В колонках играет - Чечня в огнеНастроение сейчас - Хорошее)))Вот сейчас. на закате дня у меня появилось желание написать кое что про орков. Нас, орков, называют тупыми тварями и считают что мы можем только драться... ведь это не так. я знаю... вот, захотел написать книгу про нас, родимых. Пока для того, что оправдать орков в глазах других)
…Тания проснулась как обычно раньше своих родителей. Молодая девушка, орчиха всегда просыпалась раньше них и вставала чтобы пройтись, прогуляться к реке и там умыться прохладной, студеной водицей. Сбросив с себя немного изодранную, но довольно таки плотную ткань, которая заменяла ей одеяло, девушка поднялась с «кровати» На самом деле назвать эту деревянную, добротно выточенную доску, кроватью было бы неправильно, но Тания была рада этой. По быстренькому натянув на свое нагое тело накидку, Тания вышла из юрты. Теплый воздух, который впитал в себя утренние лучи солнца пахнул ей в лицо, от чего девушка закрыла глаза и улыбнулась. Ей нравилось жить.
Стоит отметить что Тания была самой жизнерадостной и беззаботной девушкой в деревне орков. Если остальные девицы ее возраста были суровее, строже и гораздо собраннее, то Тания была простой жизнерадостной болтушкой, наивной и беззаботной. Ей казалось, что этот мир не создан для скучных учений и тренировок, этот мир создан для того чтобы жить. Он создан для того, чтобы они все в нем жили. И не важно кто – люди, Орки, гоблины, тролли, ей хотелось чтобы в этом мире были все живы и никогда не умирали.
По пути к реке, Тания зашла на довольно таки знакомую ей полянку с цветами. Где то неподалеку отсюда она посадила еще с раннего детства небольшое деревце. Сейчас же оно вымахало в здоровенное дерево, которое девушка уже не могла обхватить руками. Она любила разговаривать с деревом, и, иногда, ей даже казалось что оно ей отвечает.
- А вот этот цветочек самый лучший – сказала Тания, заметив цветок с голубоватыми лепестками. Он чем то напоминал ей розу, но назывался как то по другому. Хихикнув, девушка сорвала его и пошла дальше.
Река была в нескольких километрах от их деревни, и потому ее отец не разрешал ей ходить так далеко одной – люди-работорговцы были где-то неподалеку. Вражда между людьми и орками, о которой ходили множество легенд продолжалась уже не одну сотню лет и все никак не прекращалась. Представители обоих рас и сами не помнили из за чего началась эта война, что послужило тем огнем который разжег ее, но им было это и не важно – враг моего отца – мой враг. Таковы были законы этого мира.
- Благослови меня, Лайна – поклонившись сказала Тания, прежде чем подошла к реке. Лайна – это было могущественное божество по поверьям орков, которое даровало жизнь всей земле и всем существам на земле. Те, кто умел разговаривать с духами воды, считались очень мощными шаманами, ведь вода – это первый и единственный представитель Лайны.
- Дающая жизнь, позволь мне смыть с себя свою грязь и грехи в твоих водах – попросила девочка, встав на одно колено и заглядывая в самое дно реки. Конечно, она не ждала, что сама Лайна вдруг ей ответит, потому и не стала дожидаться ответа. Она и без того знала, что она разрешит ей это сделать. Лайна всегда позволяет смыть все грехи с себя в своих водах. Скинув свою накидку, девушка погрузилась в прохладную воду. Сначала она было думала выпрыгнуть, уж дюже было холодно, но самосознание подсказывало – только тот, кто терпелив заслуживает очищение. Умыв двумя руками свое лицо, она нырнула к самому дну. Каждый день Тания плавала здесь в тайне от своего отца. Он, конечно же, догадывался о том, что она сюда ходит, но и не мог же он связать ее по рукам и ногам на самом деле. Орки – свободный народ, и никто, даже собственный родители, не смеют ограждать ее свободу.
- Лайна, даруй очищение и моим сестрам - шепнула она, вылезая из воды. На момент она отвлеклась – она заглянула в воду, чтобы увидеть там свое отражение. Шестнадцителетняя, прекрасная, обнаженная девушка предстала ею виду. О да, Тания любила любоваться на свое отражение в воде, и дивится своей красоте. Хотя в деревне и было много прекрасных девушек, гораздо красивее ее, здесь она себя ощущала королевой бала. Два небольших бугорочка, ее прекрасная грудь, многие войны орков заглядывались на нее. Хоть она и была плоской, но это у орков считалось эталоном красоты – чтобы грудь девушки не была очень большой.
