Шмель обратиться по имени
Пятница, 27 Июня 2003 г. 15:49 (ссылка)
СПАСИТЕ ХОМЯКА! Эта история произошла с моим хомяком Барсиком. Мне было тогда лет 15, и в Барсике я души не чаяла. Однажды Барсик начал чихать. Я ничтоже сумняшеся поставила диагноз: простуда. Простудился? - вылечим! Незадолго до этого я переболела гайморитом, и под впечатлением физпроцедур поликлиники, я решила провести атаку физпроцедурами на ни в чем неповинное животное. Происходило это так: чихающий Барсик зажимался в моей твердой ладони а сверху, с расстояния 5-10 сантиметров, прогревался синей лампой. Сеанс продолжался 20 минут по 2-3 подхода в день. По моей логике он перемерз, и чтобы помочь ослабевшему организму справится с инфекцией нужно было нагреть его до нужной температуры. Руки, между прочим, пекло, но ради Барсика я терпела. Каково же было ему! Прошло несколько дней обоюдных мучений, а чих не прекращался. "Ничего, - думала я, - терпение и труд все перетрут". Прошло пару недель. Я вернулась домой после школы и заметила, что Барсик бьется в судорогах, слабо дышит, а глаза его закрыты. Вместе с младшим братом девяти лет мы приняли решение срочно транспортировать хомяка в ветеринарную клинику. Клиника находилась примерно в 2-х километрах и быстрее всего было бы добраться туда пешком. Чтобы начинать спасение на ходу, мы организовали передвижную реанимацию. Прохожие изумленно наблюдали парочку: бегущую девочку с аквариумом в руках (Барсик жил в аквариуме), а рядом с ней - бегущего мальчика с огромной клизмой в руках. Клизма была засунута в рот хомячку, что позволяло осуществлять искусственное дыхание. Максим нажимал на клизму, легкие Барсика наполнялись воздухом, а ручки его от этого раздвигались. Нам казалось, что это он сам раздвигает ручки: значит оживает. Забегаем мы в поликлинику. 4 часа дня. Из медперсонала - только 20-летние практиканты. Пьют пиво и уже давно, по-видимому. Один парень делает усилие, снимая пивную улыбку с лица, отделяется от толпы: "Какие проблемы?". - "Спасите хомяка", - рыдаю я. "Так, так..." - многозначительно произносит он и кладет крохотный комочек на большой операционный стол. Я рассказываю предысторию. "Чем же я могу помочь?" "Ну сделайте хотя бы искусственное дыхание". С серьезнейшим видом он кладет Барсика на кусочек марли и начинает разводить и сводить ему лапки. В это время вся честная компания студентов почти умирает со смеху, но "терапевт", глядя на мое зареванное лицо, держит себя в руках. Через 5 минут студент теряет терпение и тоном эскулапа говорит, увы, мол, ничто не спасет хомяка. Барсик еще чуть подрагивает, но у меня нет сил смотреть на то, как он мучается. Там мы его и закапываем возле поликлиники, а потом приходим со сгущенкой и лимонадом на 9-й и 40-й день. Брат до сих пор говорит мне: ты похоронила живого хомяка. Не поверите, но через пару лет эту историю глазами того самого ветеринара рассказала мне моя новая соседка, его знакомая