195
...
Я говорю: будь уступчив! Уступки приносят победу.
Все, что придет ей на ум, выполни, словно актер!
Скажет «нет» — скажешь «нет»; скажет «да» — скажешь «да»: повинуйся!
200
Будет хвалить — похвали; будет бранить — побрани;
Будет смеяться — засмейся и ты; прослезится — расплачься;
Пусть она будет указ всем выраженьям лица!
Если захочет играть, бросая квадратные кости,—
Хуже старайся играть, больше старайся платить.
205
Ежели в длинные кости игра — то же самое делай:
Чаще выбрасывай «псов», ей уступая игру.
Если, в «разбойники» сев, ты двинешь по линии шашку,—
Пусть поскорей твой боец сгинет в стеклянном бою.
Сам держи над своей госпожой развернутый зонтик,
210
Сам расчищай для нее путь в многолюдной толпе.
Если в точеных носилках она — придвинь ей скамейку,
И не стыдись у нее ножку обуть и разуть;
Ежели холодно ей — позабудь, что и сам ты иззябнул,
И на холодной груди ручку замерзшую грей.
215
Нет позора и в том (отрада ведь пуще позора!),
Чтобы своею рукой зеркальце ей подносить.
Тот, кому мачеха дать по плечу не могла супостата10,
Тот, кто небо носил, тот, кто на небо взошел,
Меж ионийских девиц сидел над рабочей корзинкой
220
И, говорят, не стыдясь прял ионийскую шерсть.
Если тиринфский герой покорялся приказу царицы —
Ты ль не возьмешься снести то, что сносил Геркулес?
Коли прикажет тебе госпожа явиться на площадь —
Раньше срока предстань, самым последним уйди.
225
Если велит бежать по делам — беги, не замедли,
Чтоб никакая толпа не задержала тебя.
Ночью ли с пира домой собираясь, раба себе кликнет,—
Будь ей вместо раба, первым являйся на зов.
Шлет ли, уехав, письмо «Приезжай!» —поезжай и не мешкай;
230
Не на чем ехать — беги: лени Амур не простит.
И да не будут помехой тебе ни снега на дорогах,
Ни в нестерпимые дни дышащий жаждою Пес.
Воинской службе подобна любовь. Отойдите, ленивцы!
Тем, кто робок и вял, эти знамена невмочь.
235
Желчью напоены жала, язвящие нас.
Вот тебе говорят: «Ее нет»,— а ты ее видел.
Что же, не верь глазам и восвояси ступай.
Вот, обещав тебе ночь, заперла она дверь перед носом —
Так у порога в грязи целую ночь и лежи.
525
Лгунья рабыня и та, оглядев тебя взглядом надменным,
Спросит: «Кто там залег, дом наш в осаде держа?»
Что ж, к косякам и к красавице злой обращай свои просьбы
И, расплетя свой венок, розы рассыпь на порог.
Скажет: «Приди»,— ты придешь, а скажет: «Уйди»,— уберешься.
530
Ты ведь не грубый мужик, чтоб докучать ни за что!
Разве приятно тебе услыхать: «Какой ты несносный!»?
Нет, уж лучше терпеть: жди и дождись своего.
А до поры не считай за позор ни брань, ни побои,
И, перед милой склонясь, нежные ножки целуй.

Овидий. «Наука о любви»

