На стене висит картина,
Холст, обрамленный в багет,
Нарисован там мужчина,
Сколько лет ему – секрет.

У него густые брови
И холеные усы,
Он отменного здоровья
И невиданной красы.

На груди его медали
В честь немыслимых побед.
Да, друзья, вы угадали,
Это мой висит портрет.

Когда 5-летний Игорек Рабинович (с такой фамилией он появился на свет) написал свой первый рассказ «На Савецко-Амереканской границе», вряд ли он догадывался, что когда-нибудь станет главным российским «ироническим поэтом» по фамилии (взятой от второй жены) Иртеньев. Что он станет главным редактором журнала, телевизионным «поэтом-правдорубом» и автором нескольких книг стихов и прозы. А также лауреатом телевизионных, литературных, журналистских и прочих премий. Догадываться об этом он сможет лишь в 30 лет с небольшим, когда почти одновременно начнет и писать, и печататься.
А до этого он успеет закончить Ленинградский институт киноинженеров, отслужить в армии и 20 лет проработать механиком по обслуживанию киносъемочной техники в отделе хроники на телевидении и объездить почти всю страну. Это, несомненно, закалит характер поэта, из-под пера которого выйдут такие жизнеутверждающие строки:

Много разных стран я видел,
В телевизор наблюдал,
Но такой, как ты, не видел,
Потому что не видал.

Или (это уже 1992 год):

Все накрылось медным тазом,
Но, покуда тлеет разум,
Ощущения конца
Все же нету до конца.



Родился Иртеньев в Москве в 1947 году. Окончил Ленинградский институт киноинженеров (1972), Высшие театральные курсы (1989). Работал на телевидении, в газете «Московский комсомолец». С 1993 по 2003 год был главным редактором иронического журнала «Магазин Жванецкого»

Член СЖ СССР, СП СССР (1991), Русского ПЕН-центра. Был президентом Московского клуба «Поэзия» (с 1986). Автор пятнадцати поэтических книг. С 1999 по 2001 год был колумнистом «Газеты.Ru». За опубликованные там материалы в 2000 году получил журналистскую премию «Золотое перо». В настоящее время работает в «Газете».

Несколько стихотворений наиболее мне понравившихся:

***

Человек я закрытого типа,
Маскирующий сущность свою.
Существую неброско и тихо,
В ресторанах посуду не бью.

Не трудясь на общественной ниве,
Промышляя на частных полях,
Я с рождения в любом коллективе
На четвертых и пятых ролях.

Сексуален, по отзывам, в меру,
(Тут поправка на длительный стаж),
Но при этом, заметьте, гетеро,
Что сегодня — почти эпатаж.

По ночам, имитируя тягу
К демонстрации снов наяву,
Покрываю словами бумагу
И к утру с наслаждением рву.

Родом я из советских плебеев,
Неизбывных в труде и в бою,
Есть сосед у меня, Конобеев,
Я с ним водку по пятницам пью.

***

Похоже, чувствую, не врут
Глубокой старины преданья —
Способен стать обычный фрукт
Предметом самовозгоранья.

Жаль, забывает кое-кто
И кое-где у нас порою,
Про то, как яблоко (не то)
Сгубило ненароком Трою.

Непрочен мир, что нам дарим,
Он хрупок и местами тонок,
В нем может мирный мандарин
Рвануть сильней, чем сто лимонок.

И пусть я цитрусы люблю,
Но личный интерес отринув,
Я зубы намертво сцеплю,
Но обойдусь без мандаринов.

Я за Содружество боюсь.
Вопрос поставлен — или-или.
Без мандаринов перебьюсь,
Чтоб нас они не перебили.

***

Листья желтые медленно падают
В нашем богом забытом саду,
Ничего меня больше не радует,
Даже цирк на Охотном ряду.

Ощущение общей усталости,
Да и вид у артистов несвеж:
Не любому под силу до старости
Выходить колесом на манеж.

Но, боюсь, не придется расстаться нам.
Вопреки уговорам врачей,
Снова рвется к цветам и овациям
Нерушимый союз циркачей.

Боевой их накал не снижается,
Предстоят нам веселые дни,
Наше шоу, друзья, продолжается,
Новый цирк зажигает огни.

Ещё об авторе можно посмотреть тут:

Официальный сайт Иртеньева
Ракурс культуры
Газета Ру
Страничка Иртеньева на сайте московский писателей