Тоже не мое

Кабуто допил свой чай и поставил изумительной красоты фарфоровую чашку на поднос, нежно и аккуратно, ведь это была единственная чашка в доме Орочимару – самы. Его учитель не считал нужным думать о таких обыденных вещах, как еда и обстановка в доме, поэтому верный ученик три раза в день навещал его, варил манную кашку и заставлял Орочимару ее есть. Тот дико отбивался и вопил, что использует Змеиные дзюцу, но Кабуто всегда напоминал ему, что змеи тоже едят кашку, и легендарный Сеннин мрачно принимался за трапезу.
« Такой беспомощный… - с умилением подумал медик, и очки его загадочно блеснули, - просто большой ребенок…»
Внезапно из ванной раздался полный боли и отчаяния крик Орочимару – самы. Кабуто мигом кинулся на помощь. Распахнув дверь, он узрил…
Орочимару, сидя на полу рядом со стилизованной по бамбук батареей, завернулся в полотенце и плакал.
- Орочимару – сама, - ученик сделал неуверенный шаг вперед, - что с вами?
- Кабуто… - низкий, глубокий голос синоби сейчас был наполнен невыразимой скорбью, - так холодно, Кабуто… Что это… За что мне это?
- Орочимару – сама…
- Кабуто…
- Орочимару – сама…
- Кабуто…
- Орочимару – сама…
Орочимару содрогнулся, словно от приступа страшной боли и обхватил себя руками.
- Кабуто… И НЕ ПЕРЕБИВАЙ! Я ЗНАЮ, ЧТО САМА!!! Кабуто… Давно хотел сказать тебе… - он замолчал и внимательные желтые глаза с вертикальными зрачками впились в ученика.
- Да, Орочи… Учитель.
Кабуто подошел ближе, стараясь не смотреть на сильное, прекрасное тело того, кого всегда любил, но боялся признаться. Тело, отделенное от него лишь полотенцем. Он вздохнул, подавляя возбуждение и едва заметно улыбнулся.
- Все ваши желания – мои желания. Для вас я на все пойду!
- Кабуто… - Орочимару тяжело дышал, на бледном лице – ни тени радости.
- Если не скажу, - продолжил он, - потом буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Кабуто, ты…
«Я готов, учитель! – ликуя, подумал Якуши Кабуто, - значит, моя любовь была не безответна!!! УР – РА!»
Тонкая белая рука потянулась к его лицу, Кабуто прикрыл глаза в ожидании родного прикосновения.
- Кабуто… - Орочимару шептал ему прямо в ухо, приятно щекоча кожу, - я давно хотел сказать тебе…
«Да, Орочимару! Ох, так звучит! Просто Орочимару, без сама, так трогательно!»
Цепкие пальцы схватили Кабуто за воротник и Орочимару – сама заорал:
- Вызови слесаря, наконец, кретин! Четвертую неделю без горячей воды сижу!!! Холодные ванны, блин! Я змея, а не морж!!!
Полотенце соскользнуло на пол, но Кабуто это увидеть уже не удалось…