Может быть? Хммм я не думала раньше об этом!!! НО,..... ПОЧЕМУ Я ДО СИХ ПОР ОДИНОКА???????????????????????????????????????????????????????????Что со мной не так а? Нет у меня конечно груда поклонников и всё такое... Но я не могу влюбится! Это не правильно!!!!!!!!

ХОЧУ ЧУДА В ЭТОТ НОВЫЙ ГОД!!!!!!! ЛЮБОВЬ,,,,,,ГДЕ ТЫ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Глава 11. Искушение Билла (продолжение)

***

"Ребята, напоследок, я бы хотела извиниться перед Биллом", – обратилась к классу фрау Лангникель в конце собрания. "Вчера я совершила глупую ошибку, сказав, что у тебя день рождения. Видимо, я невнимательно переписала в журнал дату, когда мне передавали информацию... и вместо "ноль-один" поставила "один-два"..."

"Да ладно", – перебил её Маркус. " Он не в обиде, мы вчера преподнесли ему замечательный подарок".

"Правда?" – улыбнулась учительница. "Ну что ж, Билл, значит, в этом году у тебя двойной праздник". Она снова окинула взглядом весь класс и спросила: "Надеюсь, никто не будет против, если мы поздравим Билла повторно в его настоящий день рождения, девятого января?"

Повисшую тишину разорвал хохот Яна и Маркуса. "Не, ну это надо же, быть таким лузером", – прогоготал Ян. "Ну я имел в виду, надо же быть таким счастливчиком", – пояснил он, заметив недоумевающие взгляды учительницы и одноклассников.

… Когда все стали выходить из класса, к Биллу, продолжавшему сидеть за партой, подошли Мартин и Адам.

"Вот е**нутая, да?" – задал риторический для Билла вопрос Мартин. "Зато не стерва", – ответил ему Адам.

"Если это шутка, то она затянулась", – вздохнул Билл. "Так чё ты не встал и не сказал, что тебе непонятен её юмор?" – презрительно хмыкнул Адам. "А ты, смельчак, так бы сделал, что ли? Ты ведь знаешь, Билл не из тех, кто говорит преподу, что тот неправ, на глазах у всего класса", – осадил его Мартин. "А вообще, знаешь что?" – повернулся он к Биллу. "Я, похоже, знаю, в чём тут дело. Она же русский с этого года преподаёт. Вот и "запреподавалась"… да и вроде как сама наполовину русская".

"И причём здесь это?" – одновременно спросили Билл и Адам.

"Притом, что у русских дата ставится по-другому: сначала день, потом месяц. Вот она на русский манер и поняла... так что, Билл", – похлопал он по плечу Билла, – "лучше тебе девятого января в школе не появляться".

***

"А твоя фанатка не придёт сегодня?" – спросил Георг, разматывая шарф. На улице было очень холодно и он пришёл, закутанный в него по самые глаза.

"Не знаю", – пожал плечами Билл. "Том, ты Сабрину видел сегодня?" – обратился он к брату. "Нет", – буркнул тот в ответ. На самом деле он её видел, но она прошла мимо, сделав вид, что не заметила его. Вчера он всё-таки остался при своём, не согласившись объявлять их сегодня на репетиции парой, и она грозилась больше к нему не подходить.

... Прошло около часа после начала репетиции, когда в гараж вошёл Гордон. "Привет, молодёжь!" – громко произнёс он. "Что же вы ребят даже чаем с дороги не напоили? На улице мороз страшный, а они в автобусе долго к нам ехали", – с укором посмотрел он на пасынков.

"Гордон, блин, не превращайся в Симону, тебе не идёт", – мысленно ответил ему Том. Он был зол после вчерашнего разноса, который отчим устроил ему в гостиной, и его бесило то, с какой лёгкостью Гордон примерил на себя роль домохозяйки.

"Тем более что и перед гостьей неудобно", – закончил своё обращение Гордон. Только теперь Том заметил, что за спиной отчима стояла Сабрина. Она сделала шаг вперёд и поздоровалась. "Да, пойдёмте, и правда, попьём чаю", – согласился Билл и с улыбкой подошёл к ней.

Георг толкнул Тома в бок: "Эй, друг, а когда ты уже заведёшь себе фанатку?"

Том не придумал ничего не матерного в ответ и решил промолчать.

***

"А я сегодня не с пустыми руками", – объявила Сабрина, усевшись за стол. "И что же ты принесла?" – улыбнулся Билл, ставя перед ней чашку ароматного чая. "Думаю, ты знаешь, какой сегодня день?" – многозначительно произнесла она. "Ещё бы, мы все тут в курсе, что сегодня 10 декабря, а Билл, судя по тому, что он пришёл сегодня на репетицию, вроде даже догадывается, что сегодня вторник", – съязвил Том. Но Сабрина даже не посмотрела в его сторону. Билл в раздумье закусил губу. "Сабрина, не томи", – сказал Густав. "Да! Что там за день такой сегодня?" – поддержал его Георг. "Годовщина того, как Билл бровь себе проколол, что ли?"

Все в изумлении повернули к нему головы. "Не... ну я это так типа пошутил... вы же не думаете, что я специально запоминал такую дату?" – заёрзал он на стуле.

"Конечно, нет, Георг", – ответила ему Сабрина. "И я вообще-то имела в виду, что сегодня Брайану Молко исполняется 30 лет". Она снова посмотрела на Билла и добавила: "И вот, я по такому случаю принесла тебе вот это". Она открыла сумку и достала из неё аудиодиск.

"Ой, какой же я дурак! Не смог догадаться!" – вскрикнул Билл. "И где ты только нашла этот сингл?!!" – он взял диск и стал разглядывать его со всех сторон. "Спасибо-спасибо-спасибо!!!" – он кинулся к ней с объятиями. Но через пару секунд отпрянул и испуганно спросил: "Он, наверное, очень дорого стоил?"

"Не важно, это ведь подарок", – улыбнулась Сабрина в ответ.

"Мне так неудобно", – замялся Билл. "Я-то ведь не знаю ни одной даты рождения твоих любимых исполнителей".

"Ну, я думаю, это не так уж трудно будет исправить", – засмеялась она.

"Том, прекрати пинать мой табурет", – попросил Тома Густав.

***

Том стоял на школьном крыльце в ожидании брата. Билл вышел из школы минут через десять в компании Сабрины. "Блин, чё ты так долго? Мы уже на автобус опаздываем", – сердито сказал ему Том.

"Том, извини... я не поеду домой... мы с Сабриной съездим в Магдебург на пару часиков, хорошо?" Увидев обеспокоенное лицо Тома, Билл добавил: "Не волнуйся, у меня есть деньги на проезд".

Том, конечно, волновался совсем не об этом, поэтому, не говоря ни слова, кивнул головой, спустился с крыльца и пошёл к остановке, не оборачиваясь.

Билл посмотрел на свою спутницу: "Обиделся, наверное..."

Сабрина ответила: "Может, не поедем тогда? У нас ещё куча времени до 22-го". Билл подумал немного, а затем решительно взял её за руку: "Ладно, пошли... я вернусь домой и всё улажу..."

***

"Я так рад, что мы познакомились", – говорил Билл Сабрине, в то время как они шли по парковой дорожке по направлению к автобусной остановке. "Ты, наверное, уже поняла, что у меня мало друзей. И мне совсем не к кому было обратиться за помощью в этой ситуации... спасибо, что не отказала".

"Да не за что! Я всегда рада тебе помочь... и я тоже очень рада, что мы с тобой дружим", – улыбнулась Сабрина.

"Мне кажется, что мы во многом похожи", – сказал Билл.

"Да? И в чём же?" – с нескрываемым интересом спросила Сабрина.

"Ну..." – Билл замялся. "У нас стрижки даже похожи", – внезапно рассмеялся он. "Кстати, я давно хотел спросить, почему ты решила коротко подстричься? Девчонки обычно не осмеливаются отрезать косы".

"Мало же ты знаешь о девчонках", – в шутку натянула ему на глаза шапку Сабрина. "Нет, я серьёзно спрашиваю ", – ответил Билл, несмотря на то, что сам уже смеялся. "Почему?"

"Ты когда-нибудь спорил на что-нибудь?" – ответила вопросом на вопрос Сабрина.

"Наверное… не помню... " – Билл не ожидал такого вопроса.

"Ну, раз не помнишь, значит, не было ничего серьёзного... а я вот поставила на кон свои волосы. И проиграла пари".

"Ой! Не может быть! О чём же был этот спор???" – Билл был абсолютно шокирован таким ответом. "Хотя, это не моё дело... но... ты была, наверное, такая красивая с длинными волосами... стоил ли предмет спора таких жертв? Нет, я не понимаю".

"Вот когда-нибудь сам окажешься в такой ситуации и поймёшь..." – улыбнулась Сабрина.

Билл смотрел на неё с восхищением, за тот месяц, что они общались, он много узнал о ней и не переставал удивляться, слушая истории из её жизни о том, с какой ловкостью она выпутывалась из переделок и никогда ничего и никого не боялась. Теперь эта новая деталь её жизни окончательно покорила Билла, и он признался себе, что более смелой девчонки он никогда в жизни не встречал. Он тихо сказал: "Нет, Сабрина, я неправильно выразился, сказав, что мы похожи... я хотел сказать, что я очень бы хотел походить на тебя..."

"Да ладно... похожи", – милостиво произнесла Сабрина и положила руку ему на плечо. "Ты тоже часто улыбаешься... как и я. Мне нравится, что ты всегда в жизнерадостный. Не то, что Том, человек настроения..." – вздохнула она.

Билл не ответил, не зная как в двух словах объяснить, что на самом деле у них с братом всё обстоит радикально противоположным способом.

Он услышал шум мотора и обернулся. К остановке подошёл автобус.

"Жаль, но мне пора ехать", – на лице Билла отразилась грусть.

"Завтра обязательно увидимся!" – подмигнула ему Сабрина. "И сегодня непременно проведи эксперимент... завтра расскажешь, получилось или нет".

"Обещаю!" – закивал головой Билл и, потоптавшись на месте, подошёл к ней ближе и обнял. "Спасибо тебе огромное", – сказал он Сабрине на ухо и осторожно поцеловал её в щёку.

Глава 11. Искушение Билла (продолжение)

***

Том не сразу открыл дверь спальни, после того как Билл дважды постучал в неё.

"Фу, как накурено!" – поморщился Билл, когда, наконец, его впустили внутрь. "Ты совсем офонарел? Они ещё даже спать не легли, а вдруг зайдут?"

"Да по х**", – безразлично ответил Том.

"Ага, особенно после вчерашнего разговора с Гордоном", – покачал головой Билл.

"Ты пришёл мне нотацию прочитать?" – огрызнулся Том.

"Нет... объяснить кое-что...", – Билл сел на кровать. "Ты так странно воспринял то, что я собрался с Сабриной на прогулку... даже не дал мне сказать зачем и почему, и ушёл... да нет, сбежал", – начал Билл.

"Я отвечу почему", – перебил его Том, – "во-первых, я тебя зря ждал, и чуть не опоздал на автобус, мне пришлось за ним бежать, кстати. Ты разве не мог раньше предупредить о своих планах? А во-вторых, в ваши с Сабриной дела я не собираюсь лезть ни в коем случае".

"Никаких у нас таких дел нет...", – нахмурился Билл, затем встал и подошёл к брату: "Просто она мне нравится..."

"Ну да, я вот так и понял", – ответил Том и со скороговоркой "я рад, что ты сегодня отлично провёл вечер" открыл дверь, приглашая Билла на выход.

***

Билл сидел за письменным столом и раздумывал над реакцией брата. Он недоумевал, почему Том так невежливо стал относиться к Сабрине, ведь Билл всегда уважал всех девчонок Тома, с которыми ему удавалось пообщаться, пусть это было не так уж и часто. Он не понимал, почему Том не платит ему той же монетой, и ему было ужасно обидно.

… Он вздохнул и выложил на стол из школьной сумки трофеи, добытые с помощью Сабрины сегодня в Магдебурге: подводку для глаз, тушь и лак для ногтей. Все они были чёрного цвета.

... Он подставил стул к зеркалу, сел на него и стал сосредоточенно подводить левый глаз... Когда с подводкой было покончено, Билл с гордостью взглянул на своё отражение: ему удалось провести чёткие стрелки, как и тогда на Хэллоуин, без особого труда. Он подумал, что, наверное, у него не зря стоит "единица" по рисованию и что не зря мать хвалит его эскизы за их точность и аккуратность.

... Раскрутив колпачок туши, Билл с опаской поднёс его к верхним ресницам. Рука не дрожала, но дрожали сами ресницы. Тогда он раскрыл глаза как можно шире и, приподняв пальцами левой руки верхнее веко, стал частыми мазками наносить тушь. Он перепачкал пальцы, но зато веко осталось чистым. Билл повторил такую же процедуру и с левым глазом.

"Фууу", – выдохнул он перед тем, как приступить к нижним ресницам. Теперь пришлось туже – упругая кожа щёк выскальзывала из-под пальцев и вскоре пальцы стали чистыми, а на щеках остались чёрные разводы. Сами ресницы были длинными и тонкими, и Билл не мог рассчитать силу нажима. Он выпачкал нижние веки, в результате чего глаза стали выглядеть заплаканными.

"Ладно, блин..." – ответил своему отражению Билл, – "у меня ещё есть время научиться".

Теперь предстояла самое трудное. Билл тщательно взболтал лак, открыл его и медленно провёл кисточкой по ногтю на левом мизинце. Он старался изо всех сил не запачкать сами пальцы и даже сопел от усердия, но если на левой руке всё получилось более-менее опрятно, то принявшись красить правую руку, он понял, что совсем выбился из сил. Он измазал себе не только ногти, но и сами пальцы...

