То разгораясь вновь, то тихо умирая,
То оставляя раны, то леча,
То словно песня без конца и края,
То как топор, что рубит от плеча.
То как хозяйка заберется в сени,
То словно гость заранее звонит,
То как старик плетется еле-еле,
То как ребенок радостно бежит.
То как туман, обхватывает плечи,
То будто льдинка, по спине скользя,
То сладостны бывают ее речи,
То бьет наотмашь, чувства не щадя.
То потихоньку заберется в ушко,
То на бумаге, маркером чертя,
То мокрая от слез ее подушка,
То радостна, как малое дитя.

И в пухлых ручках маленького сына,
В последнем вздохе старого отца,
Не в имени ее волшебном сила,
А в многоличии бессмертного лица.