Да, у меня всё как прежде. Или кажется так - что как прежде. Я меняюсь - твердят мне другие. Во время отрезания дред - вернее после их срезания. ДА, и вправду, произошло много изменений внутри.

Стала очень много молчать. Застегнулась на молнию - вернее на две - одна молния снаружи, другая внутри самой же себя. Вместе с молчанием пришло и молчание письменное. Нет, с писательством покончено раз и навсегда. Никакой журналистики, никаких рассказиков, никакой графомании и психоделичных стишков. Зачем говорить, когда говорят только другие? Можно слушать - если интересно, и наблюдать. Не интересно?  Тогда в голове начинает играть музыка, а ты подстукиваешь в её такт  ножкой.

Моя эпопея с наркотиками не закончена, я бы сказала, что она только начинается. А в такой период - начинается активнее, чем раньше. Нужно снизить мозговой фон. "Эй, голова, ЗАТКНИСЬ!!!! ЗАТКНИСЬ!!! ЗАТКНИСЬ, НАХУЙ!"  Для этого мне не нужны люди, которые ничего в этом не смыслят, и люди, которые нашпигованы сми-информацией о шприцах, перечеркнутых красной полосой. Есть ещё такие, которые с глубокомысленным видом рассуждают о Карлосе (легкомысленне Карлос, а про то, что Кастанеда - ложите члены), пути воина, и роли мескалиновых кактусов в поисках истин. Сами они, конечно, после однократного применения ликвида готовы тарахтеть всю жизнь о неоценимом опыте; и сибирь на кишку могут закинуть все.  Впрочем, я немного отвлеклась. Наркотики - или НЕ наркотики - называйте как хотите - это вещь для Единиц. 1-1=0. Матрица. Единичная система исчисления. Для этого мне нужна работа:)

Моя эпопея с личной жизнью всегда была одной и той же картинкой - просто в это не очень хотелось верить.  Мальчик - мальчик-мальчик - и вроде бы они как с кальки; и кого-то спасать в подпитии; а кому-то служить опорой, сгибаясь в три погибели; и все они были обвязаны красно-белыми хипповскими лентами свободной ёбли (простите, любви), только самообман - и его было очень много.

Нужно оставить что-то в этой реальности; что-то сделать, свершить и создать резонанс.  Пролетариат выражается в поколениях - в детях. Это может, блять, каждый. В юношестве я избрала способом влияния писательство и рисование. Впрочем, ничего особенного я и не умею, чтобы влиять, хотя бы даже на свою, отдельно взятую, муравьиную жизнь.

Когда я лежу ночами в кровати, и пытаюсь заснуть, я понимаю, именно ПОНИМАЮ, что мне по-настоящему не хочется работать. Планктонить в офисе. Улыбаться теткам с авоськами, ездить на собеседования, уже заранее притворяясь, и одевая костюмы.Но я ничего не могу, а главное, что это лето уходит.

В последнее время называю себя шизофреником - потому что всегда ощущение, что хочу по грани. Вышвыривает то туда, то сюда. То пиздато и солнечно, то обиды и слезы. А слезы и обиды - только мои. Никто не видит этого? Я что - сама это придумала? Вот вам - шизофрения. Я и мои шесть миллиардов меня.

Я тут похудела основательно, но московская урбанистическая тварь снова убаюкает меня(она уже подкрадывается) - съешь кусочек вкусняшки, пока ты проливаешь свои одинокие шизофренические слезы.

Нет ничего. Ничего, по-настоящему стоящего и интересного. Живого, эмоционального. Хоть хуячь себя - физическая боль доказательство того, что ты всё ещё жив. А ощущение "Я ЕСТЬ!!!" -  утонуло в болотном желе. Давно.