которым гордились кинозвезды и президенты.

Если бы в Америке давали звания эстрадным артистам, Фрэнк получил бы титул всенародного.

8 декабря 1963-го года из гостиницы в Лэйк Тэхо, Калифорния, был похищен сын Фрэнка Синатры

Три дня спустя Фрэнк Синатра младший был возвращен живыми здоровым после уплаты выкупа в 240 тысяч долларов.

Полиции удалось обнаружить похитителей, каждый их них получил длительный тюремный срок заключения.

2 июля 1966-го года песня "Strangers In The Night" в исполнении Синатры  возглавила чарт США.

Композиция, ставшая глобальным хитом, впервые прозвучала в фильме "A Man Could Get Killed".

13 апреля 1967-го года песня "Something Stupid", записанная Фрэнком Синатрой в дуэте со своей дочерью Нэнси (Nancy), возглавила чарт США.

"Something Stupid" стала первой добравшейся до вершины американского хит-парада песней, записанной отцом и дочерью.

2 апреля 1969-го года песня в исполнении Фрэнка Синатры "My Way" вошла в чарты. 

В американском хит-параде композиця провела рекордно долгое время - 122 недели.

14 мая 1998-го года в лос-анжелесском госпитале Фрэнк Синатра умер .

Ему было 82 года.

 Блистательный пенсионер.

В 1971 году Синатра объявил, что уходит на пенсию, однако продолжал давать редкие концерты. В 1979 году  Синатра записал один из своих шедевров —  "New York, New York" , став единственным певцом в истории, сумевшим через пятьдесят лет вернуть себе популярность и любовь публики. В1988-1989 годах прошёл прощальный тур «Rat Pack», а последнее концертное выступление Синатры состоялось в 1994-году, когда ему было 78 лет. 14 мая 1998 Фрэнк Синатра скончался от сердечного приступа.

Официальный сайт Синатры www.sinatra.com/

СОЛЖЕНИЦЫН Александр Исаевич родился 11 декабря 1918 года  в крестьянской семье. После окончания школы поступил на физико-математический факультет университета в Ростове-на-Дону. Заочно учился в Московском институте философии, литературы и истории. В начале Отечественной войны  Солженицын уходит на фронт. С 1943 по 1945 он командовал артиллерийской батареей, имел чин капитана. В 1945 был арестован и осужден на 8 лет исправительно-трудовых лагерей "за антисоветскую агитацию и попытку создания антисоветской организации".

В 1962 в журнале "Новый мир", главным редактором которого был Твардовский, был опубликован рассказ "Один день Ивана Денисовича", сделавший имя Солженицына известным всей стране и за ее пределами.

Остальные биографические факты Александра Исаевича широко известны.

В 1970 Солженицын был удостоен Нобелевской премии по литературе.

А.Солженицын   умер 3 августа 2008 года..

В первые я прочитал "Один день Ивана Денисовича" в 1963 в "Роман-газете" № 1(277). Этот экземпляр подарил мне друг-одноклассник, отец которого выбросил это издание на помойку, боясь КГБ. Друг подобрал и таясь отдал мне. Тоже приходилось прятать, но эта книжка уцелела и находится в моей библиотеке.

Привожу из нее текст Твардовского

Вместо предисловия

Жизненный материал, положенный в основу повести А. Солженицына, необычен в советской литера­туре. Он несет в себе отзвук тех болезненных явлений в нашем развитии, связанных с периодом развен­чанного и отвергнутого партией культа личности, которые, по времени хотя и отстоят от нас не так уж далеко, представляются нам далеким прошлым. Но прошлое, каким бы оно ни было, никогда не стано­вится безразличным для настоящего. Залог полного и бесповоротного разрыва со всем тем в прошлом, чем оно было омрачено, — в правдивом и мужественном постижении до конца его последствий. Об этом именно говорил Н. С. Хрущев в своем памятном для всех нас заключительном слове на XXII съезде: «Наш долг тщательно и всесторонне разобраться в такого рода делах, связанных с злоупотреблением властью. Пройдет время, мы умрем, все мы смертны, но пока работаем, мы можем и должны многое выяс­нить и сказать правду партии и народу... Это надо сделать для того, чтобы подобные явления впредь никогда не повторялись».

«Один день Ивана Денисовича» — это не документ в мемуарном смысле, не записки или воспоминания о пережитом автором лично, хотя только пережитое лично могло сообщить этому рассказу такую досто­верность и подлинность. Это произведение художественное, и в силу именно художнического освещения данного жизненного материала оно является свидетельством особой ценности, документом искусства, возможность которого на этом «специфическом материале» до сих пор представлялась маловероятной.

Читатель не найдет в повести А. Солженицына всеобъемлющего изображения того исторического периода, который, в частности, отмечен горькой памятью тридцать седьмого года. Содержание «Одного дня», естественно, ограничено и временем, и местом действия, и кругозором главного героя повести. Но один день из жизни лагерного заключенного Ивана Денисовича Шухова под пером А. Солженицына, впервые выступающего в литературе, вырастает в картину, наделенную необычайной живостью й вер­ностью правде человеческих характеров. В этом прежде всего заключается редкостная впечатляющая сила произведения. Многих людей, обрисованных здесь в трагическом качестве «зэков», читатель может представить себе.и в иной обстановке — на фронте или на стройках послевоенных лет. Это те же люди, волею обстоятельств поставленные в особые, крайние условия жестоких физических и моральных испы­таний.