Ночной гость
Рита



Феликс вернулся домой ближе к полуночи. День выдался тяжелым, но радовало то, что впереди три дня выходных. Зато потом… Потом будет три изнурительных ночных смены. Феликс работал в ресторане вышибалой, или говоря современным языком – на фейс-контроле. Городок на берегу Балтийского моря был хоть и не большим, но очень посещаемый как туристами, так и «залетными» из столицы и крупных городов, что были поблизости. Короче говоря, негласный курорт.
Феликс открыл окна и блаженно уселся в кресло, наслаждаясь ночным прохладным ветерком. Так он просидел несколько минут, пока тело окончательно не отдохнуло. Затем он не спеша, разделся (Феликс жил один в просторной однокомнатной квартире, как говорится под самой крышей) и направился в душ. Спустя пол часа Феликс вышел из ванной и буквально плюхнулся на кровать. Блаженно закинув руки за голову, он с наслаждением вдыхал свежий ночной воздух, что заполнял комнату.
Вдруг что-то металлическое коснулось его запястий, раздался щелчок, и руки Феликса оказались прикованными к спинке кровати. Он резко дернулся, пытаясь освободиться, но было поздно. Наручники плотно держали руки над головой.
- Что за шутки! – Возмутился Феликс.
Чья-то мягкая и в тоже время властная рука легла на рот мужчины и приятный женский голос, с чуть заметным немецким акцентом, проговорил.
- Это ни есть шутки. Ты как-то проговорился на счет женского доминирования. Так вот, я быть твоей учительницей. Надеюсь, это будет не столь романтично, как тебе касалос.
В город часто приезжали гости из Германии, некоторые здесь жили, но работали за рубежом. Немецкий язык был широко распространен в городке. Этому Феликс не удивился. Но голос был ему не знаком. И уж определенно хозяин этого голоса не подделывал акцент, как это делали коллеги Феликса. « Кто она такая?» крутился вопрос в голове. Феликс не мог найти ответа. К тому же женщина стояла над головой, и он не мог увидеть ее лица. Однако ее предложение о женском доминировании показалось Феликсу заманчивым. Женщина не теряла времени даром.
Встав с боку, от лежащего на кровати мужчины, она, сильно раздвинув его ноги, что-то прикрепила на них. Теперь Феликс даже если бы захотел не смог бы их соединить. Все это она проделала так ловко, что Феликс опять не смог разглядеть ее лица, да что лицо, он даже не смог определить ее фигуру и рост. Закрепив ноги мужчины, женщина небрежно провела ладонью по телу Феликса.
- Это я сейчас исправлю. Тут должно быть чисто, - сказала она, теребя волосы возле члена.
Она пододвинула стул и ушла. Вскоре она вернула, и что-то разложила на стуле. Феликс не сомневался, это был его бритвенный набор. В следующее мгновение он почувствовал, как помазок намыливает его промежность. Женщина села к Феликсу спиной и принялась сосредоточенно и методично освобождать всю промежность от волос.
Она брила плавными движениями, приятно касаясь тела станком. Иногда она массировала член, добиваясь эрекции. Закончив с бритьем, женщина смазала бритую поверхность гелем после бритья. Затем она притянула ноги Феликса к голове так, чтобы открылся доступ к анусу. Процедура повторилась.
- Вот теперь чисто. Я люблю, когда чисто. – Сказала она. В ее голосе слышался
скрываемый смех. Она еще немного полюбовалась своей работой и добавила.
- Завтра я опять приду к тебе. Будеш меня ждат голам лежа на кровати. И смотри, чтобы было чисто там всегда. Брей каждый раз свои мудя.
Она освободила руки Феликса от наручников, оставив привязанными только ноги.
Пока Феликс освобождал ноги, Женщина пропала так же незаметно, как и появилась. Он был в смятении. Вдруг Феликс резко бросился к балкону. Ну, конечно же, как еще она могла сюда попасть. Только через балкон. Феликс жил в старом квартале, где дома располагались близко друг к другу, поэтому по крышам можно было перебраться с одного дома на другой. А уж залезть с крыши соседнего дома к нему на балкон, вообще не представляло труда. Феликс долго всматривался в ночной город в надежде увидеть хоть какое-то движение. Но все было тщетно. Она исчезла, растворилась, пропали, короче говоря, надо было ждать завтрашней встречи.
Полдня Феликс отсыпался. А, проснувшись, сразу вспомнил о ночном визите. Нет, это был не сон. Промежность была чисто выбрита, а на стуле возле кровати разложены бритвенные приборы. Весь день он провел в ожидание встречи. Он пытался найти всему разумное объяснение. Сотни раз вспоминал, где и когда он мог проговориться о своей тайне, и главное, кто все это придумал и зачем? Вопросы, вопросы. Ответов пока не было.
День тянулся неимоверно долго. Но вот, наконец, начало темнеть, на часах было начало одиннадцатого. « Еще как минимум час». Подумал Феликс. Но все же он открыл балкон, не спеша, разделся, и лег в кровать, закинув руки за голову. Он думал о той ночной гостье.
Пытался представить ее лицо, фигуры, рост. Единственное, что он хорошо запомнил – это ее приятный голос. Феликс слышал много женских голосов, а уж интонаций вообще не сосчитать. По долгу службы чего только не наслушаешься. На какие только ухищрения не идут посетители – диву даешься. Но этот голос был особенный.
Вдруг что-то толкнуло Феликса в бок. Он приподнялся, и в тот же миг его резко толкнули. Он упал на живот. В следующее мгновение руки Феликса оказались в наручниках и прикреплены к спинке кровати.
- Ты не выполнил мое условий. Я велела бать раздетым, а на тебе трусы! – Произнес знакомый голос. После чего последовал характерный звук рвущейся материи.
Феликс хотел было возразить, но что-то твердое и продолговатое было сунуто ему в рот и плотно закреплено при помощи ремней.
- Тебя следует накасать!
Последовал сильный удар по спине плеткой. Феликс попытался крикнуть, но кляп во рту глушил все его попытки кричать. За первым ударом последовал второй, третий. Похоже, женщина была мастером порки. Удары приходились по спине, бокам, ягодицам. Феликс извивался, пытаясь хоть как-то спастись от ударов. Но все было тщетно. Его поза позволяла только ворочаться с боку на бок, подставляя бока под удары. Порка продолжалась долго и в полном молчании. Лишь глухие стоны Феликса нарушали тишину. Спина горела, а ягодиц он уже давно не чувствовал.
