Почему-то все в последнее время сохнут по эдаким мальчикам с хрупкими фигурами, тонкими пальцами, длинными уложенными волосами и непременно курящим и пьющим что покрепче. И все почему-то заваливают таких комплиментами и мечтают встречаться именно с такими. А дальше что? Вы можете представить таких в военной форме? Того же Аршавина - могу. А солиста cinema bizarre - нет. А попробуйте представить их отцами, дедушками. Жалкое зрелище.
Я люблю не мальчиков-девочек, поливающих волосы лаком, а парней, которые, если что, могут пойти родину защищать, которых через десять лет я могу представить отцами, от которых пахнет мужчиной, а не кремом для лица с подтягивающим эффектом. И встречаюсь я с нормальным парнем, а не с чудом в чёрной подводке и мелированных прядях, и слышу комплименты в свой адрес, а не "какой ты кавайный" в адрес парня. Боже упаси.
И жить я хочу именно с таким.
______________________________________________________
Мысли навеяны постом Вика Ларсена.

В четыре утра на набережной необыкновенно тихо и трогательно. Мы идём, взявшись за руки, девочки в мальчишечьих пиджаках поверх легких платьев, у мальчишек галстуки расслаблены, а то и сняты совсем, и вместе нам хорошо. Неизвестно, что ждет впереди, неизвестно даже, что мы будем делать через четверть часа, но все мы отчетливо понимаем, что этим утром мы будем вместе.
Уже через час запас сил начинает уходить. Мы потихоньку начинаем прощаться, крепко обнимаясь по несколько минут и слушая дыхание друг друга. Машина с сонным Лёшиным папой, пустые улицы, сонные дома за окном...
А город невероятно нежен, он еще не успел проснуться, не успела проснуться и мама, с которой мы утром пили чай.
Так необычно - у нее новый день, а у меня еще вчерашний.

Вы никогда не задумывались, почему к продавщицам в магазине мы всегда обращаемся "девушка" независимо от их возраста? Ведь людей младше себя мы подсознательно ставим чуть ниже, возвышаясь над ними с помощью выдуманного грандиозного жизненного опыта, нахватанного за год-два. То есть мы считаем их ниже себя, хуже, потому что они, как правило, не имеют высшего образования или не смогли устроиться на работу по своему профилю. И мы забываем о том, что наше хваленое высшее образование, возвышающее нас, на самом деле достигается деньгами наших родителей. "Как так? Я ведь учусь на бюджете!", - возмутятся многие, и зря, потому что перед тем, как поступить, еще год/два мы бегали по репетиторам и курсам, за которые платили кто? Правильно, родители.
Так получается, что ни капельки мы не лучше. Это сами мы себя поставили на ступеньку выше.

Давайте, что ли, слезать с пьедестала?

-влюбилась
-узнала своих друзей с новых сторон
-много училась (и хотя раньше я скрипела зубами, сейчас этому радуюсь)
-поняла, что я действительно влюбилась
-пила много какао
-радовалась жизни. самым мелким моментам

Спасибо, весна.

Репетиции, споры до хрипоты, обсуждения, истерики, общие походы за едой - и вот он, последний звонок.
Мы заходим в школу - взрослые, но смешные, с бантами и хвостиками, держимся за руки и улыбаемся.
А завучи стоят и хлопают... Хлопают учителя, родители, техперсонал, Галина Николаевна нажимает кнопку звонка, сопровождающего нас в пути по школе.
А впереди коридор из детей, все они стоят с цветами и улыбаются, знакомые и родные девчоночки протягивают букеты тюльпанов, роз, хризантем, а мы идем со всеми этими разноцветными охапками и чуть ли не плачем от счастья.
Идёт концерт, самый лучший из тех, что когда-либо были, Рома волнуется и радуется, как ребенок, когда зал смеется или аплодирует, а мы светимся от счастья и плачем, когда на сцену выходят первоклашки и поют песню "если с другом вышел в путь", и учителя тоже плачут, и родители. И тем не менее воздух пропитан счастьем, потому что мы все вместе.
Мы идём гулять. Некоторые улицы полны прохожих, а некоторые безлюдны, и от домов отражается наш смех и разговоры. Мы пересекаемся, расходимся, снова пересекаемся и смеемся-смеемся-смеемся. Нам вместе действительно тепло и уютно.

