ила-была на свете Любовь. И был у нее, как полагается, Предмет Любви. Им было очень хорошо вместе, Предмет смотрел на Любовь влюбленными глазами и говорил:
«Я тебя люблю!»
А она расцветала от этих слов и была для своего Предмета самой воплощенной Любовью.
Но время шло, и Предмет всё реже стал смотреть на Любовь так, как раньше.
Ей теперь приходилось самой спрашивать:
«Ты меня любиШь?..»
«Что? - отвечал Предмет. А, ты об этом... Конечно, люблю. Не веришь?»
Любовь, конечно, верила - и доверчиво прижималась щекой к плечу своего Предмета.
Так Любовь стала Верой.
Она верила своему Предмету безоглядно, даже когда он стал реже появляться дома, даже когда от него стало пахнуть чужими духами.
А потом Предмет и вовсе пропал, и верить стало некому. От Предмета остались какие-то мелочи: зубная щётка, сношенные тапочки, треснувшая кружка. Вера ничего не выбрасывала.
«Это глупо, конечно,- думала она.- Бессмысленно даже надеяться... Но вдруг он всё-таки вернется?»
Вера, конечно же, не может существовать без Предмета Веры.
Так Вера стала Надеждой. Надежда - беспредметна. Она живёт - и ждёт. Живёт - и надеется. Она умирает последней - и всё никак не умрёт. Ей нельзя умирать, потому что после нее придёт Ненависть.
Надежда должна держаться до последнего...