- Надеюс, это будет тебе урок. Меня надо встречать расдетым! Второй рас накасаний будет суровей. А теперь ты поросиш прощений и поцелуш мне пальчики ног, – сурово произнесла женщина. Кляп мгновенно покинул рот Феликса.
- Прошу простить меня госпожа. Этого больше не повториться, – неожиданно для
себя сказал Феликс.
- Я не слышу искренности! – строго сказала Госпожа и подтвердила свои слова еще
одним ударом. Мужчина зашипел от боли, но не закричал. Он повторил свои извинения.
Но и на сей раз госпожа осталась недовольна. Удары посыпались на его исполосованную спину. Феликс терпел, из последних сил крепился, что бы ни закричать.
Наконец его мольбы были услышаны, и женская ножка снисходительно опустилась перед его лицом. Феликс припал к ней, как голодный набрасывается на еду. Он страстно покрывал каждый пальчик поцелуем. Наградой был искренний смех госпожи.
- Ты проявляешь завидное послушаний. Завтра жди меня голеньким. Если сумеешь мне угодить, получишь хороший поощрений.
Сказав это, она освободила руки Феликса. Он хоте проследить за ней с балкона, но порка была столь сильной, что он еще долго лежал на кровати, не смея пошевелиться. Ее слова о романтике мгновенно всплыли в мозгу мужчины. Да, романтичного в порке не было. Зато осталось приятное впечатление от целования ног. Размышляя над этим, Феликс уснул.
Когда он проснулся, спина еще болела. Феликс вяло и, постанывая, направился в ванную. Он умылся. Появилось приятное чувство бодрость. Взглянув на свое отражение в зеркале, он обнаружил трехдневную небритость на своем лице. Пришлось срочно исправлять. Покончив с бритьем, он вдруг с ужасом подумал о промежности. Не хватало, чтобы его еще раз высекли. Феликс поставил одну ногу на ванную и, намылив вокруг члена, принялся осторожно сбривать волосы. Все шло гладко, пока не пришла очередь ягодиц. Тут пришлось проявить сообразительность. Но все же, после упорного старания, ягодицы были чистыми. Феликс начал смазывать их гелем после бритья и… Неожиданно его палец легко проник в анус. Было непривычно, но приятно. Феликс с наслаждением водил пальцем по стенкам ануса, всовывал и вынимал палец. К его удивлению наступила эрекция. Феликс никогда не мастурбировал. Тут он принялся нежно поглаживать член вверх и вниз, не забывая водить пальцем в анусе. Вдруг все тело напряглось, и со стоном сперма выплеснулась из головки члена.
Какое-то время Феликс неподвижно стоял в ванной. Затем, когда оцепенение прошло, он подмылся и смыл свое извержение. Прежде чем покинуть ванную комнату, он еще раз оглядел себя в зеркале. Задорно подмигнув своему отражению, он направился в комнату.
Вечер наступил неожиданно. Феликс даже не заметил, как оказался в темноте. Его мысли вновь вернулись к госпоже. Он с нетерпением ждал встречи. Что еще придумает она? Какие новые впечатления он сегодня испытает? Так он рассуждал мысленно, а палец тем временем массировал анус. Она появилась так же неожиданно, как и всегда.
- Я пришла. Приветствуй меня целованием ног. – Услышал он знакомый повелительный тон.
Феликс быстро вскочил с постели и бросился к ногам своей госпожи. Он жадно целовал пальчики ног, стараясь не вызвать ее гнева. Насладившись покорностью, госпожа вальяжно уселась мужчине на спину. Он слегка вздрогнул. Побои давали о себе знать.
- А теперь в ванную, – приказала она.
Феликс послушно повез ее в ванную на своей спине. Он аккуратно перебирал ногами и руками, идя на четвереньках. Оказавшись в ванной комнате, госпожа приказала Феликсу залезть в ванную и высоко поднять ягодицы, коснувшись дна ванной лбом. Феликс послушно выполнил. Госпожа включила душ и окатила горячей водой ягодицы. Затем она сняла распылитель, и быстрым толчком ввела шланг в анус. Феликс чуть не подпрыгнул. Горячая струя ворвалась внутрь его тела и с шумом выплеснулась обратно.
Госпожа лишь рассмеялась и принялась водить шлангом в анусе Феликса вперед – назад. Феликс откровенно стонал. Стонал, как женщина стонет под мужчиной при совокуплении. Очевидно, это нравилось госпоже, потому как ее смех становился все задорнее. Неожиданно она ввела шланг очень глубоко и оставила его там, выключив предварительно воду. Феликс облегченно вздохнул. Но на этом все не кончилось.
Госпожа принялась массировать одной рукой ягодицы, а другой настойчиво проталкивать шланг в глубь тела мужчины. Феликс почувствовал, как шланг уперся во что-то твердое и не мог проникнуть дальше. Госпожа настойчиво продолжала толкать.
- Я больше не могу. – Взмолился он.
- Можешь, подлая твар! Можешь. Расслабься и принимай его, кому скасала!!
С этими словами она сильно надавила на шланг, и что-то открылось в кишках у Феликса. Шланг легко и свободно проник еще глубже. Теперь Феликс отчетливо чувствовал каждое движение шланга в своих кишках. Он полностью расслабился, что бы облегчить боль, и закрыл глаза. Вдруг движение шланга остановилось. В следующий миг что-то теплое стало медленно заполнять внутренности Феликса. Ощущение теплоты приятно заполнило все тело. Захотелось распространить это тепло как можно глубже вовнутрь. Феликс медленно коснулся руками шланга и принялся сам вталкивать его в себя.
- Ах ты мрась!! – рявкнула госпожа.
Она грубо откинула руки Феликса и одним резким движением выдернула шланг из тела мужчины. Феликс вскрикнул, и упал на дно ванной без чувств…
Очнулся он там же в ванной. Он лежал на дне, теплая вода приятно обтекала и согревала. Госпожи не было. Все внутренности болели. Икры ног тряслись от пережитого напряжения. Феликс с трудом выбрался из ванной. Ощущение было такое, что по нему проехались на телеге, или будто бы его пинали всю ночь. Шагать нормально было невозможно. Феликс переваливался с ноги на ногу, почти не сгибая колени. Весь остаток дня он приходил в себя и приводил свое тело в рабочее состояние. Он с опаской ожидал темноты. Но, как ни странно с приходом темноты ничего не случилось.
Феликс лежал голым на кровати в ожидание свой учительницы, но она так и не пришла. Он выходил нагишом на балкон, ложился в кровать. Уходил в ванную комнату и на четвереньках возвращался обратно, в надежде стукнуться в ножки госпожи. Однако все было тщетно. Она не пришла.