- Надо идти домой – устало и немного разочарованно вздохнула девушка. Идти домой ей не хотелось, потому что на это уйдет как минимум половина дайжа(часа) , а во вторых там ее ждет очередное занудное наставление отца, о том что ходить к реке одной небезопасно. Но ведь она была не из тех, кто боится! Она орк, она свободна и вольна делать все, что захочет и земли, обдуваемые ветрами Агатота - это ее родные земли, она может передвигаться по ним совсем без опаски. Так по крайней мере рассказывала ей ее мать. Домой Тания шла неторопливой походкой, оглядываясь вокруг и наслаждаясь красотой окружающей ее природой. Пение птиц, журчание ручья, теплые лучи солнца, Тания просто сейчас так и хотела прокричать что жизнь прекрасна.
- Ты опять ходила к реке!? – на пороге стоял ее отец, облаченный в боевые доспехи и с оружием в ножнах
.- Отец, я… -
- Я ничего не хочу слышать! Сколько можно? – он подскочил к ней и схватил ее за руку. Тания было попыталась вырваться из цепких лап ее отца, но куда ей было, хрупкой девушке до мощного и сильного война.
- Живо в дом! – приказал он ей и не дожидаясь ее ответа затащил в юрту.
- Разве я тебе не говорил, чтобы ты не ходила по утрам к реке?! – грозно прокричал он, нежели спросил. Тания наконец таки вырвала свою руку и отошла немного назад.
- Говорил отец. Но я… -
- Ты моя дочь. И духи жизни, посланники Лайны, завещали нам слушать своих предков и старших. –
- Они мудрее и умнее… - закончила за него Тания. – Я знаю, отец. Но все таки – мне уже шестнадцать лет и я вполне смогу постоять за себя –
- И чем же ты это сделаешь? Кроме ногтей, у тебя ничего больше нет –
Тания посмотрела на свои ноготки – небольшие, не очень длинные, потому что девушка постоянно обтачивала их о камни, красивые, нежные.
- Я смогу постоять за себя – прошипела Тания снова, пряча глаза от своего отца.
- Хватит, Ламберг, она еще молода – Мать Тании, грозная женщина-шаманка Гюль вышла из за навесной стены, состоящей из какой то тряпки .
- Гюль, это еще не значит что она должна добровольно отдавать себя в рабство! – отреагировал тут же Ламберг, на замечание жены, которая вступилась за дочь.
- Ты вспомни споры со своим отцом, когда ходил на ту же реку вместе со мной на гуляния-
Ламберг что то было хотел сказать, но тут же замолчал.
- Ладно, Тания, мы с тобой потом поговорим. Сейчас тебе надо идти на тренировки – произнес он, и сел на землю.
- Так то лучше – улыбнулась Гюль и подмигнула своей дочери. Тания улыбнулась ей в ответ и вышла из юрты. Она так же как и мать, тренировалась быть воинственной шаманкой, чтобы в боях сеять смерть и ужас среди противников ее племени. Но она очень и очень этого не хотела! Она не хотела нести смерть и ужас кому бы то ни было живому, причинять им боль. Ей не представлялось – как же это возможно – причинять кому то боль, только потому что кто когда то давно поссорился. Но как сказал ей отец – «Человек никогда не будет думать так же как и ты. Он никогда не пожалеет тебя, и обязательно продаст тебя в рабство…»
Рабством ее пугали с самого детства, хотя Тания имела смутное представление что это такое. Мать говорила ей, что это когда тебя продают кому то и тот кому тебя продали становится твоим хозяином и может сделать с тобой все захочет. Но Тания так и не могла понять как это.
- Ты уже опаздываешь! – нервно сказала ее подруга Линн. Такая же молодая, но слегка невзрачная девушка-орчиха, с которой Тания дружила очень давно.
- Не беспокойся, Линн, успеем! – задорно ответила ей девушка. Линн только фыркнула в ответ и пошла впереди.