В автобусе я уснула на Димином плече, и мне приснились вы.
Ребят, я люблю вас. Люблю.

...будет последний школьный день. И всё.
Последний звонок отчеркнёт одиннадцатый год.
Последний для нас.
И тем не менее мы будем вместе, и я лично буду спорить до потери голоса с каждым, кто попытается это опровергнуть.
Мы не меняемся, не взрослеем и не черствеем. Мы остаёмся прежними.
Я остаюсь.

Капустный пирог - большой, сантиметров тридцать в диаметре - таял в моих руках от счастья. Мало того, что купили, аккуратно кусают и млеют от счастья, так еще и тщательно оберегают от поднявшегося на пыльной улице ветра.
Мы идём на остановку. Нас трое: я, Дима и пирог, счастливый до самых краёв.
Мимо едут машины, светофор перемаргивает на строгий красный, и к остановке подъезжает трамвай, из окошка которого сияют смеющиеся глаза кондуктора в весенне-оранжевом жилете, смотрящую на довольный пирог.
Пирог даже удивился - это о нём?
О нём!
Впрочем, он удивился еще больше, когда мир вокруг завертелся, потому что девочка, в руках которой он находился, подбежала к окошку, отломила большой кусок и протянула женщине-кондуктору, сквозь смех повторявшей, что она пошутила.
Но кусочек взяла. Светофор переморгнул на свободный зелёный, трамвай тронулся, а женщина-кондуктор и кусочек еще долго смотрели назад и улыбались.
А пирог всё таял от счастья., потому что вместе с ним подарили счастье хорошему человеку.

Хочу тюльпанов.
Никаких поводов, никаких оберток (я вообще убеждена, что они убивают цветы), просто тюльпаны.
Настоящие, живые, трепетные, чтобы по ним стекали капли росы, а я знала, что вовсе это не роса, а просто вода, в которой они стояли в магазине, но всё же обманывалась и верила, что они пару минут назад были где-то на свободе, где гуляет ветер и синее небо, где вокруг простые васильки и такие же хрупкие тюльпаны.
Чтобы идти по улице, смотреть на них и немножко на улыбки людей и совсем не смотреть под ноги, чтобы забыть бо всём, кроме этих живых цветов.

Хотела сегодня прогулять школу в последний раз, но планы отменились ввиду родительского собрания в пятницу.
Но.
Приезжаю в школу, и меня прямо от дверей отправляют домой переодеваться в рубашку, потому что моя майка не нравится завучам.
И вот я тут.
Чёрта с два я пойду в школу.
У меня внеплановый выходной.

Не хочется банальностей о том, что с детства вместе, о том, что ссорились-мирились, о том, что разные, но всё же вместе.

Куда круче вот так вот идти вместо репетиции в мак, возмущаться, называть Романа мудаком, потом выяснять отношения и резко переводить тему.
А потом сидеть в парке, шарахаться от Зайцевой, смеяться над Элькой, фамилия которой стала нарицательной, выслушивать через фразу "Ну ты Броооод!", вспоминать какие-то глупые влюбленности в первом классе и дружно закатывать глаза.
Ребят, когда мы вместе, мы такие простые и счастливые.
Я заметила.

Кир, ты знаешь, не хватало тебя безумно, твоих размышлений, огромных глаз, задумчивых взглядов, бесконечных аскорбинок, и сегодня, когда мы наконец-то пересеклись в скайпе, всё это нахлынуло с новой силой.
Ты знаешь, "мы" - это что-то вроде вечности, потому что несмотря на годы и километры мы друг другу верим.

