Юрий Кукин: "Однажды, после выступления в ленинградском кафе "Восток", ко мне подошел парень и попросил: "Юра, напиши что-нибудь про нас, альпинистов". Звали его Леня Земляк. Был он высокий, красивый, с черной бородой. Из разговора с ним я уяснил, что альпинизм — это поиски смысла. Какого — он не знает, об этом как раз я и должен написать. Еще услышал, что альпинизм — удел тридцатилетних, в тридцать лет у человека лучшие достижения в этом виде спорта. А потом он стал говорить, что песни, которые мы поем, тоже расчитаны на этот возраст, правда уточнил, что имеет в виду условные "тридцать" — от 25 до 40. Эти годы и есть вершина человеческой жизни, до условных тридцати человек много может, но мало понимает, потом — наоборот. Я все запомнил и поехал в экспедицию. Там неожиданно для себя написал песню. Когда ее спел, понял, что ничего не придумал, а просто срифмовал мысли Лени Земляка. ... Леня погиб в горах. Песня посвящается его памяти."