Поздравляю!

не зря говорят, что первый блин комом. Просматривая свои фанфики по "Макрону" я сполна убедилась в этом. Это - мой первый фанфик. Нет, я не хочу сказать, что остальные мои фанфики лучше, просто мне кажется, что этот - хуже всех.
Но пусть будет и он
Мой "первый блин", который "комом"

Читать далее

Мальчик бежал со всех ног. Моросил дождь, в мокрых ботинках хлюпала вода. Мальчик поскальзывался на мокрой глине, падал, не чувствую боль от ушибов, поднимался на ноги и вновь бежал. Бежал на дольний откос над одинокой узкоколейкой, чтобы ещё раз взглянуть на поезд, который увозил его маму.
Читать далее

Читать далее

Был жаркий летний полдень. На выгоревшем, полинявшем от жары, белёсом небе ни облачка. Ни дуновения ветерка. Всё живое попряталось от жары, с нетерпением ожидая вечера и хотя бы немного прохлады. Всё было тихо в мире, лишь в сухом, колючем воздухе звенела тишина. Лес на опушке равнины стоял молча, разомлев от жары. Пахло нагретым деревом, сухой землёй и поникшими травами. На горизонте воздух дрожал зыбким маревом. В лес! Там жара не должна быть такой всеиссушающей, хотя даже тень вековых деревьев не обещала прохладу…
Абихан свернул на тропинку, ведущую прямо в лес, ругая эту планету, жару, начальство, коллег, задание и себя. Ну почему именно ОН должен был отправиться в разведку???
тык!

Все рассказы, что я выложу выше, уже были в разных местах. Пусть будут здесь - так надёжнее.

Бедная мышка! Представляю, какой стресс!

Привычным жестом, доведённым до автоматизма, Абихан взял в руки катану, взмахнул ей. В холодных, голубых глазах блеснула сталь. Но в эту минуту принц мысленно был далеко отсюда, от этого особняка, затерянного где-то в горах Японии. Абихан подошёл к окну, мельком взглянул на древний и величественный символ – гору Фудзияму, и глубоко задумался. Как нередко бывало в минуты глубоких раздумий, он ощутил в руках не ставшую уже привычной катану, а фехтовальную рапиру – первое холодное оружие бывшего наследного принца…
Раньше он был другим. Хм! Да… Раньше…
Раньше…, пока не променял рапиру на катану и лазерный бластер…
Да… другим…
Принц усмехнулся. Сжимая в руке катану, подошел к окну. Посмотрел на Фудзи. Красиво, чёрт побери! Пожалуй, он бы сейчас отдал все красоты любимой и ненавистной им Земли, лишь бы, хоть на краткий миг, увидеть даже самый обычный пейзаж своей родной планеты. Как жаль, что ему уже туда не вернуться… также, как и не вернуться в то время, когда он был полностью свободным и счастливым. Как жаль, что тогда он этого не замечал…
Мальчишка яростно защищался. Нет, не нападал, о чём он, конечно же, мечтал, а именно защищался. Его противник и учитель с удовольствием видел азарт мальчишки.
Принц не был равнодушен, он не напоминал чопорных детей аристократов, которых, казалось, ничем нельзя расшевелить, которые даже в таком увлекательном деле, как фехтование, казалось бы, сохраняли свою скуку. Совсем не таким был юный наследный принц. Он полностью отдавался бою, быстро заводился, легко усваивал уроки. Возможно, для большинства учеников Мастера уроки фехтования были просто ещё одной скучной дисциплиной, ещё одной «обязаловкой», признаком «хорошего тона». Но не для Абихана. Мастер помнил их первую встречу. Тогда к нему привели совсем ещё мальчишку. Привели вместе со страшим кузеном, кстати сказать, абсолютно не хотевшего заниматься. Юный принц, а отличие от кузена, с жаром принял предложение о занятии фехтованием. Пусть он был ещё слишком юн для этого – ничего не могло остановить Абихана. Он с радостью стал посещать занятия и быстро достиг успехов…
Удар. Ещё удар. Быстрый выпад. Абихан Перешёл в наступление. Он бился яростно, бился так, словно это была не тренировка, а настоящий бой, от которого зависела его жизнь. Мастер понял, что его ученик по-настоящему «завёлся».
Рапиры скрещены. Металл скользит по металлу. Решительность в потемневших вдруг глазах юного аристократа. Спокойствие, умудрённость и сила в глазах Мастера. Абихан отскочил и опять перешёл в наступление. Мастер отразил его удар, отступив на шаг. «Горяч, очень горяч!» - подумал Мастер об ученике: «Из него выйдет толк!» Мастер сделал обманный выпад. Абихан поддался назад, оступился, упал, но тут же вновь вскочил на ноги. Перед Мастером стоял сейчас не аристократ, а обычный всклокоченный мальчишка, но его глаза светились счастьем.
Да, в его жизни было потом ещё много поединков и боёв, но он никогда уже, пожалуй, не был так счастлив, как в тот день…
Абихан улыбнулся, и вернул катану на место…

Опять просматриваю старые и не очень старые дневники. И тащу сюда то, что дорого. Вернее - дорого всё, сюда тащу лишь некоторое

