В колонках играет - The Brooklyn Tabernacle Choir "Hevenu Shalom Alchem"Настроение сейчас - блаженное"La Jornada", Мексика
Последние два столетия, пролетевшие как единый миг, мы словно скатывались по водосточной трубе. Там-то мы и сломаем себе шею! И никто не всплакнет по нам; даже те, кому мы помогли выжить. В какой-то момент нашей истории мы просто стали отравлять весь мир. Мы отравляли его нашими идеями о прогрессе, продуктивности и механизации. Наших сильных духом пионеров-первооткрывателей мы превратили в роботов. Мы провели дегуманизацию мира, в котором живем.
Аборигены, прежде населявшие наш континент, сначала приняли колонизаторов из Старого Мира за богов. Но очень скоро разочаровались. Очень скоро они научились бояться и ненавидеть нас (именно мы, бледнолицые, научили индейцев рубить головы своим врагам!). Точно с такой же жестокостью поступали и мы сами с теми, кто не разделял наших взглядов на жизнь. Именно мы уничтожили удивительную общину Онейда, так же как и многие другие религиозные общины. Мы отобрали у индейцев их земли и сделали все возможное, чтобы уничтожить эти народы. И мы ни разу даже не попытались компенсировать им наши деяния.
Кажется, что все мы были зачаты среди ненависти и насилия, и рождены, чтобы грабить, насиловать и убивать. Книги по нашей истории стараются залакировать все те жестокость, мерзость и аморальные поступки, совершенные нашими предводителями. Достаточно привести единственный пример - один из самых великих людей, рожденных нашей нацией, Томас Джефферсон (Tomas Jefferson), имел незаконнорожденного сына от своей чернокожей рабыни. Почти все великие политики, что возводили здание нашей демократии, были рабовладельцами. Это они придумали для нашей нации названия республика и демократия, но на самом деле их у нас никогда не было, даже сейчас. Этой страной управляет всего лишь несколько патрициев из влиятельных семейств. Еще во времена Уолта Уитмена (Walt Whitman) вся эта территория была поражена коррупцией. Поэзия Уитмена в «Листьях травы» - великолепная песнь во имя «Я», но все его прозаические произведения - это обвинительный приговор в адрес американского общества.
Не так давно мне на глаза попались фотографии всех наших вице-президентов, помещенные в одну рамку: они могли бы стать прекрасным примером для иллюстрации дурного вкуса. Кто-то из них походил на преступников, кто-то - на тупиц, а кто-то и просто на идиотов. По правде говоря, президенты выглядели не намного лучше. Вот уж точно, что государственные мужи всего мира кажутся тупоголовыми и пройдохами. И Черчилль (Churchill) не был исключением.
К имени Линкольна (Lincoln) многие относятся с благоговением, хотя, по моему мнению, именно он во многом несет ответственность за начало гражданской войны, потому как в его силах было не допустить развязывания войны между Севером и Югом. Та гражданская война, как и все прочие, подобные ей столкновения, стала примером страшной жестокости, от которой страна по-прежнему полностью не оправилась.
Участие в первой мировой войне было - как бы так помягче сказать - страшным безумством. Достаточно лишь вспомнить, что стало с тем прежним, страшным врагом всего человечества!
Война, война-. С самых ранних лет своего детства я помню то, что было связано с войной между Испанией и Соединенными Штатами, русско-японской войной, войной на Балканах - и так без конца. Как написал в своем «Отказе от повиновения» («Refus d'Obeissanse») Жан Жионо (Jean Giono), войны питают капитализм, без них он вообще не может существовать.
Сегодня все партии ведут войну: партии либеральные, партии реакционные, партии какие угодно. Коммунисты такие же убийцы, как капиталисты или фашисты. Кажется, что человек рожден, чтобы убивать. Наша страна занималась тем, что учила весь оставшийся мир заниматься самоуничтожением, умерщвляя все, в том числе флору и фауну.