... Он сидел и рассматривал то свои руки, то своё лицо. "Для первого раза вполне удачно", – решил про себя Билл и хотел было пойти умыться, как внезапная мысль заставила его подскочить на стуле. Он немедленно стал сковыривать лак с ногтей сначала ногтями, потом зубами, но получалось плохо. Вернее, совсем не поучалось. Через несколько секунд он вспомнил, что Сабрина посоветовала купить устойчивый лак и ругнулся на себя: "Идиот, блин!" Затем Билл встал и стал мерить шагами комнату, обращаясь в никуда: "Чё делать? Чё делать?" К матери в спальню идти было поздно, они с Гордоном наверняка уже спали и Билл боялся их разбудить. Но даже если бы Симона ещё бодрствовала, Биллу всё равно не хотелось обращаться к ней с такой просьбой.

Билл подумал ещё немного, затем тихо направился в кухню. Там он подошёл к телефону и набрал номер Сабрины. "Привет! Прости, что так поздно!" – сказал он в трубку негромко, боясь что кто-нибудь подслушает его разговор, – "мне снова нужна твоя помощь! Принеси, пожалуйста, завтра в школу жидкость для снятия лака... встретимся перед первым уроком у мужского туалета... спасибо... ты – лучшая... нет, правда... спасибо!!!"

Он повесил трубку и с облегчением вздохнул. В этот момент в кухню неожиданно вошёл Гордон. "Ты ещё не спишь?" – спросил он и застыл как вкопанный, заметив, что у пасынка густо накрашены глаза. "Ну... я уже собирался..." – ответил ему Билл, огибая стол с другой стороны. "Спокойной ночи", – пролепетал Гордон, провожая его взглядом.

… "Ты завтракать не пойдёшь, что ли?" – заглянул в спальню Том. "Я уже завтракал", – ответил Билл. "Я просто сегодня очень рано встал", – пояснил он.

"Быть этого не может", – не поверил ему Том, но оставил эту мысль при себе.

Он не стал лезть с расспросами и тогда, когда увидел, что Билл вышел в коридор обуваться, будучи уже в перчатках.

Он не последовал за Биллом тогда, когда тот перед началом занятий сломя голову понёсся на второй этаж.

***

"Я рада, что у тебя всё получилось! Но вот ногти красить тебе нужно с моей помощью", – засмеялась Сабрина. "Ты мне и в этом поможешь?" – удивился Билл. "На самом деле красить ногти – не так уж и сложно. Для меня", – снова залилась она смехом.

"Сабрина, ты такой хороший человек!" – сказал ей Билл со всей серьёзностью.

"Да ладно тебе... ты тщательнее стирай, смотри, ногти отмыл, зато все ладони перепачкал", – она взяла его за руку, – "давай, я сама... а то мы так на урок опоздаем".

Билл послушно растопырил пальцы.

"У тебя пальцы пианиста", – отметила Сабрина. "У меня, кстати, бабушка – пианистка, я тебе говорила об этом? Вот она бы со мной согласилась..."

"Ну да... я немного играю", – Билла поразила такая внимательность Сабрины.

"А я у вас не видела рояля дома... и на репетициях..." – настал черёд Сабрины удивляться.

– Ах, нет... не дома... меня бабушка учила играть... это у неё... а на клавишных я больше не играю потому, что у нас был плохой синтезатор и мы его выкинули... да и сама наша музыка изменилась немного.

"Надо же какое совпадение!" – воскликнула Сабрина. "Ну всё... готово".

Биллу очень не хотелось выпускать свои пальцы из её рук. "Спасибо тебе огромное... а то я бы в таком виде сегодня в школу не пошёл, если бы ты не согласилась мне помочь..." Билл хотел сказать что-нибудь ещё, чтобы потянуть время, но не мог придумать что.

"Да пусть звонит мне домой хоть три раза в день... по х** мне на её репетиции", – раздался голос Тома, который входил в туалет в компании одноклассника. Увидев Сабрину, держащуюся с Биллом за руки, он осёкся на полуслове.

"Привет!" – с невозмутимым видом сказала ему Сабрина.

"Что ты тут делаешь?" – опомнился Том. "Это же..."

Он чуть было не сказал "мой брат", но вовремя спохватился: "Это же мужской туалет!"

"Ой, будто ты сам никогда в девчачий не заглядывал", – фыркнула Сабрина и вышла.

"Том, ты приехал, чтобы прогулять урок? Сходи к Пфистер, а?" – обратился к нему Билл.

"Спасибо, я подумаю над этим", – ответил ему Том, глядя прямо в глаза. Билл вздохнул и вышел вслед за Сабриной.

"Ага… я тоже подумаю над этим", – рассмеялся его спутник, – "и правда, мы – что? Студенты театрального колледжа?"

Закуривая сигарету, Том подумал, что из них троих – Билла, Сабрины и него самого – актёры бы вышли хоть куда.

***

"Ну что, пошли?" – взял Тома под локоть Билл. Том обернулся и увидел, что рядом с Биллом стоит Сабрина. "Привет, я с вами", – сказала ему она.

"Зачем?" – невежливо спросил Том. "Репетиции же нет сегодня".

"Я её пригласил в гости, просто так", – ответил Билл и незаметно ущипнул его.

Том поморщился, но ничего не сказал.

Том сел в автобусе позади Билла и Сабрины и слушал, как брат рассказывает ей истории, которые ей пару недель назад точно так же, взахлёб, закатываясь смехом, рассказывал он сам. Истории эти были связаны с их ежедневными поездками на автобусе до Вольмирштедта и обратно. За эти годы у них скопилось приличное количество забавных историй, которые происходили в салоне автобуса с разными пассажирами да и с ними самими. Том усмехнулся, вспомнив моменты, когда они иногда опаздывали на автобус утром и Билл клялся впредь исправно посещать занятия по физкультуре, чтобы тренироваться в беге… Том вспомнил, как автобус зачастую ломался в середине пути и именно в самую ненастную погоду… вспомнил, как на протяжении первого месяца после того, как он сделал себе дреды, все пассажиры не сводили с него глаз, а Билл думал, что это он как-то выглядит не так и все пялятся именно на него…

Том смотрел в окно и улыбался своим воспоминаниям.

"Наша остановка уже, вставай!" – повернулся к нему Билл. И, заметив отсутствующий взгляд Тома, весело спросил: "О чём задумался?"

"О нас... о тебе..." – ответили ему глаза Тома. Губы Тома ответили: "О Рождестве".

Глава 10. В которой все лгут (продолжение)

***

Классная руководительница задерживалась.

… Том опустил голову на скрещенные перед собой на парте руки и мысленно погрузился в события прошедших дней.

В четверг ему так и не удалось поговорить с Мартином, того не было в школе. В пятницу Том подошёл к нему, но Мартин был непривычно хмурым и немногословным, он коротко ответил, что с Маркусом всё в порядке и что его выпишут в понедельник, и отправился в свой класс.

Адам до сих пор с ним не разговаривал.

Пятничный вечер, проведённый в компании Билла и Андреаса, напомнил Тому о том, что он имеет право расслабиться, поэтому он решил провести выходные в Магдебурге.

Всю субботу он просидел у Георга дома. Они играли в компьютерные игры и хохотали как ненормальные. Тома до слёз веселило то, что Георг, блуждая по тёмным коридорам заброшенной космической базы, смешно вытягивал шею, стараясь заглянуть за угол, что было нереально ввиду того, что изображение на мониторе было двухмерное. "Идиот, блин", – тихо говорил Том, давясь смешками, когда Георг в очередной раз пытался высмотреть какой монстр поджидает его за углом.

В воскресенье Том от Георга поехал на встречу с Сабриной. На улице было холодно и поэтому долго погулять не получилось. Они зашли в какой-то кафетерий, там, уверяла Сабрина, продавали самое вкусное фисташковое мороженое на свете.

Том не любил мороженое, особенно фисташковое, но не поддаться на уговоры красноречивой Сабрины было невозможно.

Она сидела рядом за столиком и, зачерпнув полную ложку мороженого, убеждала Тома в том, что он должен попробовать эту вкуснятину. Когда он, наконец, с вздохом сказал "да", она не дала ему ложку в руки, а решила сама его накормить.

Тому стало неловко, потому что в воскресный день кафе было забито подростками и взрослыми, которые привели туда своих малышей. Заниматься подобными нежностями на глазах у незнакомых людей, "и находясь в трезвом состоянии", – подметил внутренний голос, Тому ещё не приходилось. Кое-как преодолев смущение, он покорился Сабрине. Муки были вознаграждены: мороженое, и правда, оказалось на редкость вкусным...

… Билл сидел и стучал карандашом по поверхности парты.

Четверг, пятницу и субботу он провёл за учебниками, выполняя обещание, данное Гордону в среду.

В воскресенье днём он направился к матери в мастерскую.

"Привет, милый, ты что-то хотел?" – Симона оторвалась от выкройки.

"Нет… просто мне скучно... можно я тут посижу? Я не буду мешать", – попросил Билл.

"К Андреасу не хочешь в гости сходить? Том ещё видимо не скоро вернётся", – улыбнулась она.

"Андреаса нет дома, он с родителями в Магдебург уехал... да я его и так в пятницу на полдня отвлёк, ему еще, наверное, кучу уроков задали", – ответил Билл. "А почему Том не скоро вернётся? Он звонил?" – Билла насторожила такая новость.

"Нет, это я звонила час назад Георгу домой. Он ответил, что Том уехал в обед гулять с Сабриной... а потом испугался, что, наверное, секрет выдал и попросил не расспрашивать Тома об этом. Так что нам с тобой ради того, чтобы не подвести Георга, придётся соврать Тому, что мы ничего о его свидании не знаем", – рассмеялась Симона. "Кто такая эта Сабрина?"

"Моя поклонница", – смущённо улыбнулся Билл.

"А почему твои поклонницы гуляют с Томом?" – спросила с хитрой улыбкой Симона.

"Они просто друзья..." – ответил Билл и тут же усомнился в собственной правоте.

"Я на Рождество вампира в школьном спектакле буду играть", – решил он сменить тему разговора, – "давай я нарисую эскиз того, что хочу, а ты посмотришь и скажешь, как это лучше сшить, хорошо?"

– Конечно... Кстати, вот и занятие тебе нашлось, давай, рисуй, а я посмотрю, как закончу.

Не прошло и минуты, как Билл лежал на животе, на своей кровати. Перед ним лежали альбомные листы и фломастеры. Высунув от усердия кончик языка, он старательно рисовал свой будущий наряд.

… Фрау Пфистер стремительно вошла в класс. "Извините, меня директор задержал", – отрывисто объяснила она. Подойдя к доске, она мелом написала дату и тему урока: "11.11.2002. Война 1866 года. Распад Германского союза". Затем отошла от доски и, прищурившись, взглянула на неё. "Хм... какой день сегодня!", – обратилась она к классу. "Четыре единицы, два, ноль, ноль, два... Вы знаете, что нумерология придаёт таким датам особое значение? И вообще весь этот год насыщен такими датами... вот, допустим, 2 февраля 2002 года..."

"Разбудите меня, когда эта старая сука заткнётся", – раздался шёпот Яна.

… Том хоть и не желал засыпать под монотонный монолог учительницы на не касающуюся самого предмета и абсолютно глупую, по его мнению, тему о значении чисел, но и слушать его он тоже не мог.

Тому виной был Билл, сидящий впереди. Левая рука Билла лежала на парте, он стучал пальцами по её краю. Том сначала смотрел на это непрекращающееся движение, затем медленно стал скользить взглядом от тонкого запястья до локтя и обратно, затем к предплечью. Билл пришёл в школу в джемпере, но перед уроком истории снял его и остался в футболке с короткими рукавами. Взгляд Тома миновал ткань футболки и остановился на оголённой шее брата. Она была тонкая и высокая… беззащитная, как стебель цветка, который не стоило ни малейшего труда переломить… Том мысленно перенёсся на цветочную поляну у реки в Лойтше… захотелось, чтобы скорее наступило лето… "Определённо, вчерашняя прогулка с Сабриной настроила тебя на романтический лад", – хмыкнул внутренний голос.

"Билл, Том", – внезапно услышал своё имя Том. "Я хотела после урока это сообщить. Но раз уж затронула эту тему, скажу сейчас… Я сегодня задержалась у директора именно из-за вас. В последнее время вы становитесь центром конфликта практически каждый день... а твоя выходка на уроке искусства в прошлый понедельник..." – фрау Пфистер посмотрела ему прямо в глаза. "В-общем, директор приняла решение, и вы теперь будете учиться в разных классах".

"Неправда... Вы врёте!", – хотел было крикнуть Том, но язык прилип к горлу. Он снова посмотрел на руку брата: пальцы Билла сжимали край стола так сильно, что побелели костяшки.

Глава 10. В которой все лгут (продолжение)

***

"Том, да нас никто не послушает!" – Билл, спотыкаясь, бежал за братом, но Том крепко держал его за руку, не давая упасть, и неумолимо тащил за собой.

"Здравствуйте, фрау Эльштерманн у себя?" – спросил Том секретаршу, ворвавшись в кабинет.

"Да подожди ты", – вырвал свою руку Билл. "Ты разве не слушал фрау Пфистер на уроке?"

Том, конечно же, не слушал учительницу.

Он весь урок был занят тем, что смотрел, как обозначаются позвонки на шее Билла, каждый раз, когда он наклонял голову к учебнику, смотрел, как под тонкой тканью футболки двигаются его острые лопатки, как скользит по парте локоть его правой руки, когда он делал пометки в тетради... Том ни за что не хотел расставаться с возможностью тайно и безнаказанно разглядывать Билла пять дней в неделю.

"Конечно же, я слушал фрау Пфистер", – соврал Том.

"Слушал, да не слышал", – с укоризной ответил Билл. "Она сказала, что возможно классы будут расформировывать и заново компоновать... слишком уж большой разнобой между учениками, кто-то чересчур сильный, а кто-то не может осилить курс наравне со всеми... говорила, что Германии в целом требуется реформа образования..."

