В колонках играет - MGS OST: "The Best Is Yet To Come"
Настроение сейчас - Филосовское...

Она опустилась на колено и прислушалась. После долгого плутания по лесу ныли ноги, а рюкзак казался крестом, к концу пути на голгофу. Под каблуком треснула ветка…
Он повернулся, обеспокоено взглянул на Неё, и жестами показал: «Движение. 12 часов. Двое.». Она включила коллиматор и всмотрелась сквозь стекло в переплетение ветвей. В указанном направлении, метрах в пятидесяти, бродили двое бойцов. Обычные часовые. Они беззаботно прохаживались по знакомому маршруту и беседовали. «Несчастные,- мелькнуло у Неё в голове,- Автоматы-то за спиной… Ведь даже пикнуть не успеют…». Её отвлёк шорох – Он подобрался ближе, и в самое ухо прошептал: «Ты – ведущего, я – ведомого. Поняла?..» Она кивнула, приготовилась к выстрелу. Прицельная марка прыгала на силуэте бойца – руки тоже ныли от усталости. Винтовка, казалось, сразу потяжелела на десяток килограмм. Но, Она старалась. Старалась удержать. Удержать маленькую красную точку на силуэте солдата… Солдата, который так безмятежно прогуливался, даже не подозревая, что на него наставлена воронёная смерть. Он громко и увлечённо говорил что-то своему напарнику, и они вместе над чем-то смеялись. Скоро они выйдут на подсвеченную солнцем сторону, и тогда… «Я не могу,- шепнула она. Он повернулся к ней и вопросительно взглянул Ей в глаза,- не могу…» Руки опустились сами собой, и она уже безнадёжно глядела куда-то мимо Него. Солдаты вышли на подсвеченную сторону. Он очень медленно, не переставая смотреть Ей в лицо, поднял винтовку, потом отвёл взгляд, чтобы прицелиться. Две секунды. Выстрел. Полсекунды. Выстрел. Она заметила, как из прорезей пламегасителя начал сочиться синеватый дымок. Потом он опустил ствол винтовки, и негромко произнёс: «Отход. По прежнему маршруту. Я замыкающий.». Она, автоматически повинуясь, поднялась, поправила гранатный подсумок, и, пригнувшись, побежала… Он бежал в трёх метрах сзади.
Он размышлял, забывая оглядывать сектора на предмет наличия противника… «Это ничего. Это нормально. Может быть, даже хорошо. Должна же оставаться в нас хоть искорка человечности? Безусловно, должна. И, если я в себе эту искорку погасил, пусть хоть в Ней она остаётся. Хех… Глядя в оптический прицел убивать ещё тяжелее. Как раз во столько раз, на сколько выставлена кратность…».
Он вспомнил, как впервые в жизни ему пришлось стрелять в человека. Это было во время зачистки одного из придорожных городков. Какой-то деревенский парень тогда выбежал на дорогу, позади взвода, с гранатой в руке... Тогда всё произошло очень быстро. Он повернулся на шум, увидел парня с гранатой, выхватил винтовку, и навскидку выстрелил. Парень упал, выронив гранату, и его тело разнесло взрывом. Тогда же ранило осколками несколько человек из Его взвода… Потом, Он вспомнил, как в детстве, с дворовыми друзьями, стрелял из пневматического пистолета по птицам… «А теперь вот до такого дошёл…»
Он горько и зло усмехнулся, и поправил съехавшую на бок сапёрную лопатку…