...я был в аду. сердце мое рвалось вон из груди, на свежий воздух, но, к счастью, не сумело пробитья, застряло на полпути, где-то в ребрах. я захлебнулся ужасом и скорбью, как мутной болотной водой; еще немного, и волна эта, пожалуй, утащила бы меня на дно, но я как-то выстоял....
ужас и отчаяние, захлестнувшие меня, были столь велики, что мнгновенно переполнили тело, перехлестнули через край да и вылились, как игристое вино из неосторожно открытой бутылки, а меня затопила звенящая, зудящая, тошнотворная пустота, от которойпересыхает во рту и темнеет в глазах, а вполне естественные вопросы: "как? почему? зачем?" - липкими комьями застревают в горле, да так, что не вдохнуть, ни крикнуть, ни промолчать - все, абсолютно все становится невозможно...
она - да вот же, рядом, вокруг, везде, лишь бы хвотило сил наслаждаться. у меня, надо сказать, не очень-то получилось. меня не оставляло ощущение, что я слишном мал, чтобы вместить в себя эту красоту: того гляди лопну, взорвусь, рассыплюсь на миллиард восхищенных кусочков, благодарной пылью осяду на благоуханную листву и только тогда, возможно, обрету покой, которым дышит безмятежная эта равнина. (с)