Я помню твоё пальто, твой вечный черно-красный шарф, цепь на джинсах, твои быстрые широкие шаги, я помню тебя, такого родного и настоящего, живущего надеждой увидеться вновь.

Кир, ты знаешь, я очень боялась, когда сказали о взрывах в Московском метро, а я никак не могла до тебя дозвониться, искала списки пострадавших и погибших трясущимися руками, понимая, что этого просто не переживу. Когда ты сказал, что был за две станции от Лубянки и слышал в тоннеле взрыв, руки снова затряслись.

Кир, я очень жду лета, честно, потому что ты обещал приехать, вырваться всё же. Знаю, что это очень сложно, знаю, поверь, но я никак не могу запретить себе надеяться.

Знаешь, после каждого разговора с тобой хочется летать и кричать на весь мир, а еще раздаривать всем-всем лучи счастья. Это очень глупо, но мы же договорились всегда говорить друг другу правду.

Кир, знаешь... Мы никогда не будем встречаться и строить планы, потому что ты живешь в Москве, а я в Самаре, у тебя свои девушки, в которых ты влюбляешься, а я люблю своего парня. Но одно я знаю точно - в какой бы точке мира ты не находился, чем бы ни занимался, о чем бы ни думал, я всё равно буду ругать тебя за вредные привычки и поправлять в разговоре. А еще я буду прыгать от радости, вновь услышав твой голос. Это я тебе честно говорю.

Мы с весной чем-то похожи. Она тоже вечно опаздывает.

Вот так спонтанно, в перерыве между третьим и четвертым яблоками около 6.45 я поняла, что родители уехали в театр. То есть домой придут не раньше девяти.
Уже через двадцать минут ты был у меня, замерзший, в смешной майке с самолётиком. Чайник мы ставили минут сорок.
Ты пил чай, я - какао. Мы говорили обо всём, моментами просто молчали, и было так хорошо и уютно, что мне было абсолютно всё равно, что на мне старая огромная майка и что папа пролил что-то на пол так, что теперь к нему прилипают тапочки.
Всё было хорошо.

Вечером дома одна. Книги, родной плед, который многое пережил и в который куталось бесчисленное множество хороших и добрых людей, большая растянутая майка. Всё, как я люблю.
Очень захотелось сырников. Пока они жарились, сидела на пустой тихой кухне и читала Замятина "Мы".
Убрала цветы с подоконника и забралась на него с ногами, тарелкой сырников, огромной чашкой какао и вечным пледом.
Смеркалось.

Было тепло. Дочитав Замятина, перешла на "Котлован" Платонова.
Люблю такие вечера - в одиночестве и в тепле.

Очень хочется завести чеширского кота, который точно так же бы растворялся в воздухе и улыбался.
Или не хочется, потому что, как ни крути, мечта должна оставаться мечтой - волшебной и неосуществимой.

Лена: 21:23:37
хочется лета. теплого, хотя бы со знаком плюс, с ярким солнечным светом и теплым асфальтом, а еще с теплым дождем, и чтобы обязательно можно было прыгать по лужам, напевая какие-нибудь добрые мелодии, носить мелочь в кармане и тратить ее на шоколадные стаканчики, пока совсем не надоест, садиться на 24 маршрутку и по привычке выпрыгивать на сампло, бежать к склону, и, когда уже кажется, что сейчас будет всё оборвется, видеть зеленую-зеленую траву с десятками разных людей, сидящих, болтающих, смеющихся, слушающих музыку, пьющих кока-колу из банки и таких счастливых и летних, что поневоле начинаешь улыбаться.
Дмитрий: 21:26:16
Я бы добавил. Например, гулять пока совсем не стемнеет. Ездить за Волгу. Набережная. Велосипед. Куча хороших людей рядом с тобой. Все ржут, улыбаются, разговаривают о какой-нибудь фигне. А если будет дождь, заползти всей толпой из 15ти человек по какой-нибудь детский грибок и ждать, периодически выталкивая друг друга из под него :)
Крыша. Пицца. Небо.
Песок.

