В колонках играет - Лето 93-гоа ты
а ты держишь её за руку там, на краю земли.
а я
а у меня корабли в пыли,
у меня капитаны бросили судна, полководцы — войска,
у меня тоска.
а ты
а ты пишешь ей повести, сочиняешь всю ночь стихи.
а у меня, знаешь, колкости
по периметру всей руки,
у меня, знаешь, горькости: по ночам в бреду
я ищу твою руку,
глупая — не найду.
у меня, знаешь, осень — тишина в крови,
у меня заоконная проседь и внутри — болит,
у меня, знаешь, кошки скребутся: «молоко налей».
Господи, пожалей.
а ты
а ты держишь её за руку — и в груди тепло.
а я
я упёрлась душой в стекло.
я смотрю на прошлое — за спиной бардак.
а ты
а ты даришь её нежностью
просто так.
и когда глаза закрываешь и пытаешься не кричать,
когда солнцу навстречу — только бы замолчать,
только бы замолчать
с тобой вместе
осенью
ни о чём,
настоящее рушится истиной-кирпичом.
и когда протянешь руку ветру ли синеве,
и когда по колено в ласковом сентябре,
когда дышится полной грудью свежестью пустоты,
возникаешь ты:
и глаза зелёные,
и горести на плечах.
моя осень рушится
[не кричать.
прохожие, не смотрите в мои глаза,
дайте сил мне справиться,
завязать,
выкинуть эту боль,
вымести этот год:
всё пройдет, по правилу — всё пройдёт]
всё пройдёт,
останется — пустота,
останутся фотографии, нежность — та,
что в ладошку спряталась,
боль в глазах.
останется, что нельзя сказать.
всё пройдёт,
утихнет и заживёт.
будет новый год,
и новый, и новый год.
будет новый день и радости на плечах.
помолчать
да кому эти сказки — буковки на листе:
остаются красным на сердце те
запоздалые,
брошенные,
растерзанные, —
никому.
остаются: какого лешего не дают
раствориться в осени пустотой,
не кричать, не думать, не сетовать,
выжить той,
у кого серебро в глазах
и в груди весна.
не до сна.
а ты держишь её за руку там, на краю земли,
веришь ли — сохрани её, сохрани,
никому не отдай. тепла тебе,
солнца свет.
а я
а мне смысла нет.
(C)