В какой-то момент общество заинтересовалось полетом на Луну. Сейчас складывается впечатление, что тот эксперимент не преследовал никаких благих целей - все плоды собрал Пентагон. Очень скоро окажутся ненужными ни форма, ни военная подготовка, ни военные дисциплины. Мы усядемся там, где нам будет удобно, и со своего места сможем управлять самым смертоносным оружием. И все войны будет проходить вдалеке от нашего кресла-качалки! И не будет никакой необходимости в генералах, адмиралах и прочих командующих. Все вместе и каждый в отдельности - будь то мужчина, женщина или ребенок - превратятся в потенциальные бомбы.
Когда я говорю, что мы катимся по водосточному желобу, я имею в виду и всех наших последователей во всем мире. Мы упадем все вместе. Холокост, возможно, смогут пережить самые примитивные организмы и некоторые представители диких тварей. И лишь тогда, возможно, мы станет свидетелями зарождения нового человечества. Мы - те, кто в настоящее время и составляет общество, на самом деле пока не готовы привести в порядок корабль Государства. Любое преследование прогрессистской идеи уводит нас все дальше и дальше в прошлое.
С самых первых лет своего существования у нас были свои гангстеры, свои убийцы и свои же коррумпированные политики. Когда мы жили в счастливые, добрые и чистые времена? Согласно моим подсчетам - никогда. Я был еще ребенком, когда впервые услышал рассказы о Таммани-Холл. Когда я был еще ребенком, то видел, как конные полицейские разгоняли толпу безоружных людей на Юнион-Сквер (они походили на хорошо тренированных казаков). Когда я был еще совсем маленьким, мне рассказывали о таких «героях» как адмирал Дьюи (Dewey) - настоящий простак - и Тедди Рузвельт (Teddy Roosevelt) , участвовавший в сражении при Сан-Хуан Хилл. Но мне ничего не рассказывали об Эмерсоне (Emerson), Торо (Thoreau) или Уитмене. В те времена моим «героем» был Уильям Дженнингс Брайан (William Jennings Bryan) - «оратор с серебряным языком». Уже позднее я узнал о тюрьмах Синг-Синг, Даннемора, Ливенворт и прочих, им подобных. Самым любимым моим писателем в юности был О'Генри, но никто при этом не рассказал мне о человеке, который подтолкнул его к писательству - Але Дженнингсе (Al Jennings) - с которым писатель-кумир моей юности сидел в одной камере в тюрьме в Огайо.
В нашем районе не было ни публичных библиотек, ни книжных магазинов. Только в двадцать один год мне повезло и я встретил в Калифорнии, в Сан-Диего Эмму Голдман (Emma Goldman), открывшую мне существование такого слова как культура. И лишь благодаря ей, я смог совершить поворот от Марка Твена (Mark Twain) к Фридриху Ницше (Friederich Nietzsche).
И не только наши вице-президенты были толпой тупиц и простаков, но и - почти вся страна в целом. Скольких великих писателей, художников, музыкантов породила наша страна за эти два столетия? Гораздо легче вспомнить количество знаменитых бездельников, порожденных ею!
Стоит вспомнить весь тот цирк под названием Уотергейт. Если судить по реакции нашего общества, так может сложиться впечатление, что наши политики могут совершать лишь самые тривиальные ошибки, что они не совершили ни одного преступления. Мы много раз поступали так, словно были твердо убеждены, что зло можно искоренить раз и навсегда.
Когда Линкольн (Lincoln) издал свою «Декларацию об освобождении», мы решили, что положили конец рабству. Мы и представить себе не могли, что на севере существуют гораздо более серьезные расовые проблемы, чем на юге. Мы не только создали черных рабов, мы придумали и рабов белых - рабов эры господства машин. Ку-клукс-клан существует до сих пор. И до сих пор существует мафия! У нас не бывает погромов, но антисемитизм по-прежнему растет и крепнет.