Теперь я понимаю, почему мы вместе.

Сегодня почему-то ужасно хотелось разреветься от этой чертовой чертовой нехватки времени, учёбы и изматывающей усталости.
Но почему-то по пути к биологу передумала.
Не то, чтобы случилось хорошее и вообще, да нет.
Скорее я решила, что всё это зря.
Что я могу, конечно, поскулить и сделать грустные-грустные глаза, но самой мне от этого будет хуже.
А музыка - это просто сопровождение.
В режиме нон-стоп саундтрек из питер fm, а еще музыка из рекламы кока-кола i'd like to teach the world to sing.
Кажется, моя усталость сходит на нет.

Хочу лето и теплый дождь.
и прыгать по лужам.

"так, товарищи синоптики обещают нам всего двадцать градусов, зато с плюсом(!), облачность переменную, ветер теплый северо-западный. ну, кому-то будет ясно, кому-то - не очень, погода в питере меняется с космической скоростью, а вместе с ней, между прочим, и настроение. так вот, для стабилизации эмоций дышите глубже и оставайтесь на нашей волне. кстати, это отличное место. стойте тут, никуда не уходите, ну и давайте знакомиться. я маша емельянова, и вы слушаете радио питер fm"

Если дышать в два раза чаще, воздух согреется в два раза быстрее.
Я просто хочу лето.

Это моя первая зима, которая не убегает сквозь решетки в асфальте уже в начале февраля.
Это моя первая зима, которая бьет по лицу ледяным ветром и превращает ресницы в хрупкие льдины.
Это моя первая зима, которая учит меня ценить тепло, так тщательно сберегаемое в четырех стенах.

Это моя первая настоящая зима.

Мы познакомили очень просто — однажды она просто без приглашения пришла ко мне домой. Я сидел на кухне и пил чай, а она корчила рожицы собственному отражению в моей любимой походной железной кружке. Она была очень яркой и солнечной, и, когда она улыбалась, казалось, что в ее улыбке собрано все счастье этого мира.
Мы сидели молча. Я думал о том, что уже очень давно не улыбался и что это утро очень необычное.
Мы вышли на улицу. Она смешно прыгала по лужам и смущенно сияла, когда я ей улыбался, а потом вдруг пошел дождь и мы побежали прятаться в ближайший подъезд. И вот тогда, в промежутке между первым и вторым этажом, она исчезла. Просто растворилась в воздухе.

Она была солнечным лучиком, а солнечные лучики не могут без света.

По мере продвижения автобуса людей становилось все больше и больше, а места всё меньше.
За окном уверенно обосновались тучи, скрытые в предрассветной темени, и только редкие фонари выхватывали из тьмы кусочки воздуха.
Было семь часов утра.
И вот заходили все эти люди, разного пола, возраста и характера, но одинаковые настроем - утренней неприязнью ко всему живому и дышащему.
Они толкали друг друга локтями, пытаясь устроиться поудобнее, сквозь зубы цедили "подвиньтесь же", и вся эта их озлобленность разливалась грязными каплями по салону так, что хотелось встать на цыпочки, чтобы всего этого не касаться.
И тут в автобус вошла девочка, маленькая такая, уверенно держащая за руку дедушку в стареньком пальто, и она улыбнулась, несмотря на эти лужи дегтя вокруг, несмотря на волны непробиваемого одиночества каждого.
И стало светлее. Люди стали добреть, сначала неуверенно, почему-то оглядываясь через плечо, от непривычки дергая мимической мускулатурой, а затем и просто оттого, что кто-то рядом улыбается.

Вывод? Улыбайтесь. Это же так просто.