Рабочая смена началась как обычно. Те же знакомые лица, друзья, заигрывающая официантка Марта и все такое. Та же пьяная компания в дальнем углу зала, посетители…
Феликс впервые ощутил скуку на работе.
- Мне можно пройти. – Вдруг услышал он знакомый голос. Феликс вздрогнул и
уставился на женщину, стоявшую рядом с ним. На него смотрели большие карие глаза в обрамление пушистых ресниц. Сомнений не было. ЭТО БЫЛА ОНА.

…На ту самую Эльзу Кох она показалась им похожа, которая, дрожа ноздрями от удовольствия, собственноручно порола и расстреливала в концлагере Равенсбрюк. А мой Игорь, который связи с мужской зоной почти не имел, параллельно и независимо от них назвал ее так же с первой встречи. Ну, правда, она ему в первое же его посещение заявила:
- Я же их не заставляю, как уголовниц, мне сапоги лизать...
А, наверное, именно эту картину - как Малая зона лижет ей сапоги - видела в самых сладких, несбыточных снах.

Ирина Ратушинская. «Серый – цвет надежды»


- Асбад пришел!
Феодора в полудреме чуть приподняла густые ресницы и усмехнулась.
- Пусть приблизится!
Асбад подходил медленно, воинским шагом. Из-под шлема стекали капли
пота. Неудачная ночь, непреклонность Ирины и смех императрицы оскорбили
его, и он метался по плацу, словно бешеный, солдаты и командиры изнемогали
от усталости.
Ирина покраснела и тут же снова побледнела. Сердце ее билось в
непонятном испуге. Она хорошо знала, как сердит на нее Асбад за то, что
она отвергла его мольбу, смяла и разорвала письмо. Лишь мельком она
посмотрела на него и увидела страшный взгляд, в котором полыхали и
страсть, и тоска, и любовь, и жажда мести; она быстро опустила глаза и
шепнула Феодоре:
- Асбад ждет!
- Proskinesis (поклонись и поцелуй туфлю - (греч.)), - громко
произнесла императрица, вытянув маленькую ногу в туфельке, на пряжке
которой сверкал аметист.
Асбад опустился на колени, коснулся лбом зеленой травы и пересохшими
губами поцеловал камень на ноге Феодоры.
- Раб трепещет в безграничном благоговении перед священной
императрицей и ждет приказаний!
Феодора не двинула бровью, не взглянула на Асбада. Сквозь
полуопущенные ресницы она не сводила глаз с лица Ирины, словно змея,
поджидавшая добычу. После недолгой паузы она произнесла:
- Я привезла сюда Ирину; пусть она накажет тебя за то, что напрасно
прождала тебя сегодня ночью, изменник!
На мгновенье раскрылись ее густые ресницы, и по лицу пробежала
демоническая радость.
Два сердца затрепетали под ее взглядом: сердце голубки под отточенным
ножом, и сердце Марсова пса Фобоса, разгрызающего железные узы. Асбад
прокусил до крови губу, Ирина вздохнула про себя. Она и не подозревала,
что императрица застала Асбада в саду. Она была убеждена, что причина
всему - предательство евнуха, который за двойную плату служил и Асбаду и
Феодоре. Начальнику палатинской гвардии больше всего хотелось выхватить
меч и пригвоздить к земле это существо, питавшееся чужими муками. Но он
должен был униженно склонить голову.

Финжгар Франц. «Под солнцем свободы»

- А-а-а! – торжествующе закричал Клычков. И вдруг завернул на столе скатерть вместе с посудой, с бутылками, с закусками, сбросил ее на пол, схватил Серафиму, посадил ее на стол. – Тогда обмети пыль бородой с сапог моей дочери, обсоси всю грязь!
Клычков взял Воркутина правой рукой за шиворот, поставил его на колени, левой схватил ногу дочери и ткнул в лицо ирбитскому торговцу.
- Целуй, в печенку тебя!! И… и все остальные… по очереди. Матвейка! Глядеть у меня в оба! Об увильнувших доложишь завтра…
Сажин с разбегу вскочил на стол, стал рядом с Серафимой, вынул из кармана карандаш.
Девушка сперва пыталась было оттолкнуть старика Воркутина, но не смогла – тот уцепился уже за ее ногу, как клещ. А со всех сторон гремели стулья, слышался стеклянный хруст – люди, как бараны, толкая друг друга, старались пробиться к ней один вперед другого.
И тогда… тогда она улыбнулась своими капризно-тонкими губами, чуть откинулась назад, уперлась в стол руками и, не переставая улыбаться, подставляла склоняющимся перед ней заводчикам, владельцам промыслов, торговых лабазов и контор попеременно то правую, то левую ногу…
Когда поднялся с колен последний купец, маленькие сапожки ее блестели, будто побывали у добросовестного чистильщика.

Анатолий Иванов. «Тени исчезают в полдень»

ЗНАМЕНИТЫЕ САДОМАЗОХИСТЫ



Весьма красноречив и показателен список великих людей, о которых достоверно известно, что они были садомазохистами: философы Гольбах и Руссо, Ницше, поэты Верлен и Рембо, писатели Сен-Сир, маркиз де Сад, Достоевский, Ретиф де ла Бретон, Альфред де Мюссе, мадам Жанлис, Жорж Санд, Клейст, Нордау, Рейнхардт, Захер-Мазох, Пшибышевский, Генрих Сенкевич, певица Шредер-Девриен и многие другие. Преобладание писателей объясняется не тем, что сама профессия способствует формированию этой особой сексуальной ориентации, а тем, что в своих произведениях, мемуарах пишущие чаще оставляли потомкам документальные свидетельства, позволяющие проникнуть в их сокровенный, интимный мир.

«Что это было – рабство или садомазохизм?» – под таким заголовком лондонская The Times публикует статью о недавней находке средневекового кнута. При раскопках лондонского дома эпохи 900–1050 годов археологи Лондонского музея обнаружили довольно необычный кнут XI века: с деревянным кнутовищем и кожаным хлыстом, завязанным узлами, – явно с целью причинить большую боль...
читайте здесь:
http://www.gazeta.ru/2005/11/21/kz_m178654.shtml

Создатель «сверхчеловека» запряженный в двуколку

На фотографии изображена вся Троица, снятая в Люцерне, на фоне Альп: Ницше и Рэ стоят, запряженные в двуколку, в которой сидит Лу, помахивая кнутиком. Как пишет Саломе, идея композиции и выбор фотографа принадлежали Ницше. То есть Ницше был согласен стать рабом, пусть сексуальным для Лу, но когда она ему не дала, а он не смог её взять, то пришлось всё вымещать на женщинах. "Ты идешь к женщине? Не забудь плетку!" - это выражение почему-то все с готовностью интерпретируют, мол, эта плётка для того, чтобы ею стегать женщину. Но своей фотографией Ницше убедительно доказал, что он имел в виду дать эту плётку женщине, чтобы она плёткой стегала его самого!!!
Я думаю это моё открытие должно полностью перевернуть понимание Ницше и обвинения его в женоненавистничестве должны замениться похвалой в мазохизме. Феминистки теперь должны быть исключительно счастливы.