"А нас это каким боком касается, если нас не из-за успеваемости, а из-за плохого поведения решили разделить?" – Тому не терпелось войти к директору.

"Я к тому, что, быть может, нас бы в любом случае разделили... понимаешь, о чём я?" – спросил Билл, опасаясь, что своим намёком обижает брата.

"Ещё бы не понять", – Том и не собирался претендовать на звание самого главного ботаника их гимназии. "Вот когда они дойдут до сравнивания твоих и моих оценок, тогда пусть и переводят меня в другой класс, а пока..."

В это мгновение фрау Эльштерманн вышла из своего кабинета. Увидев близнецов, она нахмурилась.

"Здравствуйте, фрау Эльштерманн, мы к Вам", – обратился к ней Том. "Я думаю, Вы знаете, по какой причине..."

Она ничего не ответила и продолжала недобро смотреть на него. Тому не хотелось продолжать разговор здесь, в тесном кабинете секретаря, но, почувствовав, что приглашения в кабинет самой фрау Эльштерманн он не дождётся, Том собрался с мыслями и заговорил: "Мы бы хотели знать истинную причину, по которой меня переводят в другой класс. Тот инцидент на уроке фрау Куглер... это Ян спровоцировал меня. Что касается других случаев, я могу доказать, что вина моя заключается лишь в том, что я защищал своего брата... И к тому же, я знаю, что когда нас принимали в первый класс, наша мать настояла на том, что мы с Биллом будем учиться в одном классе. Вплоть до выпускного бала", – сделал акцент на последней фразе Том.

"Том, я не собираюсь требовать у тебя список имён тех, кто тебя постоянно…" – директор усмехнулась, – "провоцирует… Что касается пожеланий фрау Трюмпер... это было семь лет назад, вы были совсем другими и вели себя по-другому, так что если её теперь что-то не устраивает, я готова принять её у себя. Каждую среду с одиннадцати утра до часа дня. А теперь возвращайтесь в класс, перемена уже кончилась", – она взглянула на настенные часы. "И кстати... ты видимо не слушал, что вам говорила фрау Пфистер", – снова посмотрела она на Тома.

В этот раз Том решил вообще не отвечать.

"Потому что не ТЕБЯ переводят в другой класс, а вас обоих...", – закончила она.

"В смысле?" – спросили в унисон близнецы.

"Вы будете учиться в двух других классах", – нетерпеливо ответила она, снова бросив взгляд на часы.

"А я в каком?" – спросил потрясённый до глубины души Билл.

– В седьмом "б".

Тому будто с размаху влепили пощёчину, он рывком обернулся к брату. Билл был бледен как полотно...

***

"Думаю, ты не будешь спорить с тем, что мама должна об этом узнать?" – спросил Том Билла, когда они вышли в коридор.

Билл тяжело вздохнул. Ему ужасно не хотелось, чтобы мама разговаривала с директором. Он не хотел, чтобы она нечаянно узнала о тех вещах, которые происходили с ним в школе на протяжении всех этих лет и о которых он старательно умалчивал. Он не хотел признаваться ей в том, что всё это время отчаянно лгал, когда на вопрос "как дела в школе? " отвечал с улыбкой "всё хорошо".

Билл стоял перед неразрешимой дилеммой.

"Я знаю, о чём ты думаешь", – положил ему руку на плечо Том. "О том, что не сможешь себя защитить в одиночку... но ещё не всё потеряно, нас ведь никто не гонит завтра уже по классам расходиться. Так быстро дела у них не делаются, пока директор все нужные приказы подпишет, пока преподы передадут друг другу графики нашей успеваемости... А мама уже в среду придёт и… и всё будет по-прежнему ".

Билл не ответил, что думает он совсем о другом.

Глава 10. В которой все лгут (окончание)

***

"Значит, как договаривались, ты начинай, подготовь её, у тебя это лучше получается... а я уже конкретно по фактам объясню, что от неё требуется", – говорил Том Биллу, поднимаясь на крыльцо.

... В дверях они повстречали Гордона. Он только что закончил обуваться и, буркнув им "здорово, парни", вышел за дверь. Том с Биллом настороженно переглянулись и поспешили разуться.

Симона сидела на подоконнике в кухне и смотрела в окно.

"Мам, что случилось? Почему Гордон дома? Ну, то есть, почему он был дома и ушёл?" – подошёл и взял её за руку Билл.

Она не ответила. Том взобрался на подоконник и посмотрел ей в лицо. Без лишних вопросов Том понял, что произошло то, чего он опасался.

"И куда он направился? К друзьям?" – спросил её Том.

Она пожала плечами: "К тем, кто его понимает, как он сказал".

– И что теперь? Ты опять пойдёшь на работу?

Он сверху вниз смотрел на то, как Билл переводит взгляд от матери к нему и назад.

– Скорее всего, да. В среду в Магдебурге будет открытие одного ателье, съезжу, узнаю, требуются ли им швеи-закройщицы.

"Ясно", – кивнул головой Том. Он спрыгнул с подоконника и потянул Билла за собой.

"Б**дь, ну как же не вовремя", – сказал он ему, сидя уже на подоконнике в своей спальне.

"Да... ей теперь не до наших забот..." – грустно отозвался Билл. "Представь, если мы бы ещё ей рассказали, что наше поведение в школе посчитали настолько несносным, что пришлось разводить нас по разным классам... ой нет, не надо её ещё больше расстраивать".

Том на самом деле имел в виду лишь то, что ателье открывалось как назло в среду и Симоне не вовремя приспичило туда ехать, но решил не разуверять Билла в том, что в мыслях они солидарны друг с другом, и промолчал.

"Хочешь?" – спросил он, кивнув на пачку сигарет лежащую на подоконнике.

Билл пожал плечами. Том протянул ему свою только что начатую сигарету. Билл сделал две неуверенные затяжки и вернул ему сигарету. "Не, я лучше с Георгом и Густи сегодня отвлекусь..." – сморщил он нос.

Том не успел поднести сигарету к губам: "А... они сегодня должны приехать?"

"Ну да, мы на понедельник договаривались", – ответил Билл.

"Билл, я в таком настроении не могу репетировать вообще... давай позвоним им и всё отменим", – попросил он.

– Ты можешь оставаться дома, я им могу наврать, что у тебя голова болит...

"А ты сам собираешься репетировать что ли?" – удивился Том.

"Конечно, почему нет? Всё-таки у нас выступление через месяц... да и это же наша работа", – улыбнулся он.

Том сидел не двигаясь, поражённый таким деловитым ответом брата.

"Кстати", – продолжал тот. "Ты мне так и не дал номер Сабрины, я бы ей сегодня позвонил".

"А... да-да... ты как репетировать закончишь, зайди ко мне, я тебе его найду", – ответил Том. "Просто это она мне звонит всегда, я ей ещё ни разу не звонил, вот и не помню наизусть номер", – решил объяснить он.

... Когда Билл вышел из комнаты, Том, наконец, заметил, что сигарета сгорела уже наполовину, и поспешно сделал затяжку. Но тут же вспомнил, что сигарета полминуты назад побывала в губах у Билла, и закашлялся.

"Б*я, вот я придурок", – сказал он, отдышавшись. Затем покрутил сигарету в руках и, воровато поглядев на дверь, бережно поднёс её ко рту, закрыл глаза и медленно втянул дым в лёгкие.

***

"А тебе-то в наш класс на х*ра?" – Мартин искренне удивился.

"Что за неуважение?" – рассмеялся Маркус. "Я вот лично буду рад, если Ян перейдёт в наш класс".

"Да чё непонятного, с такой классухой, как Пфистер, я и до девятого класса не доучусь, меня исключат на х**.... а меня тут отец пообещал записать в секцию бокса за "пятёрку" по английскому... я всегда завидовал, что у вас фрау Лангникель баллы завышает да и к выходкам вашим терпимо относится... а тут хренакс такой шанс... как раз в тему с братьями Каулиц, может, и прокатит" – ответил Ян.

... Когда они вдвоём пошли к своему классу, Мартин взял Маркуса за плечо и заставил его посмотреть ему в глаза: "У меня только один вопрос: ты причастен к тому, что Билл теперь будет учиться с нами?"

Взгляд Маркуса похолодел, он снял его руку со своего плеча и ответил: "Это Том причастен к тому, что Билл будет учиться в нашем классе".

***

Через три дня Билла и Тома представили их новым классным руководителям, те, в свою очередь, представили их своим ученикам.

Том перекурил с парнями, пофлиртовал с девчонками, подрался с одним пижоном, умудрился единственный списать на контрольной по физике и поделиться шпаргалкой с соседним рядом, и уже через неделю вполне освоился в новом классе и за своей новой партой.

Билл приглянулся только фрау Лангникель. Она была ужасно рада заполучить к себе в класс практически "круглого" отличника.

Одноклассники же с ним намеренно не здоровались, а одноклассницы, глядя на него, постоянно хихикали.

Яна тоже перевели в этот класс, но он только и делал, что выдумывал причины одна язвительнее другой, рассказывая одноклассникам, почему с Билом никто и в бывшем классе не дружил.

Мартин и Адам не участвовали в насмешках над ним, но и в защитники к Биллу не записывались. Сам он стеснялся подойти к ним и завести разговор.

В начале последней недели ноября в седьмой "б" класс вошла Бетти и с порога спросила: "Какая парта у вас тут свободна?"

"Бетти, ты дверью не ошиблась?" – засмеялся Ян.

"Нет, весельчак, я теперь учусь с вами", – показала она ему язык.

Маркус громко сказал, оставаясь на своём месте за последней партой: "Поясни".

"Когда началась вся эта шумиха с расформированием классов, я понадеялась, что меня тоже переведут, но такого счастья удостоились только близнецы и Ян, и всё замяли, говорят до следующего года... я попросила родителей вмешаться", – объяснила она.

"А чем тебе наш класс плох?" – спросил Ян. "Ты же там ботаник номер один была", – он снова засмеялся.

– В том-то и дело... Пфистер этого никогда не ценила... да и зачем напрягаться на уроках у Пфистер, когда можно получать "единицы" за грамотно списанную шпаргалку у Лангникель?

"Ну, зато ты у нас была главная по спектаклям и вечеринкам", – пожал плечами Ян.

"А я ей и останусь, пусть только попробует меня "уволить", – улыбнулась она ему.

"Б*, вот таких сучек нам как раз не доставало", – толкнул в бок сидящего рядом Адама Маркус.

***

Понедельник начался с викторины между седьмыми классами "а", "б" и "в". Она длилась целых полтора часа, так что по её окончанию ученикам предоставили де перемены подряд.

Класс Билла выиграл, их молодая, не так давно начавшая карьеру классная руководительница радовалась любому, пусть даже самому малозначительному, успеху в глазах коллег, поэтому, когда она осталась наедине с классом, то, казалось, была готова расцеловать каждого из своих учеников.

"Дорогие мои, я очень горжусь вами! Вы замечательно подготовились к викторине, особенно Бетти", – она улыбнулась, посмотрев на Элизабет. "Я очень рада, что ты перешла в мой класс. В-общем, я хочу устроить вам небольшой подарок, у нас с вами по расписанию третий урок... вы можете провести его здесь… без меня" – заговорщически добавила она и класс зааплодировал.

– Ах да! Я совсем забыла сообщить вам ещё одну новость! Сегодня у нашего нового друга день рождения! Я думаю, вам надо его поздравить, так что я сейчас пойду в учительскую, класс – в вашем распоряжении, только как мы с вами обычно договариваемся, в коридор не выбегать!

Класс радостно зашумел, отовсюду послышалось: "Спасибо, фрау Лангникель, Вы – лучшая!".

Через пару секунд после того, как учительница вышла из классной комнаты, Билла ударили по плечу, он поднял глаза. Перед ним стоял Ян: "Ну что ж, прими поздравления! Сейчас мы за подарком сходим и отметим, как следует".

Билл обвёл взглядом класс, все смотрели на него. До Билла стало доходить, что учительница имела в виду именно его. "Но… это неправда, у меня день рождения не девятого декабря", – ответил он. "Ну да, конечно, мне-то не знать, мы же в одном классе шесть лет проучились!" – громко, чтобы все слышали, сказал Ян.

Билл нашёл глазами Бетти, та заметила его взгляд и быстро отвела глаза.

Ян и Маркус пошли к выходу, за ними последовали Мартин и Адам.

"Чё это за х**ня?" – спросил Мартин, когда они вышли в коридор. "Мы же с Томом всегда первого сентября бухали..."

"Ну, с Томом первого сентября, а с Биллом девятого декабря", – смеясь, ответил Маркус. "Или ты ставишь под сомнение слова преподавателя?" – наигранно грозно спросил он.

Мартин остановился в полном недоумении. Но Маркус и Ян и не думали его ждать. Адам заметил, что Мартин стоит на месте, и вернулся к нему.

"Адам, ты понимаешь, что тут происходит?" – спросил его Мартин.

– Если честно, нет... но, видимо, ничего хорошего... Мартин, понимаешь, это не твоя война, и не моя. Нам не стоит лезть в это дело. Том сам выбрал свой путь. Пусть теперь смотрит в лицо последствиям. А мы должны сохранять нейтралитет и говорить только то, что должны говорить.

Глава 11. Искушение Билла

Страдаю вдоволь

Где ты был, когда я лишился Божьей благодати?

Ледяное сердце, пустое пространство,

Что-то меняется, это что-то – в твоих глазах,

Пожалуйста, не говори ничего, ведь ты только солжёшь,

Я нашёл сокровище не там, где ожидал,

Даже малую долю разума нельзя купить,

И всё же я верю…

И я держусь,

Страдаю вдоволь,

Порой трудно,

Трудно сказать…

Ангел вёл меня, когда я был слеп,

Я сказал: "Отведи меня назад, я передумал".