Куда-то исчезло желание растрачивать себя на мелочи, ненужную шелуху.
Хочется оставить в память о себе что-то, что будет греть. Может быть, даже вызовет улыбку.
Воспоминания?
В основной массе своей они выцветают, как ситец на солнце, и все же...
И все же этот ситец очень мил. В него хочется уткнуться носом, вдохнуть такой родной простой запах ткани и солнца, в трудные моменты на него падают слезы, еще больше обесцвечивая синеву, и от этой соли потом появляется запах моря или маленькой речушки, которая когда-то им казалась.
А нынче она по пояс...
Время. Оно безжалостно мчится вперед, выбивая из меня последние слёзы. Я слишком часто стала задумываться о том, насколько сильно я уже скучаю по людям, с которыми не виделась давно, насколько сильно я буду скучать, не спать ночами и просыпаться в слезах от снов, что мы снова все вместе.
Сегодня вместо того, чтобы снова говорить с Киром друг другу добрые слова, я просто взяла и набрала твой номер. Знаю, что ты живешь в Москве, знаю, что из-за твоего Билайна мы слышали друг друга ровно восемь секунд, и то через слово, знаю.
Но на эти восемь секунд я была абсолютно счастлива.

Мы были вместе две недели, и не видели друг друга еще два года.
Но почему-то мы друг другу доверяем больше, чем самим себе.

Этим летом ты обещал приехать.
А я твоим обещаниям верю.

Мы поспорили с Анной Аркадьевной, что через 18 лет я буду писать так же без ошибок.
Если я ошибусь, то оплачиваю поход в ресторан.
Мы уже поставили напоминалки на февраль 2028 года.

А еще вчера был вечер встречи выпускников.
Подумать только, мы уже третий год на нём выступаем, и... и следующий будет нашим.
Такое незабываемое ощущение, когда еще никого нет, в школе тишина и тут...
И тут открываются двери, входят они, с воплями кидаются обнимать друг друга, плачут, смеются, вспоминают школьные годы, обсуждают, куда пойти потом. Они так счастливы, и это счастье вклинивается между молекулами воздуха и распространяется повсюду, и кажется, что не было в их жизни дня счастливее, чем этот.

Всё это нас ждет.
А мы соберемся, это точно.

Сегодня в наш город заглянуло солнце.
Заглянуло основательно так, согрело холодный ветер, раскрасило воздух в теплые тона, пробежалось бликами по глазам и улыбкам - в общем, порадовало своим неожиданным появлением.
Надеюсь, ему у нас понравилось, потому что, когда знаешь, что на тебя поглядывает солнце, все-таки чувствуешь себя счастливее.

Хорошо, что у солнца нет расписания.
С ним было бы не так. Просто не было бы ощущения внезапно свалившегося на город чуда.

Я научилась подменять собственную боль чужой.
Вместо того, чтобы рассказывать, насколько плохо мне, я слушаю кого-то другого.
И мне становится легче, потому что, стараясь помочь другому человеку, я забываю о себе, о том, кто я и что со мной случилось.
Я сама стала напоминать себе губку, впитавшую в себя грязную воду и вытеснившую прежнюю грязь.
И так лучше и для меня, и для других.

Я истеричка. Я могу месяцами копить в себе мелочи, маскируя их маленькими радостями, а потом в один момент сорваться и провести всю ночь, сидя на кухне и пытаясь не швырнуть в стену трясущимися руками кружку с чаем.
Некрасиво размазывать по щекам слезы, мысленно посылать все, чтобы потом снова успокоиться и сказать себе, что все хорошо.

А все будет хорошо.
Хотя бы назло.

Я люблю сегодняшний мир.
Людей, которые рядом со мной сейчас.
Сева, Ася, Вера, Дима, еще один Дима (когда идем на каток).
И все такие разные.
И все хорошие. Мои.

С ними я забываю даже про вечную усталость.
Да что усталость, я вообще обо всем забываю.

Осталось полгода и моим засыпаниям на тетради по химии (по воскресеньям и четвергам) и биологии (по понедельникам, вторникам и субботам) придет конец.

И да, последняя фраза написана рефлекторно.
Просто я слишком устала.

Вроде как привыкла в конце года подводить итоги.
Ноль девятый.

