Тут зашел разговор прастихи.

Друг мой один, режиссёр и вообще хороший человек, сказал - я вот, Кать, прости, твои стихи читать не могу. Я приобиделась - почему, дескать, не могешь? Он говорит - вот девушка моя картины рисует, хорошо рисует, художник она, монументалист, только страшные они у нее больно. Я её как-то прошу - ты бы хоть зайчика нарисовала, что ли... А она мне: зайчика могу, так ведь вокруг всё равно будет кладбище...

Успокаивает то, что мои картины ему нравятся - дракончики, зайчики, и лысые девочки с красными глазами... в хентайных шортах и летних кедах, на обледеневших улицах..

Совершенно самоубийственно выходить в такую погоду на улицу; это мне говорит мой здравый смысл и встроенные в нос термодатчики, когда я открываю окно и всем этим носом туда суюсь.

Это, во-первых, совершенно бессмысленно, говорит здравый смысл, а, во-вторых, просто опасно: с карниза может обвалиться ненароком сосулька прямо по голове, а также можно упасть. Мордой в грязь - хочешь? И мокро. Нет, не хочу в грязь, но натягиваю почти совсем непромокаемые кеды тракторной фирмы катерпиллер и что-то вызывающее доверие здравого смысла - потому что с капюшоном и зелёное. Кажется, это "аляска". Вот, теперь я готова.

А вы думаете, зачем я туда иду? За водкой? Ха. Нет. Я иду туда за ПЕЛЬМЕНЯМИ и КОМПОТОМ. Это край. Здравый смысл в коме. Вернусь - расскажу. А если нет, прошу отдать мои гитары Наде. Она их продаст и купит себе жигули.

С утра ничто не предвещало столь поганого изменения погоды, кроме даты. Ну, заныл августовский перелом, и плюшек тёплых прямо с утра, конечно, захотелось, но как-то такой дряни не предвиделось совсем. А сейчас у церкви спал бомж, укрывшись шубой, пока я месила кедами грязь, преодолевая подъём, а на бульваре двое панков, такие уже почти бомжи, читали под проливном дождём: он - книгу, она - журнал. Совершенно мокрые.

А на балконе висит зелёное белье и теперь точно не высохнет, и нужно его перевешивать, и небо рядом с зелёным совсем серое. Не знаю я, что со всем этим делать, наверное, писать добрые и весёлые песни. Или больших креветок варить.

ЗЫ зато в гостях накормили уткой. В яблоках.

В день дурака, устав бороться с желаниями своего организма, я собрала остатки воли в кулак и пошла в ночи за газировкой, крем-сода называется. Также за бутылкой молока, ну и сигаретами. Около магазина стояли дети и пили энергетический алкогольный напиток "Ягуар". В два часа. В небе висел месяц. Выли собаки.

А мне вот интересно, первое апреля - оно зачем? Его как-нибудь кто-то ну, не отмечает, но хоть замечает?

В связи с весной нашла фотографию, сделанную в прошлом году где-то в конце мая. В соседнем дворе тогда обнаружилась некая сакура, про которую, впрочем, выяснилось, что она вовсе даже абрикос.

Это я: в гусеничном капюшоне ем абрикосовый цветок.

Как славно и чудесно не смотреть телевизор. А когда включаешь, узнаешь много нового. Например, реклама: кетчуп балтимор всё, что угодно сделает едой... О-о, я боюсь даже представить.

Хотя что это я - человек, который в полночь жарит блины, потому что телевизора пересмотрел, может быть более снисходительным. А вообще, хорошо, что я после парфеновской передачи о Гоголе не кинулась делать вареники с вишней. Это был бы явный перебор.

В то время как окончательно опетербуржившийся Вова ГУВХ опять кормит Гектора и Магду всякой не самой полезной для здоровья херней, а они от этой херни собираются танцевать под Штрауса (а лучше бы они танцевали под Шнитке), я задумываюсь о том, как тяжело переучиваться пользоваться обратно недорогой техникой. Есть в этом какая-то глубочайшая инфернальная справедливость.

И странно - может быть вкусной дешевая еда? Может. А нормальным быть дешёвый мобильный телефон? Хуй. Не может.

Уставший мозг, убитый никотином,
Себя под утро чувствует кретином.

Пипл! Я стишки иногда переделываю, в течение часов двух, не меньше, потому забирая в цитатник или куда еще, смотрите, а то потом у вас будет неправленая версия.

Пустая тачка с выбитым окном и вырванным сиденьем - у шофера.
Как холодно. Пустой бульвар восьмеркой навсегда - от тёмного угла до светофора.
Как больно. Вытравленный день, как перекисью волосы нероковой блондинки.
Не суть. Меня сегодня отравляет ртуть, разлитая по венам невидимки,
Чтоб виден стал. Не стоит пустоте расхаживать с монетками в кармане,
Ключами от квартиры и гвоздём на шее, всё равно - ведь видно лишь в тумане,
Как я иду. Чужих дверей замки залиты воском и не видно окон -
Они забиты. Снова налегке танцую в такт уже не слышным нотам,
Как осенью. Весны не видно ничерта, и странно было бы задуматься о лете.
Как пахнет жестью и помойкой, где родятся крысиные, наверно, дети.
Как холодно. Чужой утрачен звук, казавшийся своим из подворотни.
Я в городе, в котором слишком много мест, похожих на окрестности Капотни,
Особенно сейчас. Не видит снов почти - в подвале прикорнувшая собака
У тёплых труб. Я тёплый гость - ещё не выдуманный, как от рака
Таблетка. Хочется тепла. А выпадает лишь кромешный холод.
Запутавшаяся в облаках звезда не даст надежды, но подаст мне повод.

