заказать футболку с надписью 7 декабря 1764 года, 245 лет назад, императрица Екатерина II повелела открыть для осмотра приобретенную ею у берлинского купца Иоганна Эрнста Гоцковского коллекцию картин фламандских и голландских мастеров. Это собрание состояло из 225 произведений искусств. День для открытия галереи был выбран отнюдь не случайно: именно на 7 декабря (24 ноября по старому стилю) приходится день святой великомученицы Екатерины.



О том, как попали к императрице картины, существует, по крайней мере, три версии. Согласно первой – коллекция была взята у Иоганна Гоцковского в счет контрибуции, которую Пруссия должна была выплатить России за потери в ходе семилетней войны. Так что ни о какой плате за собрание картин речи не было.



Вторая версия – Екатерина II хотела продемонстрировать всей Европе, что Россия в войне с Пруссией вышла победительницей, и в пику разоренному войной противнику имела средства для того, чтобы вкладывать их даже в покупку предметов искусства. Сколько уплатила за «голландцев и фламандцев» набиравшая «силу» Екатерина II – историческая загадка. Во всяком случае, какой-то конкретной цифры мне найти не удалось.



И, наконец, третья, самая «экзотическая» версия. В 1764 году в Северную Пальмиру приехал Иоганн Гоцковский. Гость получил аудиенцию у императрицы, и после разговора, показавшегося сановной особе интересным, был приглашен составить ей партию в винт. А дальше то ли императрице очень повезло, то ли немец специально поддавался, но он проигрался в пух и прах. Крупную сумму денег он выплатить не смог бы, а был вынужден компенсировать долг живописными полотнами.



Как бы там ни было, в феврале 1764 года картины из коллекции Гоцковского де-юре стали принадлежать Екатерине II, но только к концу года, когда все было доставлено в столицу российской империи, «Эрмитаж» можно было открыть. Кстати, это слово французское и означает «уединенный уголок» или «приют отшельника». Именно так в Версальском дворце и некоторых других королевских резиденциях называли помещение, где титулованные особы отдыхали в интимном кругу.



Нельзя не рассказать о самом Иоганне Гоцковском. Известно, что родился он в 1710 году. Получил очень неплохое образование. Еще в молодости познакомился с будущим наследником прусской короны Фридрихом. Фриц был натурой увлекающейся. И хотя его властный отец требовал, чтобы сын с малолетства учился искусству войны, наследник выбрал иной путь. Он учился играть на флейте, с упоением читал французских философов, а в свободное время очень любил танцевать. Словом, не был равнодушен к искусству.



В начале 30-х годов принц совершил очень дурной поступок – сбежал в Англию, которая была заклятым врагом Пруссии. Но он привык жить на широкую ногу, а потому Фрицу пришлось возвращаться на родину. Чтобы молодой человек больше «не дурил», его срочно женили. Правда, к своей невесте, а потом супруге он был равнодушен. Но в 1740 году Фридрих Вильгельм скончался от порфирии, и его сын занял трон. Одним из первых дворян, которых Фридрих II призвал на государственную службу, был как раз Иоганн Эрнст Гоцковский. Ему молодой король поручил пригласить в Пруссию искусных мастеров и художников.



Было это в 1740 году. Иоганн с блеском справился с поручением. Его близость к королю открывала любые двери, а что до того, что при заключении контрактов к ладоням Гоцковского всегда «прилипала» изрядная сумма денег, то ему благородно прощали эти мелкие «прегрешения».



В 1755 году Фридрих II поручил своему «выдвиженцу» подобрать коллекцию художественных полотен для своего дворца. Но средства на покупку выделял крайне скупо. Это и дало Гоцковскому моральное право собирать картины у себя. А начавшаяся вскоре Семилетняя война отложила передачу картин королю на неопределенное время.



Между тем именно Гоцковский отличился в середине этой войны, в октябре 1760 года, когда Берлин захватили русские войска. Впрочем, город в равной степени могли занять и австрияки. Проницательный Иоганн справедливо рассудил, что снисхождения можно ждать прежде всего от русских, а потому уговорил городской магистрат не посылать военные силы для оказания сопротивления русскому генералу фон Тотлебену (немцу по рождению), а сдать город без единого выстрела.



Справедливости ради следует заметить, что Иоганн, как хороший шахматист, видел все на несколько ходов вперед. Еще в августе 1758 года после битвы при Цондорфе, когда прусские войска захватили в плен русских солдат и офицеров, именно Гоцковский стал ангелом-хранителем для русских, добивших их вполне сносного их содержания, а потом и обмена. Так что в русской армии Иоганна хорошо знали.



Берлин был спасен от разорения. Этот подвиг Фридрих II вполне оценил, вручив в знак признания своему протеже 150 тысяч рейхсталеров. Но король искусно вел свою игру, практически заставив Гоцковского основать новую мануфактуру по производству изделий из фарфора. Последний вложил в нее эти средства, организовал производство, а как только весь процесс был отлажен, в 1763 году монарх заставил продать завод государству.



Передав в 1764 году свою коллекцию предметов искусства Екатерине II, Иоганн Гоцковский опять отправился в Голландию, надеясь собрать коллекцию и для своего короля. Зная скупость Фридриха II, он решил опять вкладывать в картины свои деньги. А для того, чтобы поднакопить средства, он выгодно, как ему показалось, разместил свои активы в ведущих голландских банках. Но даже такой проницательный человек, как Гоцковский, не смог предусмотреть большой финансовый кризис, который поразил Голландию. Практически все его средства «сгорели».







Иоганн вернулся в Берлин, где и скончался в 1775 году если и не в полной нищете, то в крайней бедности. А Эрмитаж, к открытию которого он «приложил руку», уже через 10 лет после своего открытия, к 1774 году, имел в своих фондах уже 2080 картин…

Я сейчас нахожусь: Италия
Мой настрой: скучно