- Ты опять ходила на реку? –
- Я опять просила очищения ваших грехов у Лайны – мечтательно ответила Тания. Мудрый и сильный шаман Горк говорил, что только самые сильные и посвященные шаманы или шаманки смогут лично раз в своей жизни поговорить о мудрости с самой Лайной, если будут достойны этого. Кстати, стоит заметить отметить, что шаманов среди орков было мало. У сильных и могучих воинов не хватало терпения чтобы выучить столько символов и знаков, не хватало терпения, чтобы не сорваться. Ведь мудрость шамана всегда в терпении. Когда тебе холодно – терпи, когда твое тело обжигает огонь – терпи, даже когда тебе причиняют боль – терпи. А войны-мужчины не отличались терпением. Они бы не стали ждать того, как противник наскочит на них с смертельным ударом и пока он зарубит друзей, они бы сразу бросались в битву. А вот женщины орков были не менее мужественными и воинственными, но все таки гораздо терпимее и лояльнее. В них бы Ло больше жалости, больше жизни, больше того, чего есть только в женщинах, и чего никогда не будет в мужчинах.
- Дух всевеликой жизни никогда не откликнется на ваш зов, если вы обратились к нему не должным образом. Никогда не приказывайте ему, и не помыкайте им – произнес Горк., умудренные сединами, единственный орк-шаман в их деревне.
- А если я буду обращаться к нему слишком часто, что произойдет? – спросила Лорна, дочь вождя и предводителя их деревни.
- Он может и не откликнуться. Скорее всего вы ему тогда надоедите и он навряд ли отзовется. И опять же – не стоит взывать к нему за какой-нибудь мелочью. Жизнь – это самое дорогое что есть на свете, и посему она требует такого же трепетного отношения к ней. - подняв указательный палец к небу ответил ей он.
- Никогда не стоит забывать и того, что в первую очередь это не мы оказываем духам Лайны услугу взывая к ним, а они, когда откликаются на наш зов. И запомните – иногда дух будет требовать себе жертву в награду, но это только если в том случае, когда вы обращаетесь к злым духам – продолжил он.
- А вы говорили что дух Смерти тоже требует жертв, если обращаешься к нему. Он злой?-
- Не совсем, Лорна, не совсем. Все гораздо сложнее. Зло есть зло, благо есть благо, а смерть не относится ни к одному из этих значений. Смерть нейтральна и потому несет в себе как благо, так и зло –
- Какое же благо может быть от смерти? – удивилась вслух Тания. Линн зашипела на подругу, но было уже поздно – Горк подошел к ним.
- Дитя, ты считаешь что смерть несет в себе только зло? – ласково спросил он у нее, теребя свою седую бороду.
- Ну конечно! – Тания, кажется, была даже возмущена что ей перечат.
- Скажи мне дитя, воин, страдающий от мук и глубоких ран, мечтает ли он смерти? – все тем же голосом спрашивал ее старец.
- Эмм… Но ведь от ран его может излечить шаман. Дух жизни ведь милосерден, он не отнимет жизнь, если его попросить об этом –
- Верно дитя. Но ведь и всевеликий дух жизни тоже подчиняется законам мироздания. Лайна, которая создала мир и жизнь повелевает духами. И все же – если дух жизни откажется помогать, или рядом не окажется шамана? А ведь в некоторых племенах совсем нет шаманов. Представь, воин будет мучаться вечность от страшных мук и боли. Ты пожелала бы ему это? –
- Нет конечно – сникнув головой тихо ответила девушка.
- Вот в том и есть благо смерти. Трудяге – отдых, войну – покой, рабу – свободу, вот что может принести смерть… –
После тренировок с шаманом, Тания направилась домой. Она вес никак не могла осмыслить и понять – что же такое смерть – благо или зло? Горк расписал ей сегодня смерть как нечто нейтральное. Но разве так бывает – не добрый и не злой? Так ведь не может быть! Но как бы там ни было, смерть являлась именно такой.
- О чем задумалась? – спросила ее мать, когда Тания зашла в юрту.
- А? Я? Да нет, вроде ни о чем.. – попыталась отвертеться Тания и не задавать этот вопрос матери. Конечно, ее мать мудрая шаманка, и сама могла бы обучать юнцов обращению с духами, но она ведь непременно скажет тоже самое что и Горк..