М. И. Армалинский
"Чтоб знали!"

http://www.mipco.com/win/GEr156.html

Крайне интересное развитие тема Матриархата получила у немецкого профессора Германа Вирта, исследователя древнейших культур. Герман Вирт развил темы Бахофена и пришел к выводу, что Матриархат характеризовал не отсталую, примитивную культуру, но напротив - высочайшее духовное устройство человеческого бытия, в котором правили не идеи грубой силы, подавления, покорения и обладания, но, напротив, гармония, созерцание, справедливость и этическая чистота.

Любопытно, что сам Вирт связывал Матриархат с арийской расой, с жителями древнейшей страны Гипербореи. Почитание Женского Начала, Белой Богини характеризовало именно ариев, высоких голубоглазых белокурых людей, носителей утонченной духовной культуры и солнечной религии. Лишь после смешения с неарийскими народами Юга началась эпоха патриархата, которая постепенно трансформировала и сами арийские религии.

В результате этого многие небесные Женские солнечные Божества были наделены негативными, отталкивающими чертами... Это была своеобразная месть победителей мужчин побежденным Женщинам. Отсюда ведут начало многие негативные персонажи мифологий - семитская Кибела, орфическая "Черная Мать" Ночь (Никс), Амазонки, германские колдуньи и русская Баба-Яга, некогда бывшая тождественной Солнечной Царевне. Итак, конец Матриархата был тесно связан с расовой деградацией и смешением, с утратой арийцами своего высокого духовного достоинства, с переходом к новому и гораздо более грубому и низкому уровню этического и социального бытия.

Герман Вирт указывает на то, что в раннем христианстве, которое сам он считал духовным обновлением именно древнейшей гиперборейской арийской Традиции, достоинство Женщины было снова утверждено, нормативы ветхозаветного строгого патриархата были отброшены и широко практиковалось Женское священство и харизматическое пророчество. Характерной чертой арийской, индоевропейской культуры является почитание Образа, Изображения, Иконы. Это следствие общего культа Света, отличающего арийскую расу. И в этом вопросе снова строгое соответствие. История иконоборческой ереси в Византии показывает нам, что абсолютными сторонниками иконопочитания были именно Женщины - как из простого народа, так и Аристократки и Императрицы. Более того, иконоборчество продержалось так долго тоже благодаря странному совпадению - иконоборцы были активными, агрессивными, типично патриархальными деятелями, часто с откровенно семитической психологией. Тогда как долгое время на защиту икон выступали императоры и духовные деятели созерцательного, гармоничного, интуитивного, почти "Женского" склада, несравнимо более духовные и благородные, но уступающие противникам в грубой силе и коварстве.

Оккультные истоки Феминизма... Теперь мы подходим к очень деликатной теме. Если Матриархальный пласт составляет базу нашей психики, если он сопряжен с некоторыми важнейшими религиозными и даже расовыми установками - светопоклонничество, принцип доминации гармонии и красоты над грубостью и силой и т.д. - то почему бы не допустить существования какой-то организации, которая ставит своей целью возврат к изначальному положению дел. Мы знаем, что за многими сверхсовременными и "прогрессивными" явлениями стоят очень древние архаические мотивы. Так, например, коммунизм подспудно имеет в виду восстановление райского бытия, утраченного в начале истории (это осознавали и сами марксисты, называя изначальную форму человеческого общежития - "пещерный коммунизм" - тем же именем, что и последнюю, предполагаемую - тоже "коммунизм"). То же самое верно и в случае национал-социализма, стремившегося вернуть нормы древнейшего бытия - расовую чистоту, законы общины и т.д.

Столь же архаично по сути своей и ультрасовременное сионистское мировоззрение, обосновывающее само существование современного государства Израиль на легендарных и религиозных принципах далекого прошлого. И подобно тому, как можно задолго до появления самих коммунистов, нацистов или сионистов проследить в истории группы и организации, которые были ориентированы на достижения аналогичных целей.

Это социологический закон - прежде чем мировоззрение превратится в политическую реальность, в партию, государственное устройство, правящую идеологию и т.д., оно проходит вызревание в лоне тайных обществ, оккультных организаций, закрытых орденов. Это в частности. касается и самой христианской церкви, которая прежде своего имперского периода знала трудные и полные тайн периоды скрытого катакомбного существования. Почему бы не предположить нечто аналогичное и в истории современного Феминизма? Не существует ли Ордена Женщин, который ставит своей целью возврат к матриархальному строю? Если принять во внимание, что Феминизм зародился в лоне оккультных масонских организаций, а другая его ветвь (германская) была сопряжена с откровенным национализмом (почти расистского толка), то все это становится более чем вероятным.

Орден Непорочного Единорога. Библиотека

Фоторепортаж можно посмотреть по ссылке:

http://reznas.ru/forum/26-2166-1#46683

Большое спасибо, Agonia!

В ресторане "Нувель жюстис"(Нью-Йорк) в любой момент можно отложить в сторону вилку и насладиться шлепками полуобнаженной и нарочито грубой официантки, затянутой в кожаный корсет. В меню предлагается также "собачья дрессировка", когда клиента заставляют вставать на четвереньки и лаять, а затем бьют, как шелудивого пса, по ушам свернутой в трубку газетой. Можно потратиться и на публичное унижение - побитие прямо на сцене на" глазах публики.
Многие посетители ресторана садятся на детский стул, и официантка начинает с ложки кормить их манной кашей, наказывая, если они отказываются от очередной порции. Клиенты давятся едой от умиления происходящим.
Нью-йоркские садомазохисты также ловят кайф от повелительных окриков и грубости официанток. А если кто-то жалуется на недожаренный бифштекс или требует немедленно позвать главного менеджера, то за такое можно заработать восхитительный удар по голове каблуком женской туфли.
А в Лондоне звездой процветающего бизнеса стала предприимчивая девчушка Антуанетта Штенберг, берущая по 200(!!!) фунтов с каждого клиента за сеанс в ее камере пыток.
Она предупреждает мужчин, что специализируется на сексе и фантазии, поэтому надевает форму полицейской.
Те, кто побывал в ее застенках, рассказывают, как вежливая девушка мгновенно превращается в изрыгающую проклятия фурию, которая первым делом ставит своего клиента лицом к стене, ловко надевает наручники, раздвигает ему ноги и начинает секс-обыск. На робкую просьбу обращаться чуть полегче мужчина получает в ответ команду:
- Молчать. Я здесь устанавливаю правила и буду заниматься с тобой сексом на своих условиях.
Коронный номер Антуанетты - подвешивание клиента на дыбе под потолком. Потом она начинает на полу под ним заниматься любовью со своей ассистенткой. От такого особо чувствительные любители в экстазе ревут плачут, захлебываясь в соплях. Если они излишне досаждают, то получают солидную порцию тумаков, до тех пор, пока не затихнут.
После сеанса Антуанетта снова превращается в милую и обходительную англичанку и предлагает посетителю прийти в себя за чашкой чая.
Ну что, попробуем извратиться???
http://www.molva.ru/cat8/data2001-07-18article928.html