Облака цвета чёрной смородины с молоком.
Иногда вспоминается тот, кто знаком.
Иногда получается придумывать сны
За тех, кто успел и съебался в кусты.

Обледеневший асфальт, чуть белый, так сух
И совсем не скользится; парение мух
Очарованных заканчивается на нём -
Снова снег в марте. Опять играем с огнём,

Сидя на кухне - место не изменить,
Можно пить, ну а можно и вовсе не пить,
Гнать очередные телеги про всё
Составляющее нынешнее бытиё,

Не касаясь только того, что болит -
Давайте не будем утрачивать аппетит
От пустяков. Вот лампа, вот чай,
Остатки вина, добытого невзначай,

Шторы (кремовые), вечер, рука
Касающаяся руки - дрожь слишком легка
И незаметна, чтобы заговорить
Об этом. Еще чашку налить?

Да, пожалуй. А вот история о
Том, что было - передай молоко
(не важно о чём - но нужно же чем-то занять
Речевой аппарат, чтобы не то не сказать,

И не ляпнуть того, что вовсе не воробей,
И имеет последствия) Послушай... Далеко, на озере Чад,
Где живёт много чёрных людей,
Высохло озеро Чад. И нет больше зверей...

А я бы хотела назад -
В сад, начинающийся у дверей.
И кажется, это легко.

Я чихать хотела, на тех, кто:
Я наверное с теми, кому по.
Иногда это вижу, иногда - нет.
Открываются окна. А там - свет.
А внутри лихорадка: вопрос - ответ,
Пора учиться купировать приступ "что".

Злость разорванных, пополам или мельче, нот.
Недостижимое - проливать пот
На землю, пусть трава колосится, травка,
Тимофеевка...
Правка не спасет, когда суть - избита;
Дочиста рук отмытых суть, непригодная к той работе,
Что выбрана, пусть в икоте -
Пьяной, или наоборот -
Помолясь и вверив душу тому, кто хотел б дослушать - но
В какой-то момент отвлекся.
А в груди, резонируя, бьет оно -
Что хочется прыгнуть с крыши, не задумываясь о квоте
На бескрылых и прочих, кому
Вытирая разбитый рот
Трудно бывает не задуматься о полете.

Размеры окон. Мягкость кресла. Сон
И свежесть хлеба, сахар, терпкость чая -
Все просто. Выдержанный стон
Звучит, когда его не ожидают.
Спокойствие чужих домов - вранье.
Там тоже ждут, когда взорвется мина
Под чьим-то взглядом. То, что есть - мое
Пусть будет, и неостановима
Весенняя капель. Черт. Скучный звук.
Но хочется опять его услышать.

В мобильнике на эсэмэсах - стук,
Как будто бы вернулся тот, кто вышел.

Smells like teen spirit

Тори Амос




Патти Смит

Бах и ладан. И чай со сливками. И снег за окном, точнее, даже не снег, а какая-то удивительно гнусная морось. Но на нее, в общем, плевать, если бы не неотложная необходимость выйти за сигаретами. Жаль, что у меня нет плеера - как это было бы сейчас чудесно, прямиком по снежной каше в летних кедах, мимо грязных машин, а в плеере старый собор со стрельчатыми окнами и шахматным полом, в котором пусто и тепло, и никого, кроме меня и органиста. Будьте добры четвертый кент? Кент... Кентерберийский собор. Тьфу. Не пойду в магазин, нафиг.

Телефон таки сдох.

1. Рекламный концепт:
Что будет, если засунуть мобильный телефон Nokia в режиме обычной стирки в стиральную машину Indesit? Кто победит? Правильно, это будет скорее всего ничья, особенно если высушить Nokia феном Bosch*.

2. Как это делается:
А что будет, если отключился интернет от Акадо, причем специалисты из сервисного центра ни фига не втыкают, в чем дело, и грозятся прислать мастера для замены части оборудования? Нужно сидеть и ждать, пока приедут добрые дяди и спасут меня, оказавшуюся практически в полном отрыве от всемирных информационных систем? Неа. Нужно зацепиться в коридоре ногой за провод, в месте разъема, вырвать его нахуй, а потом наугад воткнуть торчащие в разные стороны проводки обратно, в хаотичном порядке, точнее, совершенно беспорядочно. Вуаля: интернет работает. И можно обойтись без визита специалистов.

__________
*Фен Bosch уже давно сломался, и сушила феном Polaris. Но поскольку марка не сильно раскрученная, пришлось немного подтасовать.

PS телефон работает, но иногда по нему пробегают зелёные зигзаги. То есть по дисплею.

Низкий берег - озеро или море. Маленький дом.
Камин или, чёрт с ним - печка,
Пусть - электричество или свечка, мне всё равно,
Это неважно - сплин здесь невозможен.
Кожей чувствовать, что пора вставать или пора ложиться,
Садиться на постели, озябнув -
Подкинь дров (или выкрути газ или что там)
Кто там? Утро в окно. И берег -
Солоно. И щекотно - смешно, прекрати меня щекотать, я сама встану.
Рано. И заживают раны. Курить в пепельницу
Со следами твоих пальцев
На некогда мягкой
Глине.