Теперь я верю,

Из чернейшей комнаты был вырван я,

Он назвал моё имя, так родилась любовь,

Так что я верю…

И я держусь,

Страдаю вдоволь,

Порой трудно,

Трудно сказать…

(Depeche Mode "Suffer Well")

Билл в оцепенении слушал, как весь класс хором распевает немецкую версию американской песни "С днём рождения!" в его честь. Маркус на вытянутых руках гордо нёс к его парте сверкающий глянцем подарок. "Цум гебуртcтаг, либе* Билл", – ехидно улыбнулся он, приблизившись к нему и положив на парту три пачки печенья в блестящей упаковке.

"Маркус, к чему этот цирк? Ты прекрасно знаешь настоящую дату моего рождения", – тихо ответил Билл.

"Что? Тебе не нравится мой подарок?" – громко спросил Маркус. "Но мы так старались. Нет, ты нас обидишь, если не попробуешь это печенье!"

Билл поднялся со стула, но Ян схватил его за плечи и усадил на место: "Ты разве не слышал? Мы хотим, чтобы ты попробовал наш подарок".

"Зато я не хочу", – Билл снова попытался встать.

"Да погоди ты", – Ян снова вцепился ему в плечо. На этот раз Билл вырвался, но его тут же встретили руки Маркуса. Он схватил его в охапку и одним махом уложил на лопатки на парту. Эти грубые объятия вернули сознание Билла в спальню Маркуса и его будто парализовало.

Маркус тем временем в считанные секунды залез на него сверху, вытянул его руки вдоль туловища, зажал их своими коленями с обеих сторон и, сев ему на живот, стал распаковывать одну из пачек.

Билл покрутил по сторонам головой. В классе стояла гробовая тишина, все завороженно смотрели спектакль, разыгрывающийся перед их глазами.

"Открой ему рот", – приказал Яну Маркус. Ян схватил Билла за нижнюю челюсть и попытался потянуть её вниз, но Билл крепко стиснул зубы и стал мотать головой.

Маркус понял, что попытки Яна безуспешны, и зажатой в кулак рукой ударил Билла в солнечное сплетение. У Билла потемнело перед глазами, на несколько секунд стало невозможно дышать. Ян увидел, как Билл судорожно ловит воздух ртом, и перевёл взгляд на Маркуса: "Ты силу вообще рассчитываешь?"

"Ты чё, зассал?" – рассмеялся Маркус. "Смотри, он в порядке", – с этими словами Маркус схватил Билла, который действительно снова задышал, за подбородок. Другой рукой он взял печенье и стал засовывать его в открытый рот Билла.

"Давай, жуй хорошенько", – поучительным тоном сказал Маркус, двигая нижнюю челюсть Билла из стороны в сторону.

"Вот, умница, давай ещё одну, за маму", – Маркус затолкал в него ещё один кусок печенья. "Теперь за папу", – продолжил он. "Ну-ну, не дёргайся, а то сейчас опять в дыхалку получишь... или ты просто не хочешь за папу кушать?" – засмеялся он. "Понимаю... ну его на х**, козла, да?"

"Пусть за Тома теперь жрёт", – заржал Ян. "Точно!" – отозвался Маркус. "Давай за братика любимого, которому на тебя по х**", – Маркус и Ян хохотали теперь вдвоём.

Через несколько секунд Билл услышал, как хлопнула дверь класса. Он не видел, что это вышел Мартин.

* В оригинале в строке "С днём рождения, дорогой Билл" употребляется прилагательное liebe (Zum Geburtstag, liebe Bill), которое также может быть переведено как "любимый, возлюбленный" – прим. автора.

Глава 11. Искушение Билла (продолжение)

***

Мартин услышал, как открывается дверь, и заскочил в кабинку. Через мгновение он услышал, как кто-то надрывно кашляет, и, привстав на цыпочки, посмотрел поверх двери.

Над одной из раковин нагнулся Билл, его тошнило. Мартин вышел из кабинки и стал докуривать сигарету за его спиной.

... Билл выпрямился и вздрогнул, увидев в зеркале Мартина.

"Меня можешь не бояться", – успокоил его Мартин.

"Спасибо, что не принимал в этом участия", – вздохнул Билл.

"Не стоит благодарности. Я наоборот очень хотел принять в этом участие, но не один, а в компании с Томом", – зло ответил Мартин. "Но, похоже, Маркус как всегда оказался прав, твоему брату и правда по х**... его в классе не оказалось".

Билл никак не ожидал услышать такие слова от Мартина. Но слова эти вместо радости принесли страх.

"То есть ты его так и не нашёл, да?" – переспросил Билл.

"Угу", – промычал Мартин, глубоко затягиваясь сигаретой.

"Мартин, я очень тебя прошу... я тебя заклинаю, не говори Тому ничего... он не должен об этом знать", – Билл мысленно возблагодарил Бога за то, что затея Мартина потерпела неудачу.

"Это ещё почему? А как? А теперь что же? Ты сам себя защищать собрался? Не... Том мне не простит, если я ему не скажу... да нет, ты пошутил, наверное", – Мартин даже заикаться начал от удивления.

"Если ты не скажешь ему, то никто не скажет... я уверен. Наверняка Маркус предупредил всех… Так что не бойся... понимаешь, если Том узнает.. ах нет, ты не понимаешь", – снова вздохнул Билл.

"Понимаю. На экраны Германии выйдет фильм ужасов под названием "Хэллоуин в Лойтше – 2", – хмыкнул Мартин.

Билл в удивлении вскинул брови.

– Я в курсе, что Маркус напоил вас с Томом чем-то... что вынашивал какой-то хитро-мудро вые*анный план... ага, только если вы с Томом, в конечном счете, оказались живы и здоровы, то к Маркусу пришли какие-то бугаи и отп**дили его... по вине Тома, который сболтнул лишку в ту ночь... а слухи распространяются быстро, ты знаешь... и если Том опять примется за старое, не факт что Маркус живым останется... а мне, сам понимаешь, они оба дороги... с другой стороны, Маркус чё-то совсем разбушевался...

Мартин рассерженно давил окурок носком кроссовка. На самом деле он не понимал, кто прав, кто виноват, и как ему теперь общаться со своими лучшими друзьями... он понимал только то, что в итоге вышло так, что он отдалился и от Тома, и от Маркуса.

Билл с большим интересом выслушал эту версию произошедшего и ответил: "В любом случае, провокатором всего этого являюсь я, думаю, проще всего будет, если я переведусь в другой класс. В "г", допустим, у них даже с классом Тома уроки физры и географии совмещённые".

"Ха... вот так раз и готово, да? Б**, какой же ты наивный", – закатил глаза Мартин.

"А что не так?" – спросил удивлённо Билл.

– Ты чё, думаешь, ты волею случая загремел к нам в класс?

Билл пожал плечами.

– А я бы на твоём месте задался вопросом: не делом ли рук Маркуса это всё является?

"Ну, я, конечно, не спорю, что он много чего может... но не решает же он кому и где учиться", – улыбнулся Билл.

"Не забывай, что Маркус у нас не нищенствует и что он далеко не круглая сирота", – подмигнул ему Мартин.

У Билла от этой "новости" закружилась голова, он опёрся спиной на стену... "Мартин, поделишься сигаретой?" – с трудом попросил он.

"Ты куришь?" – поразился Мартин.

"На самом деле мы с Томом не такие уж и разные", – гордо сказал Билл, сам не зная, зачем.

"Всё понял, вопросов больше не имею", – заулыбался Мартин и протянул ему сигарету.

***

Том и Сабрина сидели на лестнице, ведущей в подвал, и целовались.

"Ах, Том, ну когда уже ты скажешь всем, что мы встречаемся?" – оторвалась от его губ Сабрина.

Том нахмурился, Сабрина завела разговор об отношениях в совсем не подходящее, по его мнению, время. "Фу, и эта такая же, как все предыдущие", – разочарованно прокомментировало второе "Я" Тома.

"Сабрина, давай не будем сейчас об этом", – с мольбой в голосе сказал Том и снова обнял её.

"Нет, или ты скажешь всем своим друзьям об этом сегодня же, или я с тобой больше не целуюсь", – отвернула она лицо.

"Хорошо, хочешь поговорить серьёзно? Давай поговорим", – отпустил её Том. "Я тебя очень попрошу не тискать меня на глазах у Билла. И уж тем более не лезть с поцелуями. Я не хочу, чтобы все знали, что мы встречаемся именно из-за того, что не хочу, чтобы он знал об этом".

"Почему? Что в этом такого? Он что, будет ревновать?" – усмехнулась Сабрина. "Давай и ему найдём кого-нибудь... а то он от тебя и правда ни на шаг не отходит..."

– Не, Сабрина, тут совсем в другом дело... да, мне надо было сказать тебе об этом раньше... понимаешь, когда ты впервые к нам приехала на репетицию... вот после того, как ты уехала домой, мы с Биллом говорили о тебе, вернее, он спрашивал о тебе, и я передал ему твои слова о том, что тебе нравится, как он поёт. Он решил, что ты его поклонница, я не стал его переубеждать... потому что я тогда и сам не знал, как к тебе отношусь.

"Да? А мне показалось, своё отношение ты ясно выразил, поцеловав меня в гараже", – хмыкнула Сабрина.

"Да ведь это же ты меня первая поцеловала!" – хотел вскрикнуть Том, но Сабрина добавила: "И что, ты до сих пор убеждаешь брата в том, что я прихожу к вам в гараж именно ради него?"

Том, конечно, ничем подобным не занимался, но теперь ему показалось, что Билл именно так и думает. "Х*ясе", – коротко ответил внутренний голос.

"Теперь мне понятно, почему именно Билл меня пригласил на Рождество на концерт, это с твоей подачи, да?" – продолжила строить догадки Сабрина.

"Да нет... ну… скажем так: я не возражал, когда он вызвался тебя пригласить..." – замялся Том.

Сабрина сощурила глаза: "Уж не хочешь ли ты подсунуть меня своему брату, чтобы самому переключиться на какую-нибудь многоопытную старшеклассницу?"

"С чего ты взяла, что мне нравятся "многоопытные старшеклассницы"?" – повторил за ней Том.

"С того, что я интересуюсь твоей жизнью и твоими увлечениями... не то, что ты, никогда ничего обо мне не спрашиваешь", – надула обиженно губки Сабрина. "Я с Мартином частенько о тебе говорю... он много интересного рассказал... и у меня такое ощущение складывается, что причиной тому, что вы с ним перестали общаться, стала именно вот такая старшеклассница..."

"Да почему же?" – вскинулся Том.

– Потому что вы оба мне ничего не желаете объяснять и увиливаете постоянно... конечно, тут что-то очень личное… я уверена, что дело в девушке...

"И имя этой девушки – Билл", – съязвил внутренний голос. Вслух Том сказал: "П**дец, Сабрина, накрутила себя ни с х*я... всё настроение испортила. И себе, и мне".

"Не матерись, Том, ты ведь знаешь, мне это неприятно..." – поморщилась Сабрина. "А не то я щас тоже в отместку буду материться".

"А ты что, умеешь???" – деланно напугался Том.

"Да, б**дь, ещё как!" – с вызовом ответила Сабрина, но в глазах её уже запрыгали озорные чертики.

"Я х*ею без баяна", – в притворном изумлении покачал головой Том, едва сдерживая улыбку.

"Ага… ты ни в х**не ставишь тот факт, что я – девушка, вот и я тоже на приличия клала с прибором", – Сабрина уже вовсю смеялась.

"С чьим прибором-то?" – захохотал Том. "Слушай, а ты точно девушка?" – спросил он, сжимая её в объятиях.

Она запрокинула голову, смеясь. "Блин, ты порой ведёшь себя как мальчишка", – улыбнулся Том и поцеловал её в шею.

"И тебе это обалденно нравится, да?" – Сабрина игриво закусила нижнюю губу.

Том страшно смутился и опустил глаза, ему показалось, что Сабрина намекает на ту ночь, когда он принял её за брата.

Сабрина прильнула к его уху губами и жарко прошептала: "А знаешь, что обожаю я? Когда ты вот так смущаешься… прямо как девочка".

***

"Как прошёл день? Всё в порядке?" – встретил их дома вот уже вторую неделю как безработный Гордон.

Билл молча кивнул головой, пряча от отчима взгляд. Обычно этот вопрос задавала Симона, но теперь её не бывало дома до вечера, а Гордону Билл врать боялся.

"А что случилось на третьем уроке?" – строго спросил Гордон. "Полчаса назад звонила твоя классная руководительница... и что интересно, её фамилия не Пфистер..."

Билл в ужасе поднял глаза на отчима, которому теперь, по-видимому, была известна вся правда. "Нет-нет, Боже, только не при Томе!!!" – чуть не закричал он.

О том, ЧТО врать насчёт того, что у него новая руководительница, Билл даже не стал думать.

Но Гордон смотрел не на Билла, а на Тома: "Фрау Бекер, я правильно услышал? Так вот эта фрау Бекер сказала, что ты уже не в первый раз прогуливаешь уроки... и потрудись объяснить, почему ты теперь учишься в седьмом "д"... я не стал позориться и спрашивать это у неё, выставляя себя нерадивым папашей".

У Билла отлегло от сердца. Но тут же снова кровь ударила в виски, так как Гордон продолжил: "И почему у тебя всё не как у Билла? У него и с учёбой, и в классе всегда всё в порядке... а ты... В-общем, марш в гостиную, я хочу выслушать твои объяснения".

Билл остался стоять в кухне один. "Знал бы ты, как ты ошибаешься, Гордон... и мама тоже... и все..." – тихо сказал он. Щекам вдруг стало горячо, он провёл ладонью по лицу и понял, что у него ручьём текут слёзы.