Обычная книжка. Обычный автор. А вот поди ж ты, тоже Тема...

ЖУТКАЯ БАБА!

Башка у Тарана лихорадочно соображала. То, что Полина будет вытворять с
этими бугаями, его особо не волновало. Блин, что же тут за спектакль
придумали? И самое главное - для чего? Чтоб убедить его, будто Полина -
некая тайная королева преступного мира? Или, быть может, тут, на теплоходе,
едет некто более солидный, кто должен в этом убедиться? К примеру,
какой-нибудь агент спецслужб, у которого в этой каюте установлены прослушка
и видеокамера? Но ведь если так, то весь "инструктаж", который Алик давал
Юрке и Полине, тоже был прослушан и записан. И тогда этот самый
гипотетический агент запросто поймет, что ему лажу вкручивают... Между тем
Полина начала командовать жлобами:

- Что стоите, козлы вонючие?! Раздевайтесь! За "козла", как известно,
принято отвечать. За это в приличных местах могут и "пасть порвать и
моргалы выколоть". Стерпеть такое от какой-то девки?! Даже Таран, который
не считал себя связанным блатными понятиями, да и вообще не причислял себя
к бандитам в полном смысле слова, наверно, сделал бы Полине замечание. Но
эти-то - громилы настоящие! - почему-то стерпели. И, не выказав никакого
неудовольствия, покорно стали раздеваться. Причем, как это ни удивительно,
без каких-либо шуточек-прибауточек, похотливых хихиканий и издевательских
реплик в адрес Тарана. Они раздевались быстро, но не потому, что жаждали
посерее сцапать Полину в свои мохнатые лапищи, а потому, что опасались
вызвать ее гнев. Это было "четко видно по их взволнованным рожам.

- Быстрее, быстрее! - поторапливала Полина.

И хоть бы один огрызнулся, черт побери! Нет, они поспешно стянули с себя
остатки одежды и стояли теперь перед Полиной навытяжку - голые, волосатые,
татуированные, "мышцатые". А она им даже до плеча головой не доставала. Но
они ее явно боялись!!!

Еще несколько минут Таран подозревал, будто и Полина, и ее кавалеры просто
прикалываются по какому-то тайному уговору. Хотя откуда этот уговор мог
взяться, ведь этих бугаев не было ни в охране Магомада, ни в той компании,
которая со-, провождала Алика на "Соболе". То есть ни на даче, ни в
подсобке на рынке, где Полина время от времени выпадала из поля зрения
Тарана, никакого сговора быть не могло. А на теплоходе Полина все время
сидела здесь, никуда не выходила. Нет, если они сговаривались, то еще
задолго до того, как на даче появился Магомад и началась вся эта
кутерьма...

- Лечь на пол между диванами! - приказала Полина. - Лицом вниз! Руки
вытянуть вперед, ладонями вниз! Не шевелиться!

Бугаи улеглись на пол так послушно, будто на них было наведено с десяток
стволов. А Полина поставила стул спинкой к переднему краю столика, сбоку от
которого сидел Таран, вытянула ножки и положила пятки на стриженые головы
жлобов.

- Тебе все хорошо видно, миленький? - произнесла она каким-то пошленьким
голоском, обратившись к Юрке.

- Да... - пробормотал Таран и, как это ни удивительно было для него самого,
ничего больше произнести не сумел. Будто горло перехватило.

- Эй, вы! - жестко процедила Полина бугаям. - Забыли, что надо делать?!
Покажите, как вы преданы своей госпоже!

Громилы осторожно приподняли свои бошки, нежно взяли Полину за лодыжки один
за левую, другой за правую - и, чуть ли не с благоговением поддерживая
ладонями, приложились губами к подошвам ее ног.

- Плохо! - сказала Полина. - Лизать языками! Иначе я вас жестоко накажу.

И бугаи, вытянув языки-лопаты, стали облизывать ей ступни. Надо сказать, не
самые чистые, потому что пол в каюте был вовсе не стерильный, а Полина
довольно долго ходила по нему босиком. Таран почему-то думал, будто Полина
зайдется визгом и хохотом от щекотки, но она только блаженно улыбалась,
изредка поглаживая себе грудки.

Таран уже понял, нет, ни фига это не сговор! Это что-то другое, непонятное,
вроде того, что происходило зимой с самой Полиной, Магомадом, его
племянницами и еще несколькими людьми после того, как они хлебнули водки,
куда был подмешан некий таинственный порошок. Тот самый, из банок, которые
обнаружились в подполе бельевой бывшего санатория, где заправляла толстуха
Дуся. Поведение бугаев, беспрекословно повинующихся фантазиям Полины, оченьнапоминало то, как вели себя кочегары санатория, когда ими командовала
коротышка Лизка. Правда, та просто заставила их уголь кидать без передышки,
а потом сказала: "Стоп!", и они аж застыли с лопатами в руках...