- Хм, расскажи мне, что у тебя случилось? – мать подошла к ней ближе и положила свою ладонь на голову Тании.
- Поведай мне, что беспокоит тебя, дитя мое –
- Смерть… я не могу понять, как можно быть и злым и добрым одновременно –
- О, дитя мое… Ты уже выросла и задаешь довольно таки мудрые вопросы. Я расскажу тебе что это такое, но не сейчас –
- А когда же тогда? –
- Сегодня вечером. А пока – мне надо приготовить обед для вас с отцом.
Тания злобно и нетерпеливо фыркнула. У нее скопилось за эти несколько дайжей столько вопросов, что они просто не могли подождать до вечера. Но как говорит Горк – воин познается в терпении.
Снова покинув юрту, Тания прошлась по деревне. Несколько гоблинов тренировались на кукле человека правильно атаковать гурьбой, чтобы обессилить врага. Они делали это как то неумело, несносно и совсем плохо, но что было с них взять, это были всего лишь юнцы.
- Большой Тань, зачем тута ходить? – боязливо спросил ее небольшой гоблин. Он был меньше своих сородичей на целую голову и отличался от них более сероватой кожей. Так было устроено, что гоблинов очень часто приносили в жертву, как и рассказывал Горк о том, что некоторые духи будут просить жертву. Орки были довольно таки большими, и даже маленькие дети орков могли легко поднять взрослого гоблина за шкирку. Обычные войны гоблинов не трогали, а вот шаманок гоблины опасались.
- Тания присела на корточки и заглянула в глаза маленькому существу. Гоблин тут же боязливо отступил назад и споткнулся о камень.
- Не трогай Ук’юку, я хотеть жить! Не обижай Ук’юку! – запищал он, смотря на Танию.
- Да тише ты, дурачок – засмеялась девушка и подняла малыша, поставив его на ноги. Ей показалось, что он чувствовал себя очень неуютно рядом с ней, хотя это было понятно – будешь ли чувствовать себя спокойно, когда перед тобой стоит девушка раза в четыре больше тебя. По чести сказать, Тания не очень то любила гоблинов, потому как это были очень трусливые твари, но Ук’юк был ее другом. Маленький.
- Чего ты меня все время боишься? – спросила она у него.
- Вы убивать гоблинов! – заверещал он – Войны нас обижать, прекрасны девушки нас резать! Мы не хотеть так быстро к Лайна! –
- Да будет тебе, будет. Я никогда не убью ни одного гоблина, поднимаясь сказала она ему.
- Ты обещать это Ук’юку? –
- Да обещаю, обещаю – ответила она ему и пошла дальше. Маленький гоблин посмотрел ей вслед и заторопился куда то по своим делам.
Жизнь и смерть, как бы это все ни было банально – они не могут друг без друга. «Родился орк, родилась его смерть – наставлял Горк. И он был прав. Все они когда то умирали. Мужчины и женщины, сестра и братья, они бесславно и героями гибли в бессчетных боях с людьми. Бились за свободу, бились за то, чтобы каждый новый рожденный орк мог с гордостью сказать что он свободен.
- Тания, ты пойдешь сегодня к Густым Лесам? – Линн в окружении еще нескольких орчих стояла чуть поодаль нее.
- Конечно! Во сколько собираемся? –
- Как только солнце зайдет на три четверти, надо быть здесь. – произнесла Лорна. Хоть она и была дочерью главного вождя, она не особо зазнавалась. У орков все было гораздо проще чем у людей. Братство и равенство, честь и отвага ценились гораздо больше чем деньги или слава. Любой орк или гоблин мог стать героем, но это еще не значило что она стал им честно. По настоящему ценились только те герои, которые проявляли отвагу в бою, никогда не бросали своих товарищей, и доказали свою верность клану в неравных боях.
Вечер наступал медленно и не натянуто, но Тания терпеливо ждала его. Быстро поужинав тем, что сготовила ее мать. Солнце медленно, но верно опускалось.
- Я наверно не успею поговорить с мамой – печально подумала Тания, смотря на то, как заходит солнце. Она ведь обещала своим подругам пойти вместе с ними, нехорошо будет нарушать свое слово. Не благословлен Лайной тот, кто не держит своих слов
