Впервые шейный платок появляется у римских легионеров, у которых он служит не для украшения, а имеет чисто практическое значение. Одежда легионера состояла из шерстяной рубахи (tunica) с короткими рукавами или без них, поверх которой носили доспехи. Шею повязывали платком, чтобы ее не натирали пластины панциря.
После распада великой империи многие римские традиции и обычаи, включая ношение шейных платков, унаследовали румыны, а от них фокалес перешли к хорватам, чей конный полк во время парада яркими шейными платками, являющимися частью униформы в свое время и сразил наповал молодого Людовика ХIV.


Но и древнеримские фокалес нельзя считать первыми в мире галстуками. В 70-х годах XX века в Китае сделано сенсационное археологическое открытие: неподалеку от древней столицы при рытье колодца крестьяне нашли статуи воинов из армии императора Ши Хуан Ци, правившего около 220 года до нашей эры. Они прекрасно сохранились, и точно так же прекрасно сохранились аналоги галстуков, повязанные вокруг шей древних китайских воинов. В истории разных стран и народов существует множество доказательств того, что предшественники галстука были весьма популярны с самых давних времен, но нельзя не признать величайшую заслугу Людовика XIV в том, что и в начале XXI века мы носим галстуки.


«Королю-солнцу» настолько понравилось это украшение, что он тут же назначил себе личного «галстучного», в обязанности которого входила забота о королевских шейных платках. Людовик XIV несколькими указами сделал галстук знаком принадлежности к дворянству.
Следующая эпоха в истории галстуков наступила через 100 лет, и, разумеется, случилось это снова во Франции, являющейся, как известно, законодательницей мод. А где же еще? Ведь во Франции мода не исчезала даже во времена кровавых войн и разрушительных революций. Великая французская революция рубила не только головы с плеч, но и шейные платки с шей. Исчезали старомодные галстучные узлы. Исчез кокетливый бант лавальер. Один из лозунгов революции — «Новому времени — новые галстуки!» Так появился революционный шейный платок анкруайабл, то есть «невероятный», драпируемый от груди до самого подбородка и искусно завязанный несколькими сложными узлами. В столичных европейских городах конца XVIII — начала XIX века возникла новая престижная и высоко оплачиваемая профессия — учитель по завязыванию галстуков.
Великое изобретение не скрыть — и вскоре «невероятный» галстук пересек Ла-Манш. В Англии эти огромные шейные платки получили название «салфеточная мода». Галстуки шили из шелка, шерсти, атласа, с разнообразнейшими узорами и без них. В Европе издавались учебники по завязыванию галстуков, в числе их авторов был неимоверный модник и щеголь Оноре де Бальзак. Великий французский романист так и не сумел стать лучшим учителем по галстучному делу, но одно его высказывание по этому поводу вошло в века: «Мужчина стоит того же, что и его галстук».


К середине XIX века в Англию пришла мода на отложные воротнички, и именно тогда началась история длинного галстука, причем цветного — прототипа современного. В те времена он был очень популярен в морской и спортивной среде, а потому и названия получил соответствующие: регат или four-in-hand (спортивный термин, обозначающий управление четверкой лошадей). Богема продолжала носить романтический лавальер, но мужественный и лаконичный регат постепенно завоевывал все более прочные позиции. Говорят, что его придумал один молодой яхтсмен. Не желая тратить время перед соревнованием на мучительное завязывание галстука, он просто разрезал его сзади и пришил на месте разреза петлю и пуговицу, которых не было видно из-под воротничка рубашки. Между прочим, практичный регат по сей день является частью военной униформы во многих странах мира. Вскоре подошло время пластрона — платка, который завязывался узлом на груди и закалывался специальной декоративной булавкой. Его британский вариант — эскот, получивший свое имя по названию знаменитого виндзорского ипподрома.


Боже, каких только галстуков не носили тогдашние модники! Знаменитый лорд Байрон ввел моду на свободно завязанные и не стягивающие горло платки, они так и назывались — а-ля Байрон. Кстати, эти галстуки обожал Александр Пушкин. Пылкие художественные натуры оставались верны лавальеру. «Трагические» черные галстуки надевали не только в дни похорон и траура, но и как скорбный символ неразделенной любви, а белоснежные считались уместны либо на дипломатических приемах высокого уровня, либо на балах, но ни в коем случае не с пиджаком: белому галстуку соответствовали лишь фрак или смокинг. Галстук «Вальтер Скотт», названный в честь английского писателя, шился из клетчатой ткани, подобно клетчатым одеждам его героев-шотландцев. Шло время. Мужской костюм становился все менее вычурным, что, безусловно, влияло на форму и цвет галстуков, делая их более сдержанными и лаконичными. Сама жизнь требовала перемен. Галстук нуждался в великой революции — и она наступила в 1924 году, когда американский бизнесмен Джесс Лангсдорф придумал и запатентовал «идеальный галстук», который и по сей день шьется из трех частей, скроенных по косой. Именно он вытеснил практически все остальные модели.


Российская история галстуков началась благодаря Западу, и у нас ему на первых порах пришлось несладко. Большую роль в «русификации» галстуков сыграл Петр I. Он изучал западную моду не столько на балах и приемах, сколько на верфях и шхунах, поэтому галстук в России ведет свой род скорее от демократичного шейного платка голландского матроса, чем от кружевного придворного банта. Россия отчаянно сопротивлялась подобному новшеству, но Петр I настаивал, применял репрессивные меры, карал не меньше, чем за бороду, — и униженные бояре, сбрив бороды, надели и шейные платки. Причем поначалу возникла жуткая путаница. Россияне никак не могли отличить шейный платок от носового, который тоже был для них в диковинку, и великий царь был вынужден издать специальное пояснение о том, что «галстуком негоже утираться и в него не велено сморкаться». Русское купечество не признавало галстуки еще и потому, что придерживалось в одежде традиционного русского стиля, к которому эта элегантная деталь костюма совершенно не подходила. Короче, Россия галстук невзлюбила. Недаром на Руси он получил такое количество презрительных имен: и гаврилка, и удавка, и петелька, и змеюка, и даже фофочка.


Революция заклеймила галстук как буржуазный пережиток, сделав исключение только для его пионерской разновидности. Но тут подоспел нэп, и галстук опять «легализовали». В 60-х годах в моду вошло уникальное приспособление. Галстуком тот предмет назвать просто неловко, однако мы носили это Нечто — из непонятного материала, невнятного цвета, с вечным узлом, на резиночке, а для особого шика еще и со впаянным бутылочным стеклом вместо галстучной булавки. Правда, нет худа без добра: цена такого «шедевра» была вполне посильной — от рубля до полутора. Может, именно здесь кроется причина того печального обстоятельства, что мы так и не научились по-настоящему любить галстук, относимся к нему, как бояре петровских времен, и продолжаем снимать его вечером через голову, чтобы, не дай бог, не повредить узел... Вот такая вот история возникновения и появления галстука.

ИМХО:судя по нынешнему статусу он имеет принадлежность к рабам ))) типа можно схватить за кончик и наглядно показать чё и где.как цепь на шее.статус для идиотов млин.я могу быть дебилом и носить ))) а нормальному человеку внешний вид не должен быть важен.когда ето поймут?наверно лет через 10...вспомним офисные истории про откровенно тупых людей=)
воть )))