Новые люди, без которых сейчас я жизни своей даже не мыслю - Макс, Волчик, Кулер, Вилка.
Настоящие и хорошие.

Америка. Жизнь в семье, школа, футбол.
Потрясающие люди. Дружелюбные американцы.
Яркая солнечная жизнь. Америка тогда меня вытащила из депрессии.
Научила жить по-новому.

Потом эти четырехмесячные отношения, когда вроде бы мы были дрг другу нужны.
А потом я безумно от тебя устала и ушла, а ты мне долго пытался доказать, что я ошиблась и пожалею.
Да ни черта. Я ни о чем не жалею.

Последнее школьное первое сентября.
У нас осталось еще полгода, и наша самая дружная (так все говорят) параллель 11 а и б классов разойдется.

Много соревнований и побед.
Волейбол, легкая атлетика.
Мы вообще в этом году молодцы.

Еще собираю сердца. Почему-то в этом году все в меня влюбляются.
И безответно.

Год хороший. Он мне понравился.
Встречаем следующий. Главное не разбить плазму за 80 штук.

На кухне дождь.
Позавчера в час ночи потекла крыша. Даже не каплями, а потоком.
Поэтому я спала по полчаса, а потом шла выжимать тряпки и выливать воду из тазов, расставленных по полу.
Ощущение, что не спала вообще.

Потом суббота - день странный.
Когда днём нас очень подвели, буквально выбили почву из под ног.
И вроде бы все решилось, только настроения уже не было.
Но дискотеку надо было вести. никому не хотелось портить праздник.
Спасибо Кваксу с Денисом, которые поддержали, сказали "да шлите все нахуй, девчонки, вы лучшие".
Причем искренне.
Спасибо Максу и его письму, которое пришло по почте раньше нового года.
Со словами, что я очень радостный и позитивный человек. Что таких мало. Что спасибо, что я есть.
Несколько рисунков. По-настоящему хороших.
Я снова улыбалась.

Дискотека получилась потрясающей.
Всем очень понравилось.
Мы справились.

На улице -25.
Я совсем не умею переносить такую температуру.
Лицо замерзло настолько, что, когда пришла домой, плакала от боли.
В следующий раз не буду 40 минут ждать маршрутку, просто...
Просто что? Не знаю. Наверное, поймаю мотор.

Такое ощущение, что я срываюсь.
Все мелкие обиды, на которые я старалась не обращать внимания, замерзли и колют меня изнутри иголочками.
Пять обид за два дня. Я вроде и хочу не обижаться, но не очень получается.
Надеюсь, это пройдет. Надеюсь.

Я теперь враг народа.

Если для того, чтобы быть для всех хорошей, нужно писать восхищенные комменты к никчемной обработке ста фоток одним и тем же эффектом без убирания недостатков, то идите к чёрту, я лучше буду врагом народа или циничной стервой (это кто как назовет).

Я понимаю фото на память. Но не когда два дня стоит пафосный статус "обрабатываю фото",всем как бы невзначай сообщается фраза "я фотошоп хорошо знаю" и при этом выкладывается мазня.

Обидна реакция. Такая ненависть к критике.
Мне чуть не перегрызли горло за слова "Это надо осветлять" и "Слишком сильная контрастность. И еще ты ногу отрезала"
Да не перегрызете, не пытайтесь даже. Я ядовита насквозь - враги народа, они все такие.

Я все чаще вспоминаю позапрошлое лето, когда рядом всегда были смешной мальчик Костя и милая девочка Диана.
Они постоянно ругались, я пыталась быть миротворцем, и, хотя ничего у меня не получалось, все заканчивалось хорошо.
Мы виделись почти всегда. Встречались в разное время в разных местах, но с одинаковым опозданием:
десять минут (я), пятнадцать минут (Костя), тридцать минут (Диана)
У нас почти никогда не было денег, иногда даже на дорогу домой, а иногда мы даже не знали, на чем домой ехать, и я уехала в 15 микрорайон вместо дачи.
И мы гуляли по набережной, спускались к воде, вытряхивали песок из кед, много-много ходили пешком и были по-настоящему счастливы.
Таким было наше городское лето.

