Руководство для инквизиторов
Семь правил, на основании которых инквизитор и епископ могут подвергнуть кого-либо допросту с пристрастием и пыткам.
1. Пытке подлежит обвиняемый, не постоянный в своих показаниях, утверждающий сначала одно, затем противоположное, отвергая при этом главные пункты обвинения.(...) Если бы он вначале отрицал, а затем признал свою вину и покаялся, он считался бы не "колеблющимся", а раскаявшимся еретиком, и был бы приговорен.
2. Подозреваемый, обвиненный хотя бы одним свидетелем, должен быть подвергнут пытке. Общественная молва плюс одно свидетельство вместе составляют уже половину доказательства (...) Однако показания одного свидетеля не будут иметь такой же силы в гражданском суде.
3. Подозреваемый, против которого удалось предъявит одну или несколько серьезных улик, должен быть подвергнут пытке. Наличие подозрения и улик является достаточным для того основанием. Для священника достаточно одного подозрения (однако пытке могут быть подвергнуты лишь священники, утратившие доброе имя).
4. Пытке должно подвергнуть и того, кого хотя бы один свидетель обвинит в ереси, и кто будет уличен с яростью и гневом.
5. Уличенного с яростью и гневом несколькими людьми должно пытать, даже если не будет ни одного свидетеля обвинения.
6. Тем более следует пытать того, кто, будучи уличен подобно предыдущему, подвергается обвинению свидетеля.
7. Тот же, против кого будет выдвинуто только подозрение, либо только показания одного свидетеля, либо только одна улика, не может быть подвергнут пытке: каждое из этих условий по отдельности не является достаточным основанием для применения пытки.
Допрос с пристрастием
Допрос с пристрастием применяют к обвиняемому, не делающему признаний и которого не удалось уличить в ереси в ходе процесса. Если такой обвиняемый ни в чем не признается под пыткой, то он будет считаться невиновным.
Обвиняемый, взятый по доносу, но не делающий признаний во время допроса и непостоянный в ответах, должен подвергнуться пытке. Должно пытать также того, на кого указывают улики достаточно ясные, чтобы потребовать клятвенного отречения.
Должны ли инквизиторы отчитываться перед вышестоящими иерархами своих орденов в своих действиях по отправлению святого правосудия?
Нет. Инквизиторы, безусловно, являются монахами, но также и представителями Его Святейшества папы (...) В качестве же инквизиторов они являются представителями Папы и никого другого.
В случае каких-либо нарушений в отправлении инквизитором своих функций следует апеллировать не к местному иерарху или главе ордена, а к Папе.
Отзыв инквизитора в некоторых случаях является неизбежным, например, в связи с немощью, глубокой старостью, тяжелой болезнью или, что значительно хуже, невежеством инквизитора.
Подробные указания о допросе с пристрастием
Инквизитор не должен проявлять чрезмерную поспешность в применении пытки, ибо к ней прибегают лишь при отсутствии других доказательств: между тем именно инквизитор должен попытаться их добыть.
Если он их не находит, но при этом полагает, что имеется вероятность вины обвиняемого, он должен привести к обвиняемому его родственников и друзей, чтобы они уговорили его признаться.
Если, однако, все тщетно, обвиняемого должно подвергнуть умеренным пыткам без пролития крови, памятуя, что пытки обманчивы и недейственны. Бывают люди столь слабые духом, что при малейшей пытке они признаются во всем, даже в том, чего не совершали. Другие же до такой степени упрямы, что у них невозможно вырвать ни слова. Есть люди, уже перенесшие пытки; они лучше других выдерживают пытку. Есть заговоренные, те, что под действием колдовства, к которому они прибегают под пыткой, почти полностью теряют чувствительность: эти скорее умрут, чем признаются.
(...) Многие готовы сказать правду, если бы их не мучил страх смерти. Пусть, стало быть, инквизитор обещает обвиняемому сохранить его жизнь, если тот сознается, в случае, если инквизитор сможет сдержать свое слово (если только речь не идет о повторно впавшем в ересь. В этом случае ничего не стоит обещать).
Нотариус должен регистрировать применение пытки, задаваемые вопросы и ответы обвиняемого. Допрашивать следует сначала по менее важным статьям обвинения, а затем по более важным, так как легче сознаться в легких проступках.
Если обвиняемый не сознается, ему следует показать орудия других пыток, предупредив, что ему придется пройти через них, если он будет упорствовать.
Если даже это не поможет, пытки должны быть продолжены, но не начаты сначала. Их можно начать сначала, если только против обвиняемого появятся новые улики.
Если обвиняемый, пройдя через все предусмотренные для его случая пытки, так и не сознается, его не следует подвергать дальнейшим мучениям, он должен быть отпущен.
Если обвиняемый сознается под пыткой, его признания записываются нотариусом. Если впоследствии он не подтвердит своих признаний или будет отрицать, что в чем-либо сознавался, пытки следует продолжить - но не начинать сначала. Но если он уже прошел через все пытки, его следует отпустить.
Если, напротив, он подтвердит признания и если он признает свое преступление и испросит прощения у Церкви, следует считать, что он изобличен в ереси и раскаивается. В этом случае он будет приговорен к тем видам наказания, которые предусмотрены в восьмом типе вердикта.
Если же по окончании пыток он подтвердит признания, но не обратится с просьбой о прощении, то его следует передать светским властям (как указано в десятом типе вердикта ).
Если он повторно впал в ересь, он должен быть осужден согласно одиннадцатому типу вердикта.
"Руководство для инквизиторов", 1323 год
