Она одна такая – думаю все чаще.
Без нее так скучно, так невыносимо пресно, а с ней некуда и негде, с ней незачем, с ней так одиноко. Когда смеюсь, случайно роняю голову ей на плечи, но тут же одергиваю, смотрю на нее с замиранием, слушаю с придыханием, отворачиваюсь и отвлекаюсь. Растекаюсь, когда она играет моими волосами, расплываюсь, когда она несет всякий бред, улыбаюсь, когда она на кого-то ругается, да, она все всремя с кем-то препирается, ее обязательно кто-то не устраивает. И это ничего не значит, абсолютно ничего.
Абсолютно ничего нет в том, что я не знаю, куда деть мысли, переполняющие мою голову, не уснуть, не вздохнуть, не посмотреть – ей-богу, через глаза вытечет, не дай бог кто увидит. Родная моя, ты такая одна, я, правда, таких больше не видела. Мне сложно писать не по шаблону, я плохо признаюсь в любви – потому что не верю. Потому что не верю, что люблю кого-то, и пытаюсь придумать, как это назвать по-другому. Но что там думать, я иногда с ума схожу, когда ты рядом. Иногда – когда тебя нет. Дело даже не в этом. Я не претендую, и никогда не… Но кто бы знал как мне бывает невыносимо, как скучно. Не так часто, но так бывает. Так происходит. И случается, и не сходится, и смотрю, смотрю, смотрю и ты смотришь, ты шутишь, так что я уже и вовсе ничего не помню. Зато мне так спокойно.