В этой повести нет нарочитого нагнетания ужасных фактов жестокости и произвола, явившихся следствием нарушения советской законности. Автором избран один из самых обычных дней лагерной жизни от подъема до отбоя. Однако этот «обычный» день не может не отозваться в сердце читателя го­речью и болью за судьбу людей, которые встают перед ним со страниц повести такими живыми и близ­кими. Но несомненная победа художника в том, что эта горечь и боль ничего общего не имеют с чувством безнадежной угнетенности. Наоборот, впечатление от этой вещи, столь необычной но своей неприкра­шенной и нелегкой правде, как бы освобождает душу от невысказанности того, что должно было быть высказано, и тем самым укрепляет в ней чувства мужественные и высокие.

Эта суровая повесть — еще один пример того, что нет таких участков или явлений действительности, которые были бы в наше время исключены из сферы советского художника и недоступны правдивому  описанию. Все дело в том, какими возможностями располагает сам художник.

И еще один простой и поучительный вывод позволяет сделать эта повесть: истинно значительное со­держание, верность большой жизненной правде, глубокая человечность в подходе к изображению даже самых трудных объектов не могут не призвать к жизни и соответствующей формы. В «Одном дне» она ярка и своеобразна в самой своей будничной обычности и внешней непритязательности, она менее всего озабочена самой собою и потому исполнена внутреннего достоинства и силы.

Я не хочу предвосхищать оценку читателями этого небольшого по объему произведения, хотя для меня несомненно, что оно означает приход в нашу литературу нового, своеобычного и вполне зрелого мастера.

Может быть, использование автором — весьма, впрочем, умеренное и целесообразное — некоторых словечек и речений той среды, где его герой проводит свой трудовой день, вызовет возражения особо привередливого вкуса. Но в целом «Один день Ивана Денисовича» — из ряда тех произведений лите­ратуры, восприняв которые мы испытываем большое желание, чтобы наше чувство признательности автору было разделено и другими читателями.

А. ТВАРДОВСКИЙ

Идет снег...Меланхолия. Почему то на ум приходят стихи О. Мандельштама.

Только детские книги читать,
Только детские думы лелеять,
Все большое далеко развеять,
Из глубокой печали восстать.

Я от жизни смертельно устал,
Ничего от нее не приемлю,
Но люблю мою бедную землю
Оттого, что иной не видал.

Я качался в далеком саду
На простой деревянной качели,
И высокие темные ели
Вспоминаю в туманном бреду.

Скоро Новый год, но желание одно - перезимовать и дожить до весны. А там...

Джимми Смит по прозвищу «Потрясающий» («The Incredible» Jimmy Smith), родился  8 декабря 1925 (19251208) — американский джазовый органист. Внёс значительный вклад в развитие техники игры и импровизации на Хаммонд-органе и   популяризацию этого инструмента.

Джеймс Оскар Смит (James Oscar Smith) родился в Норристауне, округ Монтгомери, штат Пенсильвания,. На становление музыкального стиля повлияли госпел и блюз. Достиг известности в 1950-х годах.  В последующие годы Смит во многом повлиял на формирование стиля, известного как соул-джаз.

За свою более чем полувековую карьеру оставил большое наследие в звукозаписи. В 1966 году записал альбом-сюиту вариаций на темы из "Пети и волка" Прокофьева. Последней работой стал альбом "Legacy" . Умер в 2005 в возрасте 79 лет. Похоронен в Филадельфии, на кладбище Merion Memorial Park.

 Интересная ссылка, содежащая некоторые произведения органиста

Jimmy Smith & Oliver Nelson

Фото с сайта www.gastronom.ru

У меня подагра. Она меня особо не беспокоит.  Иногда возникает воспаление какого-либо сустава   пальца правой ноги. Весьма болезненное.

Врачи говорят: КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕЛЬЗЯ: 
Мед, кофе, шоколад
Виноград и все продукты из винограда (изюм, вина, коньяк и т.д)
Бульоны (мясные, куриные, рыбные)
Сырокопченые продукты
Субпродукты из внутренних органов (сердце, почки, печень и т.д.)
Бобовые (горошек, фасоль, баклажаны, орехи, семечки, соя)
Кремовые торты, пирожные
Молоко цельное
Щавель, салат, репка, редиска
Жареная рыба
Свинина и продукты из нее
Продукты, содержащие консервант (консервы, соки, воды)
Цветная капуста

Почти все. Что разрешено - слезы. Приехали! Хорошо, что в граниченном количестве - водка, и в неограниченном - картофель. Вот такая у меня гастрономия...

Но без кофе я на могуу

Умер.. Умерла... Не хочу! 

Нат Кинг Коул. Король!  С Больошой буквы. Осенние листья .... Я дрожу от восторга! НЕТ! В экстазе!! И плачу...

Слушая Винтона Марсалиса думаю об  эклектике жизни. Марсалис считает, что не только новомодные исполнители делают бессмысленную музыку, но и старые идейные музыканты потеряли свою веру в лучшее и ударились в коммерцию. Он прав. После его музыки хочется философтвовать и мечтать,