А до него был лагерь, когда мы гуляли ночью и постоянно попадались, и нас даже хотели выгнать всерьез, причем неоднократно.
Я помню. что Диана научила меня первому моему гитарному аккорду H7.
А еще помню, как мы разговаривали в кабинке туалета, когда она переглушала кошмарный запах сигаретным дымом.
Помню этих постоянных "лапочек", а еще ее большие наушники от айпода.

Помню ту странную переписку с Костей, ночные разговоры по телефону и его вечную черную толстовку в тридцатиградусную жару.
И то, как они приехали ко мне в лагерь, привезли три быстрорастворимые лапши и сами же их съели.

Сейчас мы другие. Сейчас мы уже не друзья, скорее отголоски и воспоминания.
Сейчас мы уже друг другу не нужны.

Я очень скучаю по себе той, которая была позапрошлым летом.
Я очень скучаю по вам тем, которые тем летом были со мной.

Все чаще думаю о том, не ошиблась ли я в выборе профессии.
Да, я хочу помогать людям. Я хочу быть врачом.

Но, с другой стороны, я ночами сижу на портале прессы.
Я веду мастер-классы по журналистике.
На всероссийском конкурсе по всем заданиям получаю первые места.
Все, кто хоть раз читал мои статьи/очерки/рассказы/что-то, к чему я хоть как-то причастна говорят, что мне прямая дорога на журфак.

Однако журналистика - это на удачу. Повезет - будешь жить честно.
А я невезуча хронически. И идти по головам не хочу.

Поговорила с мамой. Решили, что я поступаю все же в мед.
А со второго курса иду на заочку/вечернее на журфак.
Думаю, так будет правильно.

Телефон умер. Как назло, через день после истечения срока годности.
Что же. Все больше убеждаюсь, что не лажу с техникой.
А к черту. Люди обещали помочь с ремонтом.
Что будет, то будет.

Домашний телефон отключили за неуплату.
В итоге по вечерам смотрю фильмы - те, которые уже года два-три хотела посмотреть.
Shareman еще немного, и начнет ругаться нехорошими словами.
Его тоже к черту..

За меня даже поволновались. Куда пропала, почему ни один телефон не доступен, что случилось.
Приятно. Где-то в сердце рыжий кот свернулся клубочком и урчит, как паровоз.
Подкормить, что ли, его рыбкой?

Я теперь счастливая.
Я теперь вне зоны доступа.

Телефонная трубка.

Четверг, 26 Ноября 2009 г. 20:52 (ссылка)редактировать +в цитатник или сообщество +поставить ссылку
Прочитало: 0 за час / 3 за сутки / 3 за неделю / 3 за месяц
Я упрямая и упёртая.
А еще глупая, как кирпич, и очень любящая загонять себя в сомнения.

Я не позвоню первой.
Я буду ждать твоего звонка.
______________________________________________________________

Ждать пришлось недолго.
Сомнения потихоньку рассеиваются.

Я упрямая и упёртая.
А еще глупая, как кирпич, и очень любящая загонять себя в сомнения.

Я не позвоню первой.
Я буду ждать твоего звонка.

Странное переходное состояние между осенью и зимой.
Забывая о шапке, иду в варежках и улыбаюсь солнцу, которое все еще греет, честное слово.
Ставшие традицией нулевые комментарии радуют глаз, ведь, если никто не читает, значит дневник по-настоящему мой.
Ностальгия по американской жизни, она, конечно, есть, но только моментами.
Жизнь устраивает. Приятно быть для людей солнышком (это даже не я сказала, это меня все-таки в этом убедили).

Моим вечерним загрузам потихоньку приходит конец.
Пришла пора вечерних гуляний и старой/доброй музыки.
А еще меня любят. Это приятно.

