Сегодня я в очередной раз сидела в Публичке...часа эдак 4. Эт, кстати, вполне нормально и привычно. А речь шла о Гомере, точнее, о его "Илиаде". На самом деле, серьезное мешалось с забавным: то я разговаривала с книгой Шталь, обещая закончить "этот гребаный универ,стать критиком и писать таакое, что ни один нормальный человек эти логические дебри не разберет!!!", то материлась про себя, то переписывалась с Катенькой, то спала (минут этак на 20 вырубилась)...а потом вдруг наткнулась на фразу:
"Твердо я ведаю сам, убеждаясь и мыслью, и сердцем/Будет некогда день, и погибнет священная Троя/С нею погибнет Приам и народ копьеносца Приама"(Ил.)
Знаете, что больше всего поразило? Ощущение страшной, глубочайшей обреченности... эти слова могли бы стать эпиграфом к "Илиаде"... ведь обреченность не только в образе Гектора, Андромахе, Ахилла...она и в самом образе Трои, в самой идеи гибели города и вместе с тем, гибели всего... возможно, Гомер написал первейшую апокалиптическую поэму. Когда начинаешь читать, кажется, что это всего лишь древнее, не слишком увлекательное для современного читателя (хоть и бесспорно, гениальное, произведение), однако если углубиться в смысл, попытаться ПРОЧУВСТВОВАТЬ, пробиться (а психологизм сведен до минимума), то ощущаешь весь ужас, всю боль этой трагедии ( я говорю не о жанре, а о сути). От этой обреченности и неистовость Ахилла (напоминает душевную агонию), и предсмертный ужас Гектора... нет, черт возьми, несмотря на понятие "антипсихологизм", данное Лосевым, Гомер - величайший знаток человеческих чувств, знаток жизни, и не просто жизни, а той отчаянной жажды, заставляющей в последний миг отсутпить от края крыши; знаток всех тонкостей и порывов человеческой души...
PS - Это не попытка написать анализ или что-то подобное, возможно, с литературоведческих позиций, я не права. Но это просто мысль, самое первое впечатление на уровне эмоций.