Но ведь Юрка был готов поклясться, что у Полины не было времени и
возможности напоить бугаев этим жутким зельем, напрочь лишающим человека
собственной воли и превращающим его в биоробота. Может, это сделал Алик? Но
и Алик вел себя как-то странно, слишком уж покорно.

Да, чем больше Юрка припоминал и анализировал поведение Алика, тем больше
ему казалось, что и тот действовал против собственной воли. Но его-то
Полина уж никак не могла напоить! Они с ним виделись исключительно на
глазах Тарана. Да и где бы она, в конце концов, спрятала водку с порошком?
Ведь все чемоданы нагружали бойцы Нарчу, а у нее самой ни под курткой, ни в
карманах ничего не было!

Нет, тут все-таки что-то другое. Те, что зимой наглотались этой дряни,
выглядели совсем неживыми. У них и лица были неподвижные, и никаких эмоций
на них не отражалось. И они без приказа и шага сделать не могли. Таран ведь
и сам напоследок покомандовал всей этой братией во главе с Седым, когда
выводил их из канализации на очистные сооружения. Алик же и эти громилы
выглядели более-менее нормально, и внешне их действия выглядели
осмысленными. К тому же Полина ведь не говорила жлобам напрямую: "Целуйте
мне пятки!" Она им сказала: "Покажите, как вы преданы своей госпоже!" И они
стали ей пятки целовать. Если б димой самой Полине, когда она в этом
"кайфе" находилась, отдали такой нечеткий приказ, она бы его не выполнила.
Да и второй приказ: "Лизать языками!" - для тех "закайфованных" был бы не
очень понятен. Неясно, что лизать: все ступни, только пятки или пол, по
которому все это ходит?

Между тем Полина, насладившись покорностью детин, по велела:

- Хватит! Недостойные свиньи! Ничтожные рабы! В должны быть наказаны!

Тут Таран впервые услышал голоса бугаев. Но какие!

Тот кто, казалось бы, должен был самоуверенно басить, залепетал наперебой,
как провинившиеся детишки:

- Прости нас, о великодушнейшая! Помилуй нас, о повелительница! Взываем к
твоему милосердию!

Конечно, Юрка понимал, что в России, как в самой читающей стране мира, даже
отпетые бандиты вполне могли ознакомиться с "Тысячью и одной ночью" и
припомнить все эти подходящие к случаю восточные витиеватости. Дядя Вова,
например, Седой или тем более Магомад. Но насчет бугаев, которых попирала
ножками Полина, он сильно сомневался. По разумению Тарана, последней
книгой, которую эти конкретные ребята прочитали, была "Курочка Ряба". И то,
что они не начали гундосить: "Сеструха, ты чо, в натуре? Не гони волну!" -
было для Юрки еще одной неожиданностью.

- Милосердие мое велико, но не безгранично! - суровым тоном абсолютной
властительницы произнесла Полина. - Лежать! И молите Всевышнего, чтоб он
сделал мое сердце мягче!

С этими словами она встала со стула, надела на босые, облизанные жлобами
ступни свои туфельки на острых каблучках, а затем неторопливо прошлась по
спинам своих "рабов". Тарана аж передернуло, слегка, когда он представил
себе, каково им это было вытерпеть. Уж о чем, о чем, а о том, что эти
"шпильки" собой представляют, он знал. Именно таким каблучком с медной
подковкой чертова Дашка проломила висок домушнику, которого они с Тараном
приняли за журналиста Крылова. Этих, здешних, Полина не протоптала
насквозь, но следы на спинах оставила.

Между тем Полина вынула из платяного шкафа крепкий кожаный ремень,
предназначавшийся для Юркиных свежекупленных брюк, и, гадко ухмыляясь,
приказала "рабам":

- На колени, гадкие мальчишки!

"Рабы" поднялись на колени, повернулись лицом к Полине, и она, помахивая
сложенным вдвое ремнем, подошла к ним и встала, широко расставив ноги.
Бугаи покорно нагнули головы, уперлись руками в пол.

- Сейчас я вас буду жестоко сечь! - объявила "повелительница". - Кто хочет
первым искупить свою вину передо мной?

Хотя Таран вовсе не считал, что несчастные жлобы в чем-то виноваты перед
Полиной, он уже не удивился, когда оба "раба" наперебой забормотали:

- Я! Я! Накажи сперва меня, о величайшая! Великая услада терпеть боль от
твоей руки!

Именно в этот момент Юрка понял: они говорят то, что хочет услышать Полина,
и возможно, что она каким-то таинственным способом диктует им, что именно
произносить.

- Ты! - Полина ткнула пальцем в макушку того из "рабов", кто стоял напротив
ее левой ноги, после чего зажала ему ляжками шею.

- О-о, - раздувая ноздри и садистски сопя, оскалилазубы Полина, - как
славно я тебя выпорю! С этими словами она размахнулась и изо всех сил
хлестнула "раба" ремнем. Крепко, так, что красная полоса появилась. Однако
"раб" принял этот явно болезненный удар со счастливой улыбкой - будто
ничего слаще в жизни не испытывал. Глядя на него, Таран ни в жисть бы не
поверил, что этот жлоб уродился мазохистом. Садистом он его еще сумел бы
представить. Но эта сладострастная, искренне-восторженная улыбка Юрке не
почудилась. Таран увидел ее в зеркале на открытой дверце платяного шкафа,
ибо непосредственно в его сторону была обращена задница наказуемого.

- Вот тебе! Вот тебе! - распаляясь от сознания своей власти, Полина с
подлинной яростью полосовала эту задницу ударами ремня, а второй мужик,
ждавший своей очереди на экзекуцию, нежно гладил ее ноги и целовал пальцы
на ногах. Потом они поменялись ролями: Полина начала сечь второго, а
выпоротый - гладить и целовать ноги мучительницы.