Спасибо, что говоришь "Давай уже спать", заканчивая разговор.
Я бы хотела так говорить. Но не могу. Так бы и сидела, засыпая, с трубкой в руке.
Спасибо. Потому что какой бы отчаянной совой я ни была, утром все равно надо будет вставать.

Спасибо, что ругаешь за лежание зимой на крыше. Я ценю, правда.
Спасибо, что твоя мама уже любит меня, хотя видела в общем-то от силы пару раз в жизни.
Спасибо, что ты просто есть. Что звонишь и говоришь "Я соскучился", хотя не виделись всего ничего.

"Лучший друг - это человек, который знает о тебе почти все и несмотря на это тебя любит"

Случилось это очень просто.
В очередной раз шли с лучшим другом по улице, и вместе с нами шел дождь.
Вот именно тогда, глядя на меня, взъерошенную, как воробей, в промокающем насквозь бирюзовом пальто, прыгающую через лужи и умильно смотрящую на небо и по сторонам, он это и сказал.

Димка - такой добрый и хороший, который всегда рядом, который смотрит тепло своими кофейного цвета глазами, который все-все-все понимает и не умеет даже на меня обижаться.

Когда-то я пообещала, что напишу о тебе очерк, потому что не могу так просто рассказывать о тебе, как говоришь ты обо мне.

Наверное, это будет первая его часть.

В колонках играет - Pink Floyd - High hopes
Я стала очень ценить воспоминания. Собирать по фрагментам.
До сих пор ношу любимый жетон Макса на шее, тереблю на переменах.
На руке - браслет дружбы, на узелке даже пахнет мятой и яблочным чаем - как от старого друга.
Фантазирую, наверное. Но так приятнее.

Мне подарили школьную табличку "медиатека". Она у меня теперь перед комнатой висит.
Ностальджи.
А еще стала часто перечитывать переписку. С самого начала.

А еще я влюбляюсь в новое.
В ярко-бирюзовое пальто. В новые улыбки. В игру yellow car.

Моя осень - она яркая. Бирюзовая. Кристалльно-чистая.
Как осеннее небо.

Я возвращаюсь.
Не так как раньше, но все же.
Почему? Потому, что мне этого не хватало.
Нужно было что-то писать. Не только стихи, но и переживания.
Просто нужно. Точка. Конец строки.

Перечитываю ленту друзей.
Мало кто тут остался. Но все же есть. Душу греет.
Перечитала свое. Чуть ли не до слез. Ностальгия.
Раньше я этим жила.

Возможно, через пару месяцев я снова исчезну.
Но потом вернусь. Обязательно.

Rock_life, мне тебя не хватало. Читала про рак и плакала.
Потом плакала от счастья.
Знаю, что мы никогда не общались вживую, и все же.

Фем, вспомнились старые разговоры.
Старые посты.
Читать по-прежнему хочется.

Вот и все.

Сегодня неожиданно очень захотелось зайти на страничку... почитать то, что было - моя жизнь, пусть и в прошлом и уже почти забытом свете...

Сам дневник я заводила, чтобы общаться с одним человеком, которого я очень любила.
Что было потом? Новые знакомства. Люди, с которыми и сейчас поддерживается связь.
Возможно не такая, какой хотелось бы, но все-таки.

Потом я решила, что хватит.
Хватит жить в дневниках, делясь переживаниями с другими юзерами сети.

Знаете.. Многое произошло с тех пор, как я написала свой прощальный пост.
Тот человек, ради которого заводился дневник, стал моим очень хорошим другом, но не больше.
Новые знакомства?
Хм... Нашелся друг детства...Сашка Деревягин...
Нашелся человек, который меня понимает и с которым у меня очень много знакомых - Лена Вермилион.
Знакомы недавно - около четырех дней, но знаете... такое ощущение, что мы знакомы вечность.

Что еще?
Я влюбилась. Знаю, что все будет хорошо, потому что на этот раз я не буду разбивать сердце и его не разобьют мне.

Девочка выросла.