И вполне очевидно, что из-за всей этой нашей болтовни о прогрессе мы страдаем узостью сознания, всяческими предрассудками и жажда крови в нас сильна так же, как и прежде. Одного лишь упоминания военного ведомства - Пентагон! - достаточно, чтобы напугать. Война во Вьетнаме была настоящей низостью! Тамерлан (Tamerlane) и Аттила (Attila) - младенцы по сравнению с монстрами наших дней, вооруженных атомными бомбами и напалмом. Если Гитлера (Hitler) обвиняют в геноциде, то в чем же обвинять нас?
Мы проводили геноцид с самого начала! Долой всех тех, кто с нами не согласен! Мы проводили геноцид в отношении индейцев, негров, мексиканцев. А затем появились кино и телевидение, и там можно увидеть все, что угодно. Дети растут и видят, как на экранах совершаются преступления, убийства, грабежи, пытки и все мыслимое и немыслимое, что связано со злодейством, обскурантизмом и жестокостью. Все, что является частью столь любимого нами «прогресса». И мы по-прежнему задаемся вопросом, почему мы (как нация и как народ) разваливаемся.
Я действительно пытаюсь понять, существует ли что-то в американской «цивилизации», достойное похвалы. И не могу ничего вспомнить. Тюрьмы - это гнездилища порока. Знание в школах добывается лишь высиживанием на заднице, но что это может быть за знание, когда учителя боятся своих учеников?! Каждый кого-нибудь боится и так, по цепочке, этот страх передается самим зародышам. Ни один смельчак не отважится выйти на улицу ночью в одиночку и уж тем более безоружным. И потому, само собой разумеется, что тот, кто ночью оказывается на улице, вызывает подозрение.
Теперь опять все чаще обсуждаются такие темы, как венерические заболевания и культура потребления наркотиков. Болезни, передающиеся половым путем, получают все большее распространение среди подростков. То же самое происходит с наркотиками и алкоголем. Целая нация алкоголиков и наркоманов! О чем можно говорить, если напиваются даже бабушки!
Ну а что сказать о наших доблестных полицейских, наших предполагаемых защитниках? В скольких преступлениях они виновны! Они навязывают нам подозрения и ненависть! Коррупция - вот подходящее жесткое слово, чтобы охарактеризовать их! Где они, все эти наши герои? Стоит поискать среди спортсменов, и тогда мы найдем там Мохаммеда Али (Mohammed Ali). Потом ими станут какой-нибудь игрок американского футбола или пинчер-левша. Да, у нас были настоящие герои, но большинство из них либо оказались в тюрьме, либо были убиты. У нас было много безымянных героев. Но воспоминания о вьетнамской войне вызывают у меня приступы тошноты. А ведь до сих пор некоторые называют «героями» ветеранов той войны. Да простит их Господь.
И хотя мои слова могут казаться едкими, я не испытываю ненависти ни к Соединенным Штатам, ни к американцам. Оглядываясь на наше бурное прошлое, мы могли бы то же самое сказать и о других, так называемых, цивилизованных странах. Я не могу думать о гражданах любой великой страны мира, что рассуждают как пигмеи: «Мы счастливы оттого, что мы такие как есть. Нам не надо ничего менять». И среди всех цивилизованных стран мира американская нация кажется мне самой беспокойной, самой неудовлетворенной, тем идиотом, который стремится изменить мир по своему образу и подобию. И вот занимаясь этим, как ему кажется, улучшением мира, он не понимает, что разрушает и отравляет его. Поэт Уолт Уитмен осознал это более ста лет назад и назвал нас нацией идиотов. Возможно, именно Уолт Уитмен и является самым великим американцем, жившим на нашей земле!
Вот слова самого Уитмена, написанные им больше стал лет назад: «Вперед, мои возлюбленные американцы, еще дальше гоните своих коней - волнение! деньги! политики! Открывайте все затворы, пусть они раскачиваются и дальше, давя всех остальных. Очень скоро и ты окажешься там, и захочешь сдержать их, но только не сможешь. Вы лишь вовремя отдайте указ (старым и новым странам), чтобы строили тысячи сумасшедших домов. Потому как вы выбрали лучший путь для создания нации идиотов».
Генри Миллер