КАМЕНЬ На берегу большого океана жил Камень. Да, жил. Он смотрел на полёты чаек, на шум прибоя и очень тосковал. Это был грустный Камень. А грустил он потому, что умел мечтать. Его друзья (тоже камни) не понимали его. Они только посмеивались над ним и шушукались друг с другом за его спиной. Другие камни целый день только и делали, что нежились на солнце и рассказывали свежие сплетни.
У камня была странная мечта. Он хотел плавать. Все знали об этом и камню приходилось выслушивать злые шутки от своих соседей.
- Ну как! - спрашивали они его каждое утро. - Ещё не уплыл?
И весь берег разражался хохотом.
Проходили дни, месяцы, годы. Некоторые камни уносило штормом, некоторые приносило. А камень всё ждал, верил в свою мечту. Ему снились сны про то, как он поплывёт далеко-далеко и увидит страны, про которые ему хвастливо рассказывали чайки.
Чайки хоть и считали камня за сумасшедшего, но любили откладывать яйца рядом с ним. Ведь он был очень тёплым камнем.
Однажды ночью камень проснулся от какого-то шума. Этот шум исходил из него самого. "Тук-тук". Также стучало что-то внутри у чаек.
В тревоге он пошевелился. Пошевелился !
Только сейчас он понял, что сбылась его мечта ! Внутри у него билось сердце, он мог ходить! Осторожно, робко спотыкаясь, он подошёл к воде. Океан мягко принял, подхватил его и понёс в свои бескрайние просторы.
Настало утро.
- Ну как, ещё не...- вдруг все заметили, что камня нет.
- Неужели уплыл ? - Буркнул маленький камушек.
- Ерунда, его просто смыло волной ! - Резко сказал старый Валун.
На этом все и порешили, хотя все знали, что ночью был штиль, и на воде не было ни единой волны.
Лишь маленький камушек смотрел в даль горизонта и мечтал отправиться за ним.
А камень плыл всё дальше и дальше. Он был первым, вернее - первой.
Первой на земле черепахой.

(с) Автора, увы! не знаю

Fenica, добро пожаловать!

В колонках играет - Вот это и играет

БЕСКОЗЫРКА.

Ю. Бергер.

Здесь до войны встречали зори,
Играло солнце на кораблях.
Десант уходит, уходит в море,
Уходит в полночь на катерах…

Пришло на нашу землю горе,
Рвани тельняшку, врагам на страх.
Десант уходит, уходит в море,
Уходит в пекло на катерах…

Бескозырка, бескозырочка!
На бушлате с прошлых дел от пули дырочка…
А на шее - мамин крестик на веревочке,
А под сердцем - фотография девченочки!
Бескозырка, бескозырочка!
На бушлате с прошлых дел от пули дырочка…
А на шее - мамин крестик на веревочке,
А под сердцем - фотография девченочки!

Соль на руках, соль на затворе
И соль застыла на леерах.
Десант уходит, уходит в море,
Уходит вечность на катерах…

И эта ночь потом до боли
Нам будет сниться в госпиталях.
Десант уходит, уходит в море,
Уходит в небо на катерах…

Бескозырка, бескозырочка!
На бушлате с прошлых дел от пули дырочка…
А на шее - мамин крестик на веревочке,
А под сердцем - фотография девченочки!
Бескозырка, бескозырочка!
На бушлате с прошлых дел от пули дырочка…
А на шее - мамин крестик на веревочке,
А под сердцем - фотография девченочки!
Бескозырка, бескозырочка!
На бушлате с прошлых дел от пули дырочка…
А на шее - мамин крестик на веревочке,
А под сердцем - фотография девченочки!
Бескозырка, бескозырочка!
На бушлате с прошлых дел от пули дырочка…
А на шее - мамин крестик на веревочке,
А под сердцем - фотография девченочки!

Огромным международный автобус... 10 человек пассажиров (из 40) и среди них -два ХРАПУНА! Шума двигателя вообще не было слышно. Казалось, что от раскатистого храпа содрагался автобус.
Утром при бледных отблесках зари, написалось это.

ПОЛНОЧНЫЕ СТРАДАНИЯ


Храп! Вновь сотряс мою больную душу.
Храп! Ваш покой я чмоком не нарушу.
Храп! Полночный храп терзает душу мне опять.
О! Как ужасно вот так вот всю ночь не спать!
И после смерти мне не обрести покой:
В аду, конечно, тоже есть храпульшик свой!
Храп! Где прекрасный сон мой? Нет в помине!
Храп! Я опять как в ледяной пустыне…
Храп! Сорвался храп и полетел он … точно вверх
Как будто грома полоумный злобный смех!
И после смерти мне не обрести покой:
В аду, конечно, тоже есть храпульшик свой!
Храп! Никто не может мне уже помочь.
Храп! А на дворе уже конечно ночь-полночь.
Храп! Страдать весь век от храпа – вот мой тяжкий крест.
Порой так хочется бежать из этих мест!
И после смерти мне не обрести покой:
В аду, конечно, тоже есть храпульшик свой!

В скучные минуты Бог создал институты,
И Адам студентом первым был.
Адам был парень смелый, ухаживал за Евой,
И Бог его стипендии лишил.

У Адама драма — вызвали Адама
На проверку в божий деканат.
И на землю прямо выгнали Адама,
Так пошли студенты, говорят.

От Евы и Адама пошёл народ упрямый,
Нигде не унывающий народ.
Студент бывает весел от сессии до сессии,
А сессия всего два раза в год.

Что за предрассудки — есть три раза в сутки
И ложиться в чистую кровать?!
А мы без предрассудков едим один раз в сутки,
И на чистоту нам наплевать.

Весь день мы прогуляем, всю ночь мы проболтаем
И к утру не знаем ни бум-бум.
Так выпьем за гуляющих, за ничего не знающих,
За сессию сдающих наобум.

А есть, представьте, люди, которые нас судят.
Ну что за несознательный народ!
С наше поучите, с наше позубрите,
С наше походите на зачет.

Взято отсюда