В колонках играет - Маврин-Истерия
Настроение сейчас - Депрессивно-сплиновое.

Давно то было: отжили древа,
И корни много раз отдали сок,
Меняли берега свои моря,
В прах превращая камень и песок.
Вставали горы, разрезая плоть,
Земля горела, воды вновь тушили
Пожар бессмысленный, по сути и по силе,
И не лилась еще на свете кровь.

Жизнь, зарождаясь, тут же умирала,
Святого духа ей не доставало,
В огонь пожарищ в глубину морей,
В развалы гор, в расщелины камней
Она стекала вместе с бурой лавой...

На это все смотрел Господь без слёз,
Но миг настал, и он восстал из грёз,
Раздвинув небо властными руками,
Прижавшись к водам алыми губами,
В них жизнь вдохнул, и тут потоки гроз…
Направили к земле лихие стрелы,
В нее вонзились, тотчас ожило,
Поплыло, залетело, заползло,
Шипя, крича, ревя остервенело…

Так путь страданий начала Земля,
Среди безвестного полета во Вселенной.
И появилась плоть, и стала тленной
Эта плоть, и вместе с ней она -
Земля, которая зерно в себя приняв,
Дав влагу корням, свет вдохнув в глаза,
Взрастила зло, поправ права добра.

Спал дьявол долгие века,
Но час пришел, взошла луна,
Расправив черных два крыла,
Опять его позвала тьма.
Но вышел он средь бела дня,
Решив нарушить свой обет,
И в день, и в ночь оставить след
Своих деяний отравных.
Чтоб сеять смерть среди живых,
Чтоб боль творить, когда легко,
Холодный ужас на тепло.
На радость - горе, плач - на смех
В любовь святую тяжкий грех,
На братство - ужасы войны,
Он с этим вышел из скалы.

Крылом рассеяв черный дым,
Он не увидел жизнь под ним:
Ни древ зеленых, ни озер,
Ни речек, вьющихся из гор,
Не видно зелени полей,
И изумрудный шлейф морей
Не восхищал его очей.

Что ж он узрел из-под крыла?
Угасла жизнь, одна Земля,
Испепеленная войной
Пред ним предстала неживой.
Готов он вновь извергнуть зло,
Но только, право, для кого?
Но для кого, вот в чем вопрос?
Когда шипы не колят роз,
Теряет смысл запретный плод,
Никто его уж не сорвет...
И стало тяжко вдруг ему,
Почто он Бога не просил,
Чтоб он то зло остановил,
Чтоб он задумался, зачем,
Его сослал на эту Землю?
И в диком сне не разбудил,
Восстановив равненье сил,
Равненье зла среди добра,
И чтобы жизнь средь них цвела.
Добро и Зло - извечный мир.
Добро проснется, зла элексир,
Как будто селевый поток,
Живое мрак сбивает с ног.
И есть возможность от добра
Остановить потоки зла.

Подумал Дьявол: "Если Бог,
Случайно тоже занемог?
И захлестнуло бы добро
Обитель всю, и в раз светло
Возникло над и под землей.
Как он бы сладил с добротой?"
И вскинул руки Чернь Небес:
"О дух всевышний, я твой бес.
Не дай погибнуть, дай добра,
Что б зло я сеял до утра,
А ты б своею добротой
Весь день терзал меня, собой".

Разверзлись облака над ним,
И Господ бог предстал пред ним:
"А, Черный ангел, ты ли это?
Который ненавидел свет,
Который зелием своим
Сгубил крещеный мной мир?
Ступай же с богом, ты прощен,
Но лик твой темный обречен,
На одиночество во тьме,
Так покорись своей судьбе.
Мою ошибку много лет,
Ты исправлял, терзая свет.
И преуспел, умолк пиит
Среди руин их дух молчит".

"Постой, о чем ты, мой творец?
Ты тайну знаешь всех сердец,
Предназначение мое
Злом восхвалять твое добро.
Я спал, бездействовал, мечтал,
А под тобою люд страдал.
Молитвы к небу обратя,
Они все верили в тебя,
А ты сгубил их, все и вся,
И все творения твои
В могильные холмы легли.
Иль ты признаешь,
То что я сильнее во сто крат тебя?
Коль без меня, мое же зло
По всему миру проросло,
И уничтожило тот мир,
Где ты над всеми был кумир."

"Постой!" - и поднял руки Бог.
"Ты разобраться мне помог,
Как уничтожить корни зла.
Ты спал, а я сидел, сложа свои деянья
И смотрел, как полчища летали стрел,
Как взрывы сотрясали земь.
Все уничтожилось, затем
Я понял - коль мертва Земля,
Не будет жизни корням зла.
И я был прав, ты сам пришел,
Просить меня ты снизошел,
В мольбе ко мне чтобы опять
Я вновь вернул былую стать,
Где б мог ты вновь развеять зло
И тешиться плодам его" -
Господь умолк, спустилась ночь.
Взмахнув крылами, сгинув прочь,
Не в черный каменный удел
Опальный ангел полетел.
Поднявшись ввысь, до самых звезд,
Он крылья сложив произнес:
"О если б смерть меня взяла!
Но сам я смерть, а смерть жива.
Что делать мне? Нельзя пропасть,
Нельзя исчезнуть, Бога власть
Над злом витая, не дает
Последний совершить полет".

Выл ураган, под хруст костей,
Из горла с шумом, слизь камней
Чернее ночи кровь ушла.
И белым цветом два крыла,
Окрасились во тьме ночной,
Его подняли над собой,
И вознесли на небеса
В обитель высшего творца.

И окрест мир бы был досель,
И без лесов, и без морей,
И не вернулось б никогда
На круги все опять своя…
Но высший разум вновь устал
Смотреть с небес в бесплодность вод.
И вновь он ангела прогнал,
И жизнь вдохнул в Запретный Плод...


© Александр Лынник