Таран пожалел, что в свое время почти не расспрашивал Милку, которой
доводилось играть роль садистки в порнотеатре Дяди Вовы и ублажать
настоящих мазохистов. Может быть, она могла бы ему объяснить, отчего такие
бзики происходят и как расценивать поведение Полины и ее партнеров: как
игру или как натуральное извращение. Впрочем, Милка о своем проклятом
прошлом вспоминать не любила и навряд ли стала бы разжевывать Юрке
подробности.

Однако одно оказалось несомненным: у обоих жлобов после порки поднялись их
"инструменты".

- Ты! - Полина ткнула пальцем в голову того, кого первым выпорола. - Лечь
на спину!

Детина покорно улегся на пол. Полина вальяжно прошлась до столика, около
которого мрачно сидел в объятиях своих мыслей Таран.

- Ну, а теперь самое сладкое, дорогой! - все тем же паточно-приторным
голоском проворковала она. - Ты ведь хотел этого, верно? Сейчас ты увидишь,
как меня ....! Сразу двое!

И она оторвала от "пулеметной ленты", принесенной Тиной, сразу два
"патрона", а затем бросила их "рабам". Те ухватились за них, как собаки за
косточку, и тут же накатили себе на шишки.

- Не пропусти ничего! Смотри внимательно! - оскалилась Полина, поставив
ноги по обе стороны лежащего на спине мужика. Затем она присела на корточки
и нарочно раздвинула коленки пошире, чтоб Таран мог все видеть. Лампа
светила прямо туда...

- Я приговариваю себя к посажению на кол! - торжественно объявила Полина и,
придерживая ручками то, на что садилась, с легким стоном плавно присела,
неторопливо так, чтоб Юрка все разглядел, куда и как вошло. Вот жуткая
баба!

- А ты - спереди! - велела Полина второму "рабу", укладываясь спиной на
грудь первому. Тот улегся сверху, причем специально ноги раскорячил, обняв
ими и Полину, и своего коллегу. Так что ничто не помешало Юрке увидеть, как
у них втроем получается... Тьфу! Глаза бы не смотрели.

Но тем не менее Таран, которому, казалось бы, ничего не мешало отвернуть
голову в сторону, начал пялить глаза на это безобразие. Сначала с
презрением, отвращением и ненавистью, потом - с любопытством и интересом и,
наконец, как ни удивительно, с завистью и вожделением. Эти настроения у
него изменялись в течение одной минуты, не больше.

Влодавец Леонид. «Против лома нет приема»
http://www.virlib.ru/read_book.php?page=55&file_path=books/2/book00989.gz

Звездное порно

Участники шоу «Две звезды – 2» порадовали жюри и зрителей своими выступлениями с сексуальным подтекстом.
И если Тарзан вышел на сцену, обернув бедра шелковой простынкой, то некоторые звезды пошли еще дальше, устроив на сцене настоящие секс-оргии с уклоном в садо-мазо.
Номер Елены Воробей и Бориса Моисеева поначалу выглядел вполне прилично, но потом Леночка скинула с себя белую шубку, оставшись в кожаном садистском прикиде, отобрала у Бори плетку и выдала та-а-а-кое, что у многих мурашки по коже побежали. Жюри понравились ролевые игры участников, одной лишь консервативной Барбаре Брыльске все это шоу оказалось в диковинку.
– Я сексуальная, но таких чувств у меня никогда не было! – призналась, округлив глаза, полька.
– Ну так надо попробовать! – немедленно посоветовал ей Максим Галкин.

http://www.tden.ru/articles/022449/

Похоже эту рубрику я сделаю в журнале постоянной...

Неунывающая британская супермодель Наоми Кэмпбелл обнародовала свежие снимки для новой рекламной кампании популярной модной марки Pinko. Наоми, как всегда, бесподобна в облегающих костюмах, узких платьях и мини-юбках из новой коллекции Pinko. Единственное, что вызывает недоумение, - присутствие на фото мужчины в костюме для занятий садо-мазо.

На одном из недавних светских раутов Жанна Фриске в очередной раз доказала, что равных ей по обаянию и привлекательности сейчас в России, пожалуй, нет.
Придя на вечеринку, посвященную дню рождению модного мужского журнала, Жанна и не собиралась никого провоцировать на поклонение и спонтанные признания в любви. Она скромно встала в сторонке, решив понаблюдать за шоу, разворачивающимся на сцене.
И тут, совершенно неожиданно, откуда ни возьмись, к Фриске подбежал молодой человек и, не сказав ни слова, опустился пред ней на колени и начал целовать ноги артистки. Растерявшись, Фриске сначала не могла вымолвить и слова, затем рассмеялась и попросила юношу встать, наконец.
Нежданный поклонник незамедлительно исполнил просьбу и оторвался от своего занятия со словами: "Жанна, Вам я поклоняюсь" (или вроде того, точной формулировки впоследствии никто из участников этого эпизода не вспомнил). Не попросив ничего, молодой человек, виновато улыбнулся Фриске и ретировался восвояси, не назвав даже своего имени.
- Мне приятно внимание, но не до такой же степени, - сквозь смех рассказала Жанна после инцидента. Впрочем, было видно, что ей даже к такому экстравагантному проявлению чувств по отношению к себе не привыкать.
После ухода из "Блестящих", успешного начала сольной карьеры, активного участия в реалити-шоу на Центральном телевидении, а в последнее время и благодаря съемкам в известном фильме, Жанна превратилась в настоящую икону стиля, женственности и красоты, за что даже получила несколько официальных титулов.
Тем не менее, Фриске до сих пор предпочитает не афишировать свои отношения с мужчинами, предпочитая оставаться с виду абсолютно независимой дамой с собачкой (про собачку, подаренную ей Дарьей Донцовой, Жанна может рассказывать часами).
Известно лишь, что Фриске нравится практически всем: бизнесменам и водителям автобусов, москвичам и жителям Перми, мужчинам и женщинам. И многие незнакомцы готовы целовать ее ноги, представься им такая возможность.
Источник: Dni.ru