"Как же мне не везёт", – вздохнул он. "Ну почему я живу не так, как Том? Почему столько ещё не умею и не знаю? Что я делаю такого, что надо мной все приятели Тома потешаются? Да даже сам Том? Что я такого сделал, что вынудило Маркуса так со мной поступить?"

Билл не находил ответа и не знал, кому ещё эти вопросы можно было задать. Он ворочался в постели, горько вздыхая и утопая в жалости к самому себе.

Он не заметил, как заснул... поэтому удивился, когда вдруг яркий луч света, упал сквозь окно в комнату и перерезал её надвое. Билл с любопытством приподнялся на локте и увидел, что в небе горит одна-единственная звезда и свет её падает прямо на него. У Билла кольнуло в сердце, ему стало грустно-грустно... "Боже", – прошептал он, не сводя глаз со звезды. "Если это Ты смотришь на меня, прошу Тебя, сделай так, чтобы всё хорошо закончилось. Чтобы Маркус остался жив и здоров, чтобы он больше не лез в нашу жизнь... Боже, сделай так, чтобы у нас с Томом больше не было врагов, и мы как прежде были бы лучшими на свете друзьями..."

Свет стал ещё ярче, Билл зажмурился и услышал голос: "Иди за мной... и ничего не бойся".

"Да не иди ты за мной!" – оглушительно громко прозвучал голос Тома. Билл открыл глаза. Брат стоял в дверях его спальни и выталкивал цепляющегося за его штаны Скотти ногой за порог.

"Ты чё не слышал, как будильник звенел? Вставай, быстро!" – обратился он к Биллу, увидев, что тот проснулся.

***

Близнецы в компании Гордона шли к калитке. Скотти путался в ногах, провожая их. "Скотти, ко мне!" – позвала его Симона. "Скотти! Да что за непослушная собака такая!"

Тут в калитку громко постучали, и Скотти мгновенно выполнил команду хозяйки, бросившись от испуга на крыльцо.

Гордон открыл засов и попятился. Во двор по-хозяйски вошёл полицейский. "Здесь проживает семья Каулиц?" – спросил он.

"Здесь проживает семья Трюмпер", – сделав акцент на своей фамилии, ответил Гордон. "Что Вы хотели?"

Полицейский открыл папку с документами: "А, да, действительно... Вы – отчим Вильгельма и Томаса Каулиц?"

Гордон кивнул головой и покосился на братьев.

Том стоял ни жив, ни мёртв и не отрывал взгляда от утреннего гостя. Билл обернулся к матери и увидел, что она уже спешит к ним.

"Что случилось, лейтенант?" – спросила она, взглянув на его погоны.

– Я расследую дело о нападении на ученика 7 "б" класса гимназии города Вольмирштедт...

Когда Симона услышала, как он называет имя Маркуса, она инстинктивно прижала к себе Тома. Она всегда с опаской относилась к дружбе своего старшего сына с этим хулиганом и часто благодарила судьбу за то, что Том ещё ни разу не попадал в тёмную историю. Теперь же, по всей видимости, удача изменила ему... Симона побледнела.

Том после этих слов полицейского в свою очередь мгновенно вспомнил слова Билла о том, что если Маркус умрёт, то им надо будет бояться тюрьмы...

"Господи, прошу Тебя, пусть они все оставят меня в покое!" – взмолился про себя Том.

"Так, ты не волнуйся только", – заметил его жалостливое выражение лица полицейский. "Просто нам нужно будет задать тебе несколько вопросов, Вилли...".

"Это не Вилли, а Том", – поправила его Симона.

"Да? Что ж, извините... ну тогда ты поедешь с нами", – перевёл он взгляд на Билла. "А ты, Том, абсолютно свободен, у нас к тебе вопросов нет".

Том стоял как громом поражённый, он никак не ожидал, что его просьба будет исполнена в считанные секунды и таким вот способом.

Глава 10. В которой все лгут

Полиция правды

У тебя было, что скрывать,

Ты должен был это скрывать, не так ли?

А теперь ты не рад тому,

Через что тебе приходится проходить

Настало время платить по счетам,

Платить за то, что не прислушивался к советам,

И по молодости понадеялся

На полицию правды

Теперь всё может сильно измениться,

Когда-то всё было так цивилизованно,

Ты всегда будешь задаваться вопросом,

А что бы случилось, если бы только ты соврал?

Уже слишком поздно для того, чтобы исправлять произошедшее,

Настало время посмотреть в глаза последствиям,

Чтобы предоставить доказательства

В полицию правды

"Никогда больше", – клялся ты

Некоторое время назад,

"Никогда больше", – клялся ты

Некоторое время назад

Теперь ты стоишь там, проглотив язык,

Тебе стоит усвоить этот урок:

Скрывай то, что должен скрыть,

И скажи то, что должен сказать

Ты увидишь, что количество твоих проблем умножится,

Если ты не прекратишь

Преданно служить

Полиции правды

"Никогда больше", – клялся ты

Некоторое время назад,

"Никогда больше", – клялся ты

Некоторое время назад

(Depeche Mode "Policy of Truth")

"Так, Симона, быстро одевайся", – скомандовал Гордон. "Мы едем с вами", – кратко пояснил он полицейскому.

"Ну разве что только на личном транспорте", – хмыкнул тот в ответ.

Гордон без лишних слов отправился выгонять автомобиль на улицу.

Полицейский взял Билла за плечо и потянул за собой к машине. Том машинально пошёл за ним. "Нет, нет, хочешь тоже поехать, садись вон туда", – полицейский указал рукой на машину Гордона. Том направился к отчиму, но Гордон остановил его: "А ты куда?"

– С вами... с Биллом.

– Не хватало ещё и тебе туда ездить... бегом на остановку пока твой автобус не уехал...

– Нет, я поеду с вами!!!

"О чём спор? " – Симона быстрым шагом шла к машине, натягивая на себя куртку.

"Да выдумал с нами ехать… всё лишь бы в школу не ходить", – отозвался Гордон.

"Мам, мам, ну можно я поеду с вами, пожалуйста-пожалуйста", – запросил Том.

"Гордон прав, тебе нечего делать в полицейском участке... и я уверена, что и Биллу там делать нечего", – громко произнесла она, повернувшись к полицейскому, который не менее громко хлопнул дверцей, усадив Билла.

"Так что езжай в школу, скажи классной руководительнице, что Билл... как обычно простыл, она не удивится", – Симона помолчала и слабо улыбнулась. "Наверное, тоже вспомнила про "бдичку", – решил Том. "Если приедешь и нас ещё дома не будет, иди к бабушке... хотя нет, не ходи, а то она заподозрит неладное, ты ж у неё чаще, чем раз в месяц не появляешься..." – Симона снова улыбнулась. "Ты тогда с друзьями погуляй, ладно?"

Том решил не отвечать, что идти ему в таком случае не к кому, и сник…

… Он медленно шёл к автобусной остановке, провожая глазами две машины, которые увозили брата и мать в полицию. "По твоей вине", – безжалостно сказал ему внутренний голос.

***

"Но это же полный бред!" – не желал успокаиваться Гордон.

"Я Вам ещё раз повторяю", – сонным голосом ответил следователь. "Или Вы нам показываете бумаги подтверждающие, что Вы являетесь усыновителем или опекуном, или же остаётесь ждать в коридоре".

"Ладно, Гордон, оставайся здесь", – положила ему руку на плечо Симона.

... Когда следователь представил суть дела и задал первый вопрос, Симона не выдержала и вмешалась: "Мне, конечно, очень жаль этого мальчика, но я не понимаю, почему подозрение пало на моего сына. Они и друзьями-то никогда не были, да и вы говорите об избиении, причём серьёзном... мой сын на такое не способен! Маркус старше его на год... я видела его, он больше Билла в два раза... он мог за себя постоять... а тут по Вашим словам выходит, что он и пальцем не шевельнул, пока его били..."

"А никто и не говорит о драке, о применении грубой физической силы... вернее, она была применена, но, по всей видимости", – следователь взглянул на Билла, – "только после того, как жертва была отравлена. После половины бутылки коньяка, содержащего сильнодействующее снотворное, с человеком, а уж тем более с подростком, можно делать всё, что угодно... я удивляюсь, как у парня сердце не отказало. Когда врачи выяснили, что причиной тому, что он никак не приходит в себя, является не избиение, а отравление, пришлось делать, можно сказать, полное переливание крови".

Симона почувствовала, что у неё холодеют руки.

"К тому же, его видели во дворе у Маркуса. Он ездил к нему в гости. Есть свидетели", – невозмутимо продолжил следователь.

"Так вот я спрашиваю, где ты находился 2 ноября с 5 до 10 вечера", – перевёл он взгляд на Билла.

"Он был в это время дома! И ночевал он тоже дома!" – не дав Биллу ответить, солгала Симона.

"Я не к Вам обращался, фрау Каулиц. Или Вы – его адвокат?" – усмехнулся следователь.

"Нет, я – его мать!" – с вызовом ответила Симона.

"В таком случае, ответьте, Вы не мучаетесь бессонницей? " – с издёвкой спросил он. "И если ответ утвердительный, то в укромном ли месте прячете своё снотворное?"

***

Том еле высидел на занятиях и чуть ли не бегом направился на остановку, когда последний урок наконец-то подошёл к концу.

Том уже поднимался на ступеньку автобуса, когда к нему подлетела Сабрина: "Подожди!"

Том обернулся.

"Мне сейчас Мартин сказал... они сейчас в больницу звонили... Маркус очнулся!" – отрывисто говорила она. "Они уже туда поехали с Адамом, а меня попросили тебя найти и привезти туда, я-то дорогу знаю... слезай!"

Том покачал головой: "Нет... я не могу, мне домой надо... Билл простудился сильно, он дома совсем один, я должен с ним сидеть".

Двери автобуса закрылись перед носом Сабрины.

Том не помахал ей на прощание, он сразу прошёл вглубь салона и сел на заднее сиденье.

Он ехал и не знал, радоваться услышанной новости или нет.

***

"Я ушам своим поверить не могу!!! Вы с отцом с ума сошли!!!" – кричал Маркус.

"Дорогой, ты нас так напугал... ты три дня пролежал без сознания... я от тебя ни на шаг не отходила... понимаешь, преступников надо искать по горячим следам, а что если бы ты только через неделю очнулся?" – оправдывалась мать Маркуса.

"Да хоть через месяц!!! Ты же не знаешь ничего..." – со злостью выдохнул Маркус. "А теперь подняли всю школу на уши... надеюсь, Билла не в школе повязали?"

– Нет, к нему домой приехали... а что?

– А то! Как тебе объяснить... западло, что главный подозреваемый в этом деле – заморыш Каулиц!

– Сыночка, ну тише... никто ещё не знает об этом... просто на кого ещё можно было думать, когда Билл был последним, кто в нам в дом входил...

"Кто сказал?" – вскинулся Маркус.

"Мальчики из пятого класса. Они в тот день во дворе у нас были... так и не поняла я, правда, что конкретно они там делали... я уж и на них сначала подумала... но... не могли они тебя так..." – мать всхлипнула.

– И поверь мне, Билл тоже так не мог... короче, я тебя по-доброму прошу, забери заявление из полиции... я сам разберусь.

"Ты знаешь, кто это? Ты видел их лица?" – подошла она к нему и заглянула в глаза.

– Да, знаю. И если ты на самом деле хочешь наказать этих людей, окажи мне одну услугу...

Она села на кровать рядом с Маркусом и обняла его: "Если только ты считаешь, что после этого не станет ещё хуже..."

Маркус вырвался из её объятий и строго посмотрел на мать: "Я в этом уверен".

Глава 10. В которой все лгут (продолжение)

***

Том несказанно обрадовался, когда дверная ручка до упора ушла вниз и входная дверь без шума распахнулась. "Ура, значит, они уже дома!" – возликовал он.

Он в две секунды выпрыгнул из кроссовок и вихрем промчался по коридору, заглядывая за каждую дверь.

Том нашёл Симону и Билла в гостиной. Они сидели на диване, Билл положил ей голову на грудь, а она одной рукой обнимала его за плечи, а другой гладила его по кудряшкам на голове.

Том застыл перед такой идиллической картиной. Ему одновременно захотелось оказаться и на месте брата, и на месте матери. Но здравый рассудок подсказал ему, что мать вряд ли будет с такой нежностью проводить рукой по жёстким дредам, а уж о реакции Билла на то, что Том ласково запустит пятерню в его шевелюру, он и думать не хотел.

"Привет. А мы тебя тут сидим, ждём", – улыбнулась ему Симона.

"А Гордон... он всё ещё там?" – Том не хотел произносить слово "полиция" при брате.

"Нет, он нас с Биллом завёз домой, а сам на работу поехал... " – Симона решила не говорить мысль, возникшую следом. "Чувствую, долго он на этой должности с такими отлучками не удержится".

Она и не подозревала, что у старшего сына в мыслях то же самое.

"Ладно, посидите пока, а я пойду, пообедать тебе накрою", – поднялась с дивана Симона.

Том плюхнулся на её место. "Ну, рассказывай, что там было? О чём тебя спрашивали?" – понизив голос почти до шёпота, спросил он Билла. "Я в школе чуть не чокнулся сегодня, в голову уже такое стало лезть... фу, лучше тебе и не знать..."

Билл ответил тоже негромким голосом: "Так получилось, что мама за меня почти на все вопросы отвечала... сначала Гордон хотел пойти, но его не пустили, так как он мне не родной отец… он им наврал, что усыновил нас с тобой… но ему не поверили на слово".

"Тебе было страшно?" – сам не зная, зачем, спросил Том.

– Сначала да, а потом... когда меня туда в машине везли, я вспомнил твои слова, что нам алиби не нужно, так как улик против нас нет. И я успокоился... и не придумал ничего, что врать буду. А вообще, если честно, я хотел поначалу всю правду рассказать. Только не говорить, что ты за меня вступился... а сказать, что это я сам додумался. Но мама настояла, чтобы допрос вели в её присутствии, так как мне ещё четырнадцати нет… Я при ней не смог...

Билл потупился.

Том не сдержался и положил правую руку на кисти брата, которые он держал ладошка к ладошке на коленях. "Не надо, Том!" – вскрикнул Билл.

Том отпрянул. "Говорил я тебе, не трогай ты его. Он теперь каждого прикосновения боится", – напомнил внутренний голос.

Но Билл опроверг это замечание. Он виновато улыбнулся и сказал: "У меня отпечатки пальцев взяли, я теперь руки никак отмыть не могу. Не хочу, чтобы и ты запачкался".

Он раскрыл ладони и Том увидел, что кончики пальцев брата были сиреневого цвета.

***

За ужином Симона подробно рассказывала Гордону о том, что происходило на допросе сегодня утром. Том был весь во внимании, боясь пропустить хоть одну деталь.

Билл вообще не поднимал глаз от тарелки и, казалось, не дышал.

Монолог Симоны прервал телефонный звонок, она взяла трубку: "Да, это я... Да. Совершенно верно... Бог мой... конечно, я всё понимаю. Вы просто выполняли свою работу... Да... Благодарю вас. Всего доброго".

Она повесила трубку и медленно опустилась на табурет. Три пары глаз уставились на неё, требуя ответа.

"Сейчас звонил следователь. Мать Маркуса после обеда забрала заявление из полиции. К нашей семье больше нет вопросов", – она с облегчением вздохнула.

"Лучшей новости и не придумать", – тоже вздохнул Гордон. "А то я уже стал себе представлять, во что это выльется, когда весь Лойтше заговорит об этом... и так у соседей не самое хорошее мнение о нас. А тут прославились бы не только на весь наш посёлок, но и в Вольмирштедте бы проходу не было".

Том скривил губы после такого комментария. Все эти дни о мнении окружающих он думал меньше всего.

"Кстати, я бы очень хотел, чтобы так оно и оставалось. Пусть это будет нашей семейной тайной. Я имею в виду, тайной этого дома", – продолжил отчим.

"Да, безусловно..." – ответила Симона. "Мальчики, не говорите об этом бабушке с дедушкой, хорошо? Не стоит их волновать. Всё обошлось как нельзя лучше, одним днём... Давайте вообще забудем об этом дне, будто его и не было".

Она помолчала и добавила: "Я ведь могу на вас полагаться? Вы ведь умеете хранить тайны?"

Том и Билл переглянулись. Уж что-что, а хранить семейные тайны они умели. Большинство этих секретов были связаны с тем временем, когда они ещё жили с отцом, когда бежали из Лейпцига в дом к родителям матери, когда они были единственными её собеседниками в минуты отчаяния. Об этих скелетах в шкафу не знал даже Гордон.

"Ну тогда раз уж врать, то до конца", – ответил Том. "Я сказал всем в школе, что Билл заболел. Пусть он дома посидит до следующего понедельника, а то не поверит никто, что он так быстро выздоровел… да и пальцы у него все в краске, если заметят, что делать?"

"Смышлёный растёт", – улыбнулся Гордон Симоне, кивая на Тома. "Да, так будет лучше. Два дня ничего не сыграют, да, Билл? Ты ведь быстро нагонишь пропущенное?"

Билл утвердительно покачал головой.

"Что ты выдумал опять?" – остановил Билл брата в коридоре. "Почему мне в школу не надо на этой наделе ходить?"

"Заявление не просто так забрали. Я уверен, это Маркус настоял", – ответил ему Том. "Он пришёл в себя сегодня в полдень", – пояснил Том. "Мне Сабрина сообщила, когда я уже в автобус до Лойтше садился... я прощупаю почву, с Мартином поговорю... тебе лучше в школе сейчас не светиться... вот тебе и алиби на всякий случай: болел, лежал дома".

Билл задумчиво поджал губы, а Том с удивлением про себя отметил: "Ну надо же... Из всех, кого я знаю, только Сабрина сегодня не солгала".

***

Том подошёл к спальне Билла, оттуда доносился громкий хохот. Том тихо приоткрыл дверь и заглянул внутрь. На кровати сидел, покатываясь со смеху, Билл, а из-под кровати торчали чьи-то ноги.

"Да не по правилам это, ты мне наврал", – Том по голосу узнал в этом парне Андреаса.

Билл залился смехом пуще прежнего. "Ой, привет, Том, заходи!" – заметил он через секунду брата.

"Да я это… попозже, наверное, приду", – замялся Том.

"Привет! Рад тебя видеть!" – Андреас уже вылез из-под кровати и, улыбаясь, смотрел на Тома. "Как дела? Мы тут в карты играем, хочешь с нами?" – спросил он.

Том рассмеялся: "Чё-то я такие "карты" впервые в жизни вижу".

Билл тоже ответил ему смехом: "Да это такая особенная... тупая, но очень смешная игра... присоединяйся!"

***

"Спасибо тебе большое", – сказал Том Биллу, когда Андреас вышел за калитку.

"За что?" – удивился Билл.

"За хорошее настроение, за то, что пригласил меня поиграть с вами... я, если честно, уже забыл, когда так веселился", – признался Том.

– Ну за хорошим настроением, это всегда к Энди... я его сегодня и позвал для того, чтобы отвлечься... ты в школе весь день, а я один на один с тяжёлыми мыслями... так и с ума сойти недолго... хорошо хоть через два дня уже понедельник.

– В понедельник Маркуса из больницы выписывают…

Билл поёжился, то ли от порыва холодного ветра, то ли от ответа Тома. "Пошли в дом", – сказал он, направившись к крыльцу.

Глава 9. В которой Тома никак не оставят в покое

В ожидании ночи

Я жду наступления ночи,

Я знаю, она всем нам дарует спасение.

Когда всё погружается в темноту,

Реальность становится не такой жестокой.

Я жду наступления ночи,

Когда всё можно выдержать,

И там, в тишине,

Единственное, что ты чувствуешь,

Это спокойствие...

В небе сияет звезда,

Указывающая своим светом мне дорогу,

И в лунном мраке

Я знаю, что скоро меня ждёт избавление от мук

Я жду наступления ночи,

Я знаю, она всем нам дарует спасение.

Когда всё погружается в темноту,

Реальность становится не такой жестокой.

Я жду наступления ночи,

Когда всё можно выдержать,

И там, в тишине,

Единственное, что ты чувствуешь,

Это спокойствие...

Тишину разорвал звук,

Кто-то идёт сюда, чтобы причинить боль,

Я зажимаю уши ладонями,

Так мне легче забыть свой страх

И когда я зажмурился,

Мир предстал предо мной мне в розовом свете

И ангелы спустились на землю.

К моему удивлению,

Когда смотришь на вещи из-под прикрытых век,

Они кажутся лучше, чем когда ты смотришь на них

Широко раскрытыми глазами

Я жду наступления ночи,

Я знаю, она всем нам дарует спасение.

Когда всё погружается в темноту,

Реальность становится не такой жестокой.

Я жду наступления ночи,

Когда всё можно выдержать,

И там, в тишине,

Единственное, что ты чувствуешь,

Это спокойствие...

(Depeche Mode "Waiting For the Night")

Том стоял в школьном коридоре напротив кабинета физики. Билл только что вошёл туда и раскладывал тетрадки и ручки на парте. Сегодня утром Том взял с него обещание, что Билл никуда от него отлучаться в школе не будет до тех пор, пока конфликт с Маркусом не будет окончательно улажен. "Если такое вообще возможно", – третий день такой мыслью завершались все размышления Тома на эту тему.

Том ждал Сабрину. Вчера ему пришлось призвать всю свою фантазию на помощь, чтобы избежать встречи с этой девчонкой, чья находчивость не уступала его находчивости: она не желала слушать ни одного довода "против", называя в два раза больше доводов "за".

Наконец убедив её в том, что встреча должна состояться в школе, а не у них в гараже, и положив телефонную трубку, он с удивлением отметил, что такого в его жизни ещё не случалось. Ещё ни одна девушка так настойчиво не жаждала с ним встречи, и он впервые в своей жизни с таким завидным упорством говорил своей поклоннице "нет".

"Да вообще, что это за Сабрина такая?" – спрашивал себя Том. Вчера она сказала, что они уже раньше встречались, но не хотела признаваться, где и когда. "Уж имя шикарной девчонки я бы запомнил обязательно. А эта… Наверное, просто попросила, а то и стырила мой номер телефона у какой-нибудь смазливой одноклассницы, с которой я когда-то пересекался... а сама, небось, закомплексованная, но болтливая заучка..." – после такой пессимистичной мысли Том увидел, как брат открывает учебник и начинает повторять пройденный урок. Он хмыкнул, это описание вполне подходило и Биллу.

"Привет", – прозвучал справа голос Сабрины. Том узнал его мгновенно, обычно их старый телефон искажал голоса, но её звонкий голос звучал "вживую" совершенно так же.

Том обернулся на этот голос и остолбенел. Меньше всего на свете он хотел этой встречи.

"Ну что, узнал?" – улыбаясь, спросила она. "А то я после вчерашнего разговора стала всерьёз подумывать о том, что ты, наверное, в ту ночь просто залунатил и вообще не соображал, что делаешь".

"Вот придурок, надо было прям щас это и сказать ей!" – Тому понравилось её стёбное предположение.

"Как ты узнала мой номер телефона?" – Том смотрел на неё исподлобья.

– К Мартину в субботу подошла в школе. Спросила где ты, он сказал, что ты не появлялся. Ну и дал твой номер... он меня сразу вспомнил, я первая вызвалась охранять твой сон...

Том оборвал её кокетливый намёк: "А лет тебе сколько? Ты из какого класса?"

– 12. Я – новенькая, в прошлом месяце в эту школу перешла. Тебя сразу заметила (она снова улыбнулась), поэтому сразу согласилась, когда Маркус меня пригласил на Хэллоуин к себе домой.

Том поразился её бойкости, обычно одноклассницы выражали свою заинтересованность в виде мятых записочек с сердечками, что уж говорить о тех, кто был на год младше.

– Ты сегодня опять занят вечером? Репетируешь? Ты меня прямо заинтриговал вчера своими репетициями... у вас всё на профессиональном уровне, да?

Том не хотел ей ничего о себе рассказывать.

"Сабрина, я был очень рад снова с тобой увидеться, но извини, сейчас уже урок начнётся... поговорим позже, хорошо?" – Том выдавил из себя улыбку.

"А какой урок? А то может, прогуляем?" – игриво спросила она.

"Физика. И поверь, я её просто обожаю", – заверил её Том.

…Он с облегчением вздохнул, когда, наконец, сел за парту позади Билла. Он и подумать не мог, что когда-нибудь столь ненавистный кабинет будет ему казаться райским уголком...

***

Близнецы сидели в школьном дворе на скамейке, было время второго завтрака и они решили подышать воздухом вместо того, чтобы идти в школьную столовую. Тому с самого утра есть не хотелось, ночь он провёл в тревожных раздумьях о завтрашнем дне, а утром под чутким присмотром матери кое-как впихнул в себя завтрак, не переставая мучаться невесёлыми мыслями.

Билл достал из сумки большую зелёную грушу и стал ей громко хрумкать.

"Опять Гордон сэкономил и купил незрелые груши, да?" – усмехнулся Том. Билл пожал плечами и протянул обкусанный фрукт Тому: "Хочешь? У меня она только одна…"

"Я курить хочу", – хотел было ответить Том, но заметил, что к ним со всех ног несётся Адам.

"А я тебя везде ищу! Мы уж с Мартином подумали, что ты опять на школу забил... хотели уже в деревню к тебе ехать", – сказал он, встав напротив них.

Тома покоробили его последние слова, он фыркнул: "Беспокоишься о моей успеваемости что ли? Я на физике был..."

Адам пропустил ироничное замечание мимо ушей: "Том, ты знаешь, что случилось? Ну конечно не знаешь… сидел бы ты здесь... Маркус в больнице, без сознания... его сильно избили и ему нужно переливание крови… срочно. Какая у тебя группа крови? Наша с Мартином не подошла... мы тут теперь носимся, доноров ищем".

Билл похолодел внутри. Он не успел увидеть, как далеко зашёл в ту ночь Том, и теперь воображение рисовало ему ужасающие картины.

"Какое переливание? Почему? Неужели так всё серьёзно?" – вряд ли бы Тому удалось талантливее изобразить то, что он шокирован состоянием Маркуса, если бы не вот эта новость о переливании крови. Том совершенно искренне был поражён: он, конечно, не жалел ударов в ту ночь, но Маркус достаточно быстро пришёл в себя, вырубить его помог только коньяк.

– Да я не разбирался там особо в деталях... когда он в школу в субботу не пришёл, мы не удивились, конечно, он же и в пятницу весь день один бухал... но пришли сегодня, а мопед как стоял, так и стоит, а его нет... а потом приехали его родители и к директору сразу... и мы потом их подождали и расспросили обо всём.... б**, Том, я в таком а**е... я думал, что такого никогда не произойдёт... это кто-то не местный, наверное, был... не знал, на кого напал...

"А может это воры к ним залезли? Семья Маркуса же богатая…Какие-нибудь здоровые бандюги под два метра, а он им там пьяный попался, вот они и убрали свидетеля?" – робко отозвался Билл.

"По ходу мне уже пора привыкать, что теперь не я защищаю Билла, а он меня", – пронеслось в голове у Тома и его губы искривились в саркастической усмешке.

"Может и так", – ответил Адам. "Мы обязательно найдём этого ублюдка... но сейчас главное – донора найти, так какая у тебя группа крови, Том?"

"Без понятия", – без тени в голосе соврал Том.

"Б**... а у тебя?" – повернулся Адам к Биллу.

"Да такая же, как и у меня... не тупи, Адам", – успел раньше Билла ответить Том. Он узнал, какая у него группа крови именно благодаря тому, что Биллу три года назад делали анализ крови, чтобы поставить диагноз "аллергия".

– Ну ладно... не проблема выяснить, всё равно сегодня все в больницу к Маркусу поедем, там у тебя анализ возьмут и скажут...

Том вздрогнул, решение Адама и Мартина навестить друга было логичным, но Том к нему был не готов и теперь промямлил: "Эээ... Адам, я не могу сегодня... да и завтра тоже. У нас тут выступление скоро намечается, понимаешь, я же не один в группе и не всё от меня зависит… нам надо репетировать срочно..."

"А я думаю, Маркусу сейчас не до посетителей", – коротко и ясно выразился Билл.

Адам не удостоил Билла и взгляда и подошёл к Тому ближе: "Я не ослышался? Репетиции? Какие на х** могут быть репетиции сейчас? Какие концерты? Он же наш друг! Или может это не только него касается? А если бы Мартина так отделали или меня? Ты бы тоже так ответил? "У меня концерт скоро?" Б**... да твоя группа..."

"Что моя группа?" – поднялся со скамейки Том.

"Да говно – вот что", – резко ответил Адам и, увидев исказившееся от злости лицо Тома, добавил: "Не ожидал я от тебя такого... и думаю, Маркус тоже".

Глава 9. В которой Тома никак не оставят в покое (продолжение)

***

"Ну а напоследок, самое главное", – обратилась к классу фрау Куглер. "Вы определились со сценарием на Рождество? Фрау Пфистер сегодня сообщила мне, что праздничный вечер мы проведём двадцать второго числа. Дирекция школы решила, что он должен быть в воскресенье".

"Господи", – простонал Том.

"Что такое, Том?" – живо отозвалась учительница.

"Да нет, ничего", – отвёл он глаза. "Б**дь, вы все с ума посходили, что ли? Сегодня ещё только 4 ноября!!!" – возопил он про себя.

"Роли вы уже разобрали? Или сейчас решим?" – спросила фрау Куглер.

"Главные уже разобрали, а вот всякие эпизодические ещё нет", – ответила Бетти.

– Ну и что, как будем делить? Кто кем хочет быть?

Она остановила свой взгляд на Билле, который сидел на первой парте. "Можно я буду вампиром?" – спросил он.

"Билл, да ведь ты же нам говорил, что хочешь играть русалку?!" – выкрикнули с задней парты. Билл обернулся на голос и увидел, что ему подмигивает Ян.

Учительница заулыбалась: "Это ещё почему?"

Ян ответил: "Ну… потому, что он же у нас певец, а все русалки своим пением моряков завлекали... к тому же, говорят, ему на днях пришлось исполнять женскую роль и ему понравилось".

Весь класс стал смеяться.

"Ян, ты за базар давно не отвечал, да?" – недобро посмотрел на одноклассника Том.

"Хочешь сказать, Биллу не понравилось?" – не прекращая смеяться, спросил Ян. "Билл, ну мы же с тобой знаем правду?" – перевёл он взгляд на Билла.

Том вскочил с места: "Мразь, ну-ка иди сюда!"

Но у фрау Куглер была на редкость быстрая реакция, она отрезала путь Тому, встав между рядами.

– Том, успокойся и вернись на место. Классная комната – не место для разборок.

"В таком случае я хочу, чтобы этот урод поднял свою задницу и вышел со мной в коридор", – ответил ей, кипя бешенством, Том.

– Том, не забывай, с кем разговариваешь, а то в коридоре ты окажешься один и немедленно.

"Да не вопрос", – огрызнулся Том и вышел из класса, демонстративно хлопнув дверью.

"Можно и мне выйти?" – спросил Билл.

"А тебе-то зачем?" – начинала раздражаться фрау Куглер.

"Да-да, пусть выйдет, объяснит брату, что я правду сказал", – не унимался Ян.

"Всё, Ян, хватит!" – грозно посмотрела на него учительница. "Иди, Билл", – со вздохом ответила она Биллу. "А, погоди секунду", – она взяла список учеников и ручку, – "тогда я напишу, что ты у нас вампиром будешь. К Бетти потом подойдёшь, она тебе твой текст даст. Мы на следующем уроке репетировать уже начнём".

Билл молча кивнул и вышел за дверь.

***

Том с наслаждением затянулся сигаретным дымом, но через секунду закашлялся, когда дверь в туалет распахнулась и вошёл Билл.

"Фу, блин, напугал меня..." – сказал Том, отдышавшись. "Я уж подумал, училка за мной пришла".

"Извини... я просто решил тоже уйти... вышел и увидел, как ты в туалет заходишь", – Билл во все глаза смотрел, как Том снова затягивается. "Можно я тоже попробую?" – спросил он.

Том чуть не закашлялся во второй раз. "Б**, мне сегодня и покурить нормально никто не даст", – окончательно расстроился в душе Том и спросил: "Да на фиг тебе?"

– А тебе на фиг?

– Ну... нервы успокоить...

– Ну вот и мне тоже.

Парировать было нечем, Том достал сигарету из пачки и протянул Биллу. Затем достал зажигалку и поднёс её к лицу брата. "Ты прикуривать-то умеешь?" – спросил он.

Билл отрицательно покачал головой.

"На вот тогда мою", – сказал Том, вытащив изо рта сигарету. Билл взял её в левую руку, а правой передал Тому свою. Том забрал её и замер, наблюдая за братом.

"Ты так и будешь на меня пялиться?" – спросил Билл. "Что делать-то надо?"

***

"Фу, ну наконец-то мы дома", – сказал Том, переступив порог прихожей. Он бросил сумку на пол и присел, чтобы развязать шнурки кроссовок.

"Привет, как день прошёл у вас?" – выглянула из кухни Симона.

"Незабываемо", – мрачно ответил Том.

– Погодите, не разувайтесь, вы что-то давно к бабушке не заглядывали... она обижается. Давайте, проведайте её и заодно поужинайте там. А то я сегодня ничего не успела приготовить, у меня тут заказ сложный.

Том поднял глаза на брата. Билл развёл руками. "Это п**дец какой-то", – ответил ему шёпотом Том.

***

Спустя три часа Том лежал с закрытыми глазами дома в ванной с горячей водой. Голова гудела, уже три недели его мучила бессонница, он лежал и мечтал забыться на целые сутки, чтобы никого не видеть и ничего не слышать.

В дверь ванной комнаты постучали. "Том, там тебе Сабрина звонит", – раздался голос Гордона. "Через сколько минут ты выйдешь?"

"Скажи ей, что я здесь поселился навечно", – процедил сквозь зубы Том.

– Том, ты слышал, что я тебе сказал?

– Да... через 10 минут.

... Ровно 10 минут спустя и ни минутой позже зазвонил телефон.

"Ой, Том, ты прости, что я к тебе так и не подошла сегодня", – затараторили в трубку. "Мы просто все с уроков ушли, к Маркусу поехали, я-то думала, ты с нами поедешь, вот и пообщаемся заодно..."

Не дождавшись реакции, Сабрина продолжила: "А съездили зря, кстати, нас к нему не пустили... и донорами нам нельзя быть, мы ещё маленькие. Адам только зря переполоху навёл... ха-ха... а Мартин ему ещё сказал, что тот всегда с перепугу всякой хренотенью страдает... ха-ха, это правда, Том?"

Том продолжал молчать. Этот неугомонный щебет причинял ему ещё бОльшую головную боль.

– Ты меня слышишь?

"Да", – бесцветным голосом ответил Том.

– А я, кстати, у Адама спросила: "А Том из-за репетиций не приехал?" Он мне не ответил. Ну я ведь правильно догадалась? Слушай, я тебя умоляю, разреши хоть одним глазком взглянуть на это!!!

"Мне надо у парней спросить, если они будут не против... " – решил схитрить Том.

– А кто они? Тоже из нашей школы?

– Нет. Вернее, двое из другой школы, а третий – мой брат.

– Так он с вами в группе? Поёт, да? Тогда ясно...

"Что ясно?", – нахмурился Том.

– Ну мне просто очень понравилось как он пел на Хэллоуин... ясно, что он этим уже не первый год занимается… да и честно говоря их с Маркусом затея мне тоже понравилась! Это было очень смело с их стороны!

Том только сейчас осознал, что в отличие от него Сабрина видела тот спектакль до конца. И, к удивлению, даже восторженно оценила поступок Билла.

Сабрина опять не дождалась ответа и сказала: "Ну ладно тогда, договорились, буду ждать, что ответят твои друзья. И твой брат. Спокойной ночи!"

"Да, хоть бы", – ответил Том трубке, в которой уже раздавались гудки.

***

Несмотря на пожелание Сабрины, ночью Том снова крутился в кровати и не мог сомкнуть глаз. Окончательно разуверившись в том, что он сегодня, наконец, выспится, он откинул одеяло и, как часто он это делал по ночам, взял сигареты, распахнул окно и сел на подоконник. "Ой, ёптыть", – он поёжился от холода. Пришлось вернуться к шкафу и одеться. Когда он натянул свитер, в дверь поскреблись. Он распахнул дверь, на пороге стоял Билл. "Я тебя не разбудил?" – спросил он. Потом присмотрелся и ойкнул: "Ты куда намылился?"

– Тссс... никуда… просто холодно мне, проходи...

Том закрыл дверь на шпингалет и вернулся на подоконник. Билл сел рядом. "Ты чего это? Сам, говоришь, замёрз, а окно настежь? Ааа, понятно", – протянул он, увидев вспыхнувшее пламя зажигалки.

Том взглянул на лицо Билла, озарённое на секунду этим светом. "Даже не проси", – сказал он. "А то опять раскашляешься... весь дом разбудишь".

– Да нет, я не за этим пришёл, я просто спать не могу уже третий день.

Рекорд Тома насчитывал сегодня двадцатую ночь, и он не впечатлился в должной мере результатом брата.

"Я сегодня думал над тем, что у нас с тобой никакого… как оно там называется… а, алиби… никакого алиби у нас в случае чего нет... нас даже родители Андреаса у себя в доме в ту ночь не видели... и до сих пор, я думаю, об этом не знают ничего", – поделился мыслями Билл.

"И не узнают", – ответил Том. "Я обещал Андреасу, что его имя в этой истории звучать не будет, я своё обещание выполню".

"Намёк понял", – вздохнул Билл. "Я и сам бы не хотел, чтобы Андреас за свою доброту расплатился... но так какое же нам алиби придумать?"

– Да не понадобится нам алиби, ведь против нас ни одной прямой улики нет.

Билл опять тяжело вздохнул. Том посмотрел на него и увидел, что брат весь дрожит. Билл пришёл к нему в одних трусиках и теперь, видимо, окончательно замёрз, сидя у открытого окна. Взгляд Тома скользнул по груди брата: соски Билла торчали как будто от сильного возбуждения.

Луна скрылась за облако и её тусклый свет, падающий на тело Билла, но скрывающий его лицо, перенёс Тома на несколько дней назад, в дом Маркуса, в объятия Сабрины. Он вспомнил свои руки на тонкой талии, вспомнил тепло её губ…

"А ведь стрижка у неё и, правда, точь-в-точь такая же", – подумал Том, переведя взгляд на волосы Билла. "А соски, интересно, тоже такие крохотные?" – задался вопросом Том, опять переместившись взглядом на грудь брата.

Том вспомнил последний разговор с Сабриной и обратился к Биллу: "Кстати, я хочу, чтобы ты знал... не все так однозначно восприняли твоё присутствие на вечеринке у Маркуса, как Ян и все эти придурки, которые сегодня ржали на уроке искусства. Есть те, кто считает, что твой поступок заслуживает уважения".

"И кто же это?" – уже стуча зубами, спросил Билл.

"Скоро узнаешь", – улыбнулся Том, который только что принял решение пригласить Сабрину на репетицию. "И Билл, прошу тебя, накинь на себя что-нибудь", – Том не столько проникся состраданием к замёрзшему брату, сколько пожалел себя. Он не мог больше спокойно смотреть на полуголого Билла.

Глава 9. В которой Тома никак не оставят в покое (продолжение)

… Том ожидал чего угодно, но только не этого. Он ожидал, что Билл, иногда беспардонный Билл, залезет к нему в шкаф и наденет на себя его вещи, он ожидал, что Билл, иногда любящий покомандовать Билл, предложит перестать курить и закрыть окно, что Билл, иногда слишком мнительный Билл, расценив эту его просьбу как намёк на то, что ему пора уходить, обидится и пойдёт назад к себе в спальню.

На этот раз это был Билл, совершающий непредсказуемые поступки. "Пора привыкнуть и к этому", – отметил Том.

Билл послушно спрыгнул с подоконника и направился к кровати. Он залез на неё с ногами и набросил на спину одеяло, закутавшись в него на манер "домика", так расценил про себя созданную братом конструкцию Том.

Билл, судя по всему, ещё долго не намеревался уходить. И судя по тому, что он опять начал говорить, Тому предстояла очередная бессонная ночь.

Билл задавал вопросы, а Том не мог дать ни одного внятного ответа, он был измотан недосыпанием, которое грозило перерасти в хроническое, анализ произошедшего и прогнозирование предстоящего казались ему непосильным трудом.

… Том понял, что скурил уже четвёртую сигарету подряд, когда пальцы не нащупали в пачке ничего. По приходу домой сигарет в пачке оставалось как раз четыре.

"Ну наконец-то", – прокомментировал это "открытие" Билл. "Давай, закрывай окно, а то тут уже как в холодильнике". Том слез с подоконника и плотно закрыл окно. Затем снял свитер и штаны и в футболке забрался на кровать.

"Блин, как ты ещё не окочурился?" – в голосе Билла звучала не ирония, а тревога. Он разрушил свой небоскрёб из одеяла и стал его аккуратно расправлять. "Вот так", – сказал он, накидывая одну половину одеяла на Тома. "Я тут тебе нагрел место", – улыбаясь, добавил он, прячась под вторую его половину.

Тому, и правда, сразу стало тепло.

Билл перевернулся на бок и, подложив под голову руку, уставился на Тома. "А ты часто тут куришь?" – спросил он, после чего ненароком прижался животом к руке Тома, кутая ноги в одеяле.

Тома из тепла бросило в жар.

Он понял, что курил не потому, что разговор был столь тягостным, а потому, что нашёл отличную причину, по которой ему надо было оставаться на подоконнике.

"Билл, давай спать, хватит на сегодня разговоров..." – ответил Том. Заметив разочарование на лице брата, он добавил: "Пойми меня правильно... нам обоим надо отдохнуть, завтра в школу к первому уроку, ещё и репетиция вечером".

Совершающий непредсказуемые поступки Билл бесследно исчез. На его место вернулся знакомый Тому Билл.

Слишком мнительный Билл поджал губы и опустил глаза. После чего любящий покомандовать Билл ответил: "Ты бы хоть в гараже убрался перед приездом парней, твоя очередь давно настала".

Затем беспардонный Билл откинул одеяло, обдав Тома холодом, и перелез через брата, совсем уж непозволительно задев его бедро своей рукой.

Когда брат вышел из комнаты, Том накрылся одеялом с головой. Он лёг на живот и перебрался на то место, на котором лежал Билл. Оно ещё хранило его тепло, такое родное и успокаивающее, оно будто убаюкивало Тома, он закрыл глаза и через несколько секунд погрузился в мирный сон, которого так долго ждал.

***

"Ну х*ли удивляться, это же Адам… он всегда из мухи слона делает, так что когда он мне передал ваш вчерашний разговор, я не придал этому такого мегап**дец значения... что у тебя там за концерт такой важный? Колись", – Мартин улыбнулся. "Или пойдём, покурим, по дороге расскажешь".

"Нет, я не хочу", – ответил Том. "И не могу", – добавил он мысленно. Они сидели с Мартином за столом в школьной столовой, а Билл под чутким наблюдением Тома стоял в очереди, надеясь, что успеет до начал урока купить себе гамбургер и газировку. Том не хотел отступать от своего обещания не оставлять Билла одного, и понимал, что Мартину показалось бы странным, если бы они пошли курить в компании с Биллом. "А уж если Биллу опять приспичит нервы успокаивать, на нас с Мартином глядя..." – после этой мысли Том отказался от идеи взять Билла с собой сразу и бесповоротно.

"Ну как так?" – обиженно протянул Мартин и понизив голос сказал: "А я-то думал с тобой наедине ещё и о Сабрине поговорить, надеюсь, ты не против, что я ей номер твоего телефона дал?"

– Не против, конечно...

На лице Мартина заиграла лукавая усмешка: "В воскресенье на свидание уже, небось, ходили?"

– Нет... я её только вчера смог увидеть. Да и какое свидание, о чём ты... она на год младше да ещё и новенькая...

"И когда это нам с тобой мешало, я не помню что-то?" – засмеялся Мартин.

"Приветик!" – звонко поздоровалась с ними внезапно возникшая Сабрина.

"Привет-привет", – заулыбался Мартин. "А мы вот как раз о тебе говорили".

"Да? И что же именно вы тут обо мне говорили?" – спросила она, с интересом посмотрев на Тома.

"То, что ты новенькая и тебе, наверное, ещё не удалось завести друзей", – на ходу придумал Том.

"Да-да", – радостно поддержал его Мартин. "И что мы очень рады, что стали твоими первыми друзьями здесь!"

Сабрина ответила ему улыбкой и снова повернулась к Тому: "Том, не волнуйся за меня, мне повезло, я в первые же дни познакомилась с Маркусом и, не забывай, даже умудрилась выпросить приглашение к нему домой на Хэллоуин... и, если я всё правильно понимаю, стоит заполучить к себе в друзья Маркуса и ты уже дружишь со всей школой, да?"

Тома будто ударили под дых.

"Ты совершенно права, милая", – ответил Мартин.

"К тому же я надеюсь и на то, что подружусь ещё и с внешкольными друзьями Тома", – сказала Сабрина и вопросительно взглянула на Тома.

"Это ты о ком?" – не понял Мартин. Он тоже приподнял вопросительно бровь и посмотрел на Тома.

"Они согласны, можешь приехать к нам в 5 сегодня вечером, я тебе потом объясню на какой автобус садиться... я просто не в этом городе живу..." – Том теперь мучался сомнением, правильно ли поступает, отвечая согласием.

"Правда??? Ой, я прямо счастлива!!! Я обязательно приеду!!!" – Сабрина, и правда, вся будто светилась счастьем.

"Это что там за внешкольный друг такой в твоём Х**во-Е**нёво, о котором я ничего не знаю?" – заржал Мартин.

"А... вспомнил", – он хлопнул себя по лбу. "Во такой пацан", – показал он Сабрине большой палец правой руки.

Она засмеялась, а затем сказала: "Тогда я после этого урока подойду с листком бумаги и ручкой, нарисуешь мне что, куда и как".

Провожая её глазами, Мартин произнёс: "Б**, прости дружище... я втупил по полной... чуть не подставил тебя своими вопросами... ну-ка признавайся, какого ты там друга обещал ей показать, что она согласилась в Лойтше ехать с такой радостью? Того, который в штанах у тебя, да?" Он опять затрясся от смеха.

– Да ничего я ей не наплёл ни про кого... я на самом деле её познакомлю со своими друзьями. С Георгом и Густавом. Я на репетицию её пригласил.

"Е*аать", – удивился Мартин. "Уже с родственниками знакомишь? А и правда, на х** свидания тебе эти нужны… в 5 часов в гараж, затем в 7 домой, спальню ей покажешь... ну и друга своего заодно… ха-ха-ха"

– Дурак ты, б**...

– Да ладно... я бы на твоём месте тоже бы е*лом не щёлкал... она на год младше, а такая... палец в рот не клади... ты слышал, чё она сказала? "Нарисуешь мне что, куда и как". Ты намёк понял?

Мартин веселился от души, а Том с тоской смотрел на, казалось, бесконечную очередь школьников, тянущуюся от двери к прилавку. Перед Биллом было ещё человек пять.

***

"Вот здесь мы репетируем", – с гордостью сказал Том, представив взору Сабрины идеальный порядок в гараже. Он сам не мог налюбоваться на результат своего труда, не зря он сегодня по возвращению из школы провёл здесь целых два часа.

"А друзья твои скоро придут?" – спросила Сабрина, никак не оценив усилия Тома.

В этот момент они услышали громкий смех. "Уже пришли", – ответил Том. Смех Георга было невозможно не узнать.

... Все трое стояли на порогу гаража в полном изумлении. Первым пришёл в себя Георг: "Ну наконец-то... а то я уж стал думать, что чудес не бывает".

"Георг, Густав, познакомьтесь, это Сабрина, моя новая знакомая", – проигнорировал его замечание Том. "А это мой брат, ну ты его уже видела... его зовут Билл".

"Эээ… как? Билл?" – переспросила Сабрина.

"Да, меня зовут Билл, а что?" – спросил Билл, увидев, как Сабрина начинает хихикать.

"Нет-нет, ничего", – стараясь скрыть улыбку, ответила она. Но не сдержалась и засмеялась во весь голос.

Билл непонимающе посмотрел на Тома. Тот пожал плечами и направился к своей гитаре.

***

Два часа спустя Густав и Георг засобирались домой, они с Биллом направились к выходу, Том тоже встал и пошёл за ними, но Сабрина удержала его за руку.

"Подожди немного", – попросила она. Том обернулся к ней.

"Я просто хотела сказать тебе это не при всех, а наедине... большое спасибо за то, что ты меня сюда пригласил. Мне понравилась ваша музыка. Я, правда, думала вы в другом стиле играете", – она, улыбнувшись, мягко потянула его за косичку. "Но рок-музыка мне тоже нравится... и мне нравится, как ты эту музыку играешь".

После этих слов она подошла к нему вплотную и положила руки ему на плечи.

Том медленно опустил глаза вниз, он отметил, что у неё совсем ещё детская грудь, остановил свой взгляд на её талии, обтянутой тонким джемпером… Том не удержался и положил руки ей на пояс. Сабрина прижалась лбом к его плечу, пряди коротких волос коснулись его щеки. Том прикрыл глаза и представил на её месте своего брата. Он не стал сопротивляться, когда ощутил прикосновение её губ...

Глава 9. В которой Тома никак не оставят в покое (окончание)

***

"Я и не думал, что моё вчерашнее замечание так на тебя подействует. Тебя это задело? Ты нарочно так всё там отдраил?" – спросил Билл, когда они, проводив Георга, Густава и Сабрину, пошли домой.

Том и сам не знал, что вдохновило его больше, вчерашняя обида Билла или сегодняшний визит Сабрины, но ответил: "Да нет, конечно... просто не хотелось вести Сабрину в свинарник... ты – молодец, что напомнил мне о том, что давно настала моя очередь там убираться".

"А Сабрина... она твоя девушка?" – Билл шёл, глядя себе под ноги. Том, пользуясь моментом, не сводил с него глаз.

"Нет, совсем нет... просто приятельница", – ответил он.

– А когда вы с ней познакомились? Я не помню, чтобы ты о ней говорил…

"Так спрашивает, будто ты ему обычно докладываешь о каждом своём новом знакомстве", – саркастично прокомментировал внутренний голос.

"Вчера познакомились", – пришлось соврать Тому. "Нас Мартин познакомил", – разбавил он свою ложь правдой, вспомнив, что именно Мартин оставил его, бесчувственного, под присмотром Сабрины.

Билл поднял голову, глаза его были широко раскрыты от удивления: "Ты сегодня видел её второй раз в жизни, а она уже побывала у нас дома?"

Том замешкался. Он не приглашал домой первого встречного, и уж тем более, на репетицию, этот визит Сабрины был исключением из правил.

"Она, наверное, особенная девушка", – сам себе ответил Билл.

"Нет... то есть да... ммм… помнишь, я вчера сказал тебе, что есть и те, кто уважает тебя за твой поступок на вечеринке у Маркуса? Я говорил о ней. Когда мы познакомились, она сказала мне об этом... и ещё сказала, что ей очень понравилось, как ты пел той ночью... ну вот я и решил её порадовать твоим голосом ещё раз", – Том прокрутил свой ответ в голове ещё раз и почувствовал себя сводником.

– Хм... Однако она вела себя не как поклонница... она ведь посмеялась надо мной... наверное, над тем, как я выгляжу... вблизи она меня ведь впервые видит?

"Да впервые... ну может, это был нервный смех, такое бывает, когда сильно волнуешься... а может, ей стало смешно оттого насколько мы друг на друга не похожи, хоть и близнецы", – Том очень надеялся, что его догадки звучат правдоподобно.

– А... ну ладно... и как, ей понравилось? Она мне ничего не сказала...

– Наверное, просто засмущалась, но мне она сказала, что ей очень понравилось.

– Тогда, может, стоит пригласить её на наше выступление на Рождество?

– Хорошая идея...

– Дашь мне её номер телефона?

Том опешил: "Зачем? "

"Ну как зачем? " – рассмеялся Билл. "Раз она пришла сегодня ради меня, ей наверняка будет приятно, если я ей сам позвоню и приглашу лично. Поклонников надо ценить, Том!" – поднял он поучительно указательный палец. "Их у нас не так уж и много".

***

Билл запер дверь своей спальни, затем подошёл к окну и открыл его. Он достал из кармана джинсов две сигареты и коробок спичек: сегодня, пока Том готовился в гараже к приходу "VIP-персоны", как окрестили Сабрину Густав с Георгом, Билл зашёл к брату в комнату и вытащил из початой пачки две сигареты. Затем зашёл на кухню и, открыв навесной шкаф над газовой плитой, взял один из спичечных коробков.

Билл решил сегодня ночью не беспокоить Тома. Вчерашний разговор с братом не принёс ожидаемого облегчения, поэтому Билл решил сегодня справляться с бессонницей в одиночку.

Он вспомнил, что Том вчера выкурил четыре сигареты подряд, пребывая в чрезвычайном волнении. Однако после того как он выкурил последнюю сигарету не прошло и 15 минут, как Том захотел спать и бесцеремонно вытурил его из комнаты.

Билл теперь тоже решил покурить и забыться сном. "Дозу", будучи в этом деле новичком, он выбрал для себя вдвое меньшую. Билл вырвал листок из тетради и положил его на подоконник в качестве пепельницы. Затем взял сигарету в рот и стал её раскуривать, вспоминая, как его обучал это делать Том.

... Билл вдохнул слишком много и зашёлся кашлём, уткнувшись лицом в колени... Билл рассыпал пепел на джинсы и, пока стряхивал его с себя, оставленная на подоконнике сигарета прожгла насквозь "пепельницу"... Билл оторвал ещё несколько листов бумаги и подложил их под первый лист... Билл затянулся и, забыв выдохнуть, проглотил дым, который дал ему в нос... глаза Билла заслезились от этого дыма... он обжёг себе палец, неумело стряхнув пепел... он со злостью раздавил вторую, не до конца докуренную сигарету и завернул следы своего прискорбного опыта курильщика в кипу листов, сбив их в большой бумажный ком.

Вместо желанного расслабления Билл заполучил только раздражение, он с грохотом закрыл окно, быстро разделся, залез на кровать и укрылся одеялом.

"Как же мне не везёт", – вздохнул он. "Ну почему я живу не так, как Том? Почему столько ещё не умею и не знаю? Что я делаю такого, что надо мной все приятели Тома потешаются? Да даже сам Том? Что я такого сделал, что вынудило Маркуса так со м