Не сочтите за рекламу, но "Комсомолка" запустила новую серию альбомов "Великие архитекторы". Теперь скупаю.

Не знаю, сколько будет томов. Я писал аннотации к девяти. Ради пары тысяч знаков (с пробелами) за каждого, перелопатил гору литературы, и про каждого могу написать хоть том.

На сегодняшний день вышло 6 томов. Из них два - "мои". Про Кваренги и Леду.

Классик классицизма

Джакомо Кваренги (1744, Бергамо – 1817, Санкт-петербург)

Чем прекрасен классицизм?! Ну, симметрично-осевая коробка, украшенная на фасаде ионическими или коринфскими колоннами, антаблемент, треугольный портик. Первый курс – штаны на лямках. Так уже пять тысяч лет строят. Об этом надменно говорят архитекторы. Им можно. А народу нравится! Потому что классицизм – «это наше всё». В этом стиле у нас до конца 50-х ДК штамповали, дольше всех в мире. К тому же в большинстве случаев российские достопримечательности – это, если не храмы, то дворцы с колоннами. А Джакомо Кваренги – не просто классицист, он довел этот стиль до абсолюта.

Как Екатерина II распознала в итальянце гения – загадка. К 35 годам он на родине особыми шедеврами не отметился. И вдруг в 1780-м ему сделали предложение не хуже, чем Фабио Капелло в 2012-м: занять в Санкт-Петербурге кресло придворного архитектора. За 37 лет каторжных трудов в России («У меня так много-много работы, что я едва нахожу время есть и спать»), его постройки, возможно, и не вошли в «топ-10» красот Петербурга, но определили его общий стиль. Английский дворец в Петергофе, здания Эрмитажного театра и Академии наук, Александровский дворец в Царском селе, самое известное – Смольный институт благородных девиц. А сколько построено в Москве и других городах Империи! Не хочу перечислять – смотрите в альбоме. А лучше воочию – почти всё сохранилось. Но главное: его тонкое чувство гармонии, профессионализм и талант были так безупречны, что Джакомо Антонио Доменико оставался востребован при таких разных и сильно недолюбливавших друг друга правителях как Екатерина II, Павел I и Александр I.

В 1811 году Наполеон собирал армию для похода на Россию. Всем итальянцам велели вернуться домой. Кваренги отказался покинуть новую родину. Архитектора заочно приговорили к смертной казни с конфискацией. В результате ему поручили строить триумфальные ворота за Нарвской заставой в честь победы в Отечественной войне. Начал проектировать Храм в память 1812 года в Москве, но не успел завершить работу – скончался. Учеников потомственный